Елена Попова – С любовью, падчерица (страница 21)
Оставшись в темноте, сняла с головы парик и швырнула его к двери. Голова жутко чесалась от него, несмотря на отличное качество.
Признаться честно, я сильно пожалела, что отрезала волосы. Будь я тогда в трезвом уме, то ни за что на свете не рассталась бы с ними.
Теперь противно смотреть на себя в зеркало, противно проводить рукой по короткому ежику.
Но Марк не особо расстроился. На следующий день купил мне этот парик из длинных натуральных волос точно такого же оттенка, как были мои. И не позволяет показываться на глаза без него.
Я готова поиграть в покорную девочку, притвориться, что подчиняюсь ему, иначе меня запрут в комнате и добраться до сейфа будет непросто. Хитрость ― главное оружие против маньяка. Только так я смогу вывести его на чистую воду.
Сейчас он должен думать, что я, переживая за своих близких, буду подчиняться ему во всем. И ни одной извилиной своего мозга не должен догадываться, как глубоко хочу копнуть под него.
Пару раз я пробиралась в его комнату и пыталась подобрать пароль. Его дата рождения, моя, мамина, номер машины ― тщетно. Ни один из паролей не открыл сейф. Я сердцем чувствовала, что там есть что-то важное, то, что способно упечь его за решетку или в психбольницу.
Мне важно понять, кто та девушка, чье имя начинается на «Т»? Его реакция на татуировку всегда вызывает странные эмоции. И что-то подсказывало, что это были не просто безобидные отношения… Может, он что-то с ней сделал? А может, он серийный маньяк и она была не единственной его жертвой? Если так, то какая участь ждет меня? Наиграется, расфасует по мешкам, а затем похоронит на заднем дворе?
От этих мыслей бросало в дрожь, мышцы каменели, начинались панические атаки, от которых я долго не могла избавиться.
А ведь при его финансовом статусе и привлекательности он мог бы запросто заполучить любую… Почему же выбрал такой путь?
Множество вопросов и только один ясный ответ: Марк психически болен и от кого-то скрывается. Пока что это все, что я о нем знала.
А что происходит с ним, когда мои пальцы касаются клавиш…
Он расслабленно устраивается на диване, закуривает трубку, прикрывает глаза, его руки начинают плавно витать в воздухе, словно дирижируя. Иногда требует переиграть какой-то момент, считая, что я сфальшивила, или просит повторять одну и ту же композицию по несколько раз. Иногда садится рядом на стуле, и пока я играю, не сводит с меня взгляд, полный любви и безумия. Рассматривает волосы, лицо, платье, следит за моими руками.
Никак не могу понять, для чего ему все это? Зачем я, зачем музыка, зачем он придумал себе образ девушки с длинными волосами и в платье, которая играет ему на рояле?
Он любит наблюдать за всем, что я делаю. Внимательно следит, когда я ем, когда спускаюсь по лестнице, когда гуляю в саду. Но не принуждает меня заняться с ним любовью или хотя бы поцеловать. Ждет. Терпеливо ждет, когда во мне вспыхнут чувства к нему.
Все напоминает немое кино: главный герой не скрывает своего обожания, но при этом не настаивает быть с ним. Ему достаточно, чтобы я всегда возвращалась домой и играла для него по вечерам.
Я уже поняла: Марка не накачать наркотиками или вином, чтобы вынюхать пароль или подробности о его темном прошлом ― он чувствует такие вещи за версту и, в отличие от меня, весьма аккуратен.
Предпочитает сам наливать себе напитки и готовить еду. Перед тем, как заговорить со мной, проверяет телефон, чтобы на нем не был включен диктофон. Даже мой трюк с клеем провалился с треском. До сих пор не понимаю, как он заметил подвох?
Наутро после того дня, как заметила в ванной белую коробку, я напрочь забыла про нее. Меня накрыла адская головная боль вперемешку со скорбью по отрезанным волосам. Тогда я проклинала его за то, что снова накормил меня таблетками, и плохо помнила вчерашний день.
Но память вернулась, когда я принимала душ и снова заприметила на полке ту коробку. После ждала, когда он попадется на крючок. Сгорала от желания проучить его и отбить желание настолько пошло использовать мое фото.
Но… вместо этого, спустившись в кухню, обнаружила конверт, в котором лежала баночка лже-смазки и надпись:
В тот же день я обыскала всю ванную комнату на наличие видеокамер.
Ведь откуда-то он узнал, что я вылила туда клей! Откуда-то, черт побери, он это узнал! Или Марк не только сам лично готовит, чтобы не отравили, но еще и нюхает все, чем собирается намазать свое тело?
Неужели НАСТОЛЬКО расчетлив?
На днях приезжал Ярик, и мне пришлось грубо поговорить с ним, объясняя, что, кроме дружбы, между нами ничего не получится. Я знала, что в этот момент за дверью в холле стоит Марк с Шерханом, и его слова превратить друга в кусок мяса вынудили меня говорить грубо и равнодушно.
― Может, хотя бы, озвучишь причину? ― спросил Ярик, глядя на меня отчаянно и горько.
― Не знаю, что ты там себе напридумывал, но я изначально понимала, что между нами ничего не будет. Я всю жизнь относилась к тебе как к старшему брату, понимаешь? Я ничего не чувствую к тебе, Ярик, ― сдерживая слезы, врала я. ― Лучше не трать силы на ухаживания за мной ― пустая трата времени. Я любила, люблю и буду любить тебя, но только как хорошего друга.
Его глаза ― льдинки, погасли в один миг, кожа заметно побледнела. Это был выстрел прямо в сердце. Казалось, вот-вот на его светлой футболке расцветет кровавое пятно, и друг упадет замертво. Видимо, настолько больно укололи его мои слова.
― Я тебя услышал, ― хрипло проговорил он, коснулся рукой моей щеки, задержал на мне долгий взгляд, вышел за ворота, сел в джип и уехал.
За такой короткий срок я порвала со всеми, кого любила, дав себе клятву, что обязательно все объясню им, как только обезоружу чудовище. Как только
И очень надеялась, что потом не будет поздно.
В чем сильно сомневалась, если подумать о маме…
Она сменила номер, не появлялась в соцсетях. Но был один верный способ связаться с ней и попытаться донести, что все
Во время ее ночного эфира на радио она затронула тему предательства, и я уверена, сделала это не случайно. Ее душераздирающий монолог о том, как способны предавать близкие люди, тронул сердца многих слушателей. Она приводила примеры якобы из жизни других людей, и лишь я знала, что в этот момент мама открывала душу всему Иркутску.
― … письмо от нашей радиослушательницы, ― сказала она и прочистила горло. ― Я полюбила мужчину. Красивого, состоятельного, заботливого. Через короткое время стали жить вместе, купили дом, завели собаку. Все было как в красивой сказке про счастливую принцессу и ее прекрасного принца… до того момента, пока в дом не приехала дочь принцессы, ― мама замолчала и через пару секунд заговорила надломленным голосом. ― В одночасье рухнуло все. Я узнала, что любимый мужчина давно был влюблен в мою дочь и все это время, живя со мной, ждал ее приезда. Теперь они вместе…
Мама глубоко вздохнула и, кажется, я слышала, как шмыгнула носом.
― Вот это история… ― шокировано сказала она. ― Дорогие слушатели, как вы прокомментируете такое предательство?
Люди звонили в эфир один за другим, поливая распутницу-дочь и «принца ― бабника» грязью. Прорваться в эфир было сложно, но я все-таки сделала это.
― Всем доброй ночи! Меня зовут Анна, и я хочу рассказать свою историю.
Мама не сказала ни слова, в трубке послышались короткие гудки, а эфир продолжился фразой: «Видимо, неполадки на линии».
Она узнала меня, но не дала продолжить. Не захотела слушать! Тогда я написала в Ватсап на тот номер, куда шлют сообщения радиослушатели:
«Дочь никогда бы не посмела забрать любимого мужчину у принцессы. Она сделала так, как будет лучше для всех. Принц не так прост, как кажется. Дочь обязательно расскажет обо всем, но чуть позже. А пока что принцессе стоит залечь на дно…»
Мама не зачитала его в эфире, но две галочки загорелись синим цветом, а это означало, что она прочла мое послание. А я в свою очередь удалила сообщение от греха подальше и всем сердцем надеялась, что она правильно поняла его.
Обычно я всегда брала в комнату графин с водой, чтобы лишний раз не бродить по дому и не попадаться на глаза Марку ― он любитель сидеть возле камина чуть ли не до рассвета, наслаждаясь жизнью, попивая коньяк и куря трубку. А сегодня совсем забыла про воду. На улице было душно, ни одного дуновения ветра в открытое окно. Мне страшно хотелось пить, и я на цыпочках вышла из комнаты.
Темный коридор разрезала полоска света из спальни Марка. Я беззвучно подкралась к его двери, заглянула в щелку и, затаив дыхание, наблюдала за ним. Марк направил кровать, взбил подушку, снял футболку, повесил ее в шкаф, и… направился к сейфу.
Мое сердце пустилось в пляс, ладони вспотели, в горле резко пересохло.
Сейф стоял недалеко от двери, и Марк встал так, что мне было хорошо видно дверцу, на которой был заветный кодовый замок.
И он набрал цифры.
«Один, один, ноль, восемь» ― И дверь щелкнула.
«ОДИН. ОДИН. НОЛЬ. ВОСЕМЬ!» ― повторила я про себя и, забыв про жажду, бесшумно нырнула в свою комнату.