Елена Попова – С любовью, падчерица (страница 24)

А дальше я прочитала информацию, что похороны и прощальная панихида состоятся через три дня на Вологодском кладбище.

― Его мать была в разводе с отцом, и… она играла на фортепьяно… ― прошептала я, теперь догадываясь, откуда у Марка такая тяга к музыке. Только почему эта тяга такая безумная, оставалось вопросом.

— Значит, он поехал в Вологду… Как далеко этот город?

Набрала в поисковой строке: «Иркутск ― Вологда расстояние на машине».

― Пять тысяч километров? ― я округлила глаза. ― Ого! Это совсем не близко…

В навигаторе указано время в пути ― пятьдесят часов. А это почти трое суток, если с остановками. Если поедет на машине, то рискует не успеть на похороны… Значит, полетит на самолете? С поддельным паспортом?

Блин… тогда зачем он собрал в дорогу так много еды и термос?.. Если б летел на самолете, то навряд ли бы вообще брал еду. Остается сделать вывод, что Марк все же поехал на машине. Неужели поедет без остановок?

― Так… ладно…

Я набрала «Иркутск ― Москва» ― расстояние приблизительно одинаковое, как и до Вологды. Значит, если я полечу на самолете, и он приземлится прямо в столице, то успею вернуться обратно до его приезда!

К вечеру план действий был готов: из соцсети я узнала, что Тася работает в крупной строительной организации, пробила адрес фирмы и время работы. Поймаю такси и прямо из аэропорта отправлюсь туда. Возьму с собой документы Марка, вырезки из статей, ее фото, как доказательство, что он следил за ней, даже спустя долгое время после его «смерти». И, уверена, мы вместе решим, как засадить его в тюрьму!

Осталось забронировать билеты на ближайший рейс.

Уже наверняка убедившись, что Марк не вернется домой, снова пробралась в его комнату, набрала пароль и… дверь не открылась.

«Один, один, ноль, восемь», ― в третий раз набрала я ― тщетно.

― Да как такое может быть?! ― прокричала я и стукнула кулаком по сейфу. ― В чем дело? Почему ты не открываешься! Дверь заклинило? Ведь… ведь он не мог сменить пароль! Или… ― я вспомнила, как Марк на пару минут уходил в комнату, и, опустив руки, осела на кровать.

— Вот же сукин сын! Тварь! ― прокричала я на всю комнату.

«Там мой паспорт… В сейфе ― паспорт, без которого я не смогу сесть в самолет!»

― А что, если… ― я выпрямилась, задумчиво покусала губу, хорошенечко все прикинула и вернулась в свою комнату за телефоном.

Глава 22

― Ну, наконец-то! ― выдохнула я в трубку, после того как в десятый раз набрала друга и он все же соизволил ответить.

― Ева, что-то срочное? Я сейчас зан…

― Ты мне очень нужен! ― перебила я.

Пятисекундная пауза, протяжное «э-э-э…», Ярик прочистил горло.

― Н-неожиданно, конечно… Что случилось? Что с голосом? ― встревожился он.

Я торопливо объяснила, что в двух словах обо всем не рассказать, и попросила его приехать ко мне, как можно быстрее.

Пока ждала, сделала с десяток тостов, сварила яйца в дорогу, заправила термос крепким кофе.

Почему-то я была на сто процентов уверена, что Ярик согласится помочь. И ведь даже не поинтересовалась его планами на ближайшую неделю…

Чего бы мне это ни стоило, я просто обязана уговорить его. Больше обратиться не к кому. И на самолет не сесть, и своей машины у меня нет. Если Ярик откажет, останется один выход ― решать все вопросы с Тасей с помощью переписки. Чего мне совсем не хочется. Вдруг она поспешит, вдруг что-то неправильно сделает, вдруг не поймет степень опасности. Я же ее совсем не знаю. Может, узнав, что препод жив, не разобравшись до конца, побежит в полицию?!

Но так ни в коем случае нельзя делать! Даже если Марк сядет в тюрьму, он успеет наломать дров и все мои самопожертвования ради мамы и Ярика ― пустая трата времени. В конце концов, мама отправится за решетку следом за ним, только по статье «мошенничество». Доказать, что он зарегистрировал на нее фирму в целях шантажа, будет совсем непросто. Кто поверит пустым словам? Мама стала хозяйкой многомиллионного бизнеса добровольно, и это факт.

А это значит, что с Марком нужно действовать как с опасным террористом: сначала взвесить как следует всю информацию, хорошенечко продумать план действий, затем обезвредить «взрывчатку», а уж потом поймать и его самого.

Машина Ярика подъехала к дому, когда на часах было уже почти девять вечера. Я заранее посадила Шера на цепь, надела парик, и провела друга в дом.

Начинать разговор было невероятно сложно. Во-первых, Ярик был явно не в духе, во-вторых ― я понимала: для того, чтобы объяснить ему важность этой поездки, надо рассказать все с самого начала. От момента, когда Марк накачал меня наркотиками и я переспала с ним, до момента, как узнала, кто он и что скрывает.

― Может, чай, кофе? ― предложила я, проводив друга на кухню.

― Лучше давай сразу к делу, ― прижавшись спиной к дверному косяку, недовольно бросил друг.

― Обижаешься на мои слова? ― заглядывая в его лицо, спросила я.

― Слушай, у меня правда дел дохрена. О чем хотела поговорить? ― вздохнул он, не глядя на меня.

Не хотелось начинать разговор в такой недружелюбной обстановке, но что ж… Ярика можно понять. Неделю назад я в грубой форме попросила его не соваться в мою жизнь. Другой реакции и не стоило ждать.

― Помнишь тот день, когда мы отмечали мой приезд? ― начала я, присаживаясь за стол. Ярик качнул головой и скрестил на груди руки. Я продолжила.

С дрожью в голосе и постоянно отпивая из чашки воду, рассказала, что творилось со мной наутро. О том, как вспышками появлялись в голове разные образы, которые отказывалась принимать за реальность, как нашла в кармане Марка капсулы, и что прочитала о них в интернете. И… как он оставил для меня первый конверт… с трусами.

Подняла взгляд на друга: он смотрел на меня огромными глазами и с раскрытым ртом.

― Подожди, подожди… ― быстро заморгал он. ― Марк накормил тебя каким-то дерьмом, чтобы переспать с тобой? ― словно не веря услышанному, переспросил он.

Я кивнула, по щекам тут же потекли слезы, тело обнесло мурашками.

― Ах ты сукин сын… ― явно находясь в шоке, протянул Ярик, помотал головой и, пройдя по кухне, заводил взглядом, как будто желая что-нибудь разгромить.

На его шее и руках вздулись вены, ноздри раздувались от злости. Друг со всей силы ударил кулаком по деревянному столу и, глядя на меня демоническим взглядом, процедил сквозь зубы: ― Где эта мразь?

― Это далеко не все, ― хрипло проговорила я и кивнула на стул. ― Сядь, история будет долгой.

― И ты молчала? Все. Это. Время. Ты молчала, Ева? ― крикнул мне в лицо Ярик, и, развернувшись, пошел по кухне в сторону окна. ― Почему ты хотя бы не намекнула, когда я приезжал? Почему не отправила мне СМС? Ведь у тебя все это время был телефон! ― прокричал он.

― Я же сказала, что боялась за вас! ― повысила голос я. ― Он едва не убил человека, чуть не изнасиловал студентку, накормил меня наркотиками, натравил на тебя собаку! Догадываешься, каким будет его следующий шаг, когда узнает, что мы общаемся? Он убьет тебя, Ярик! Он сумасшедший, он не в себе! Давай, открой интернет и еще раз прочитай статью, как он сбил того студента, ну же! ― я швырнула на стол телефон, в котором показывала ему статью. ― Ты же понимаешь, из-за чего он сбил его? Потому что был одержим той девчонкой, так же, как и мной! ― хрипло закончила я.

Ярик плеснул воды в стакан, выпил залпом и, с грохотом поставив его на стол, развернулся.

― Если бы ты рассказала, что этот ублюдок с тобой сделал, похороны были бы не у его матери, а у него самого! ― процедил он сквозь зубы и смахнул со стола салфетницу.

― Или у тебя… ― добавила я и вытерла мокрое лицо рукавом халата. ― В тот день, когда ты приезжал, Марк стоял за дверью, держал за ошейник Шерхана и слушал все, что я тебе говорила. Я знала: если буду разговаривать с тобой холодно и грубо, то он не спустит на тебя пса. Ты не представляешь, что я чувствовала в тот момент, как обливалось кровью сердце, когда смотрела в твои глаза и просила оставить меня в покое. Ты… ты даже не представляешь, что я испытала тогда! И страх за тебя, и боль из-за того, что мне приходилось швырять тебе в лицо такие слова!

Встав со стула, подошла к нему, взяла за горячую руку и добавила:

― Потому что ты дорог мне, как никто другой, понимаешь? И я дала себе слово, что обязательно все объясню, как только появится такая возможность.

Ярик смотрел на меня пристально, не моргая. Его белая футболка и логотип «Under Armour» на черной бейсболке светилась от неоновой вывески, вмонтированной в барную стойку, глаза казались темными, от глубоких вдохов поднималась широкая грудь.

― Я придушу эту тварь раньше, чем его поймают менты, ― ледяным тоном сказал он и… коснулся моих волос.

― Не надо! ― я шагнула назад и отвернула голову. ― Лучше не смотреть.

Но друга это не остановило. Притянул меня за руку, осторожно снял парик. Я закрыла глаза, чтобы не видеть его реакцию. Почувствовала, как его рука коснулась макушки.

― Отрастут, не парься.

Я вздохнула ему в грудь и невольно натянула на голову капюшон от плюшевого халата.

Ярик потрепал меня по голове и, отодвинувшись, заглянул в глаза.

― Теперь я тебя ни на шаг не отпущу, поняла? ― сердито нахмурился он.

― Так ты согласен поехать? ― тихонько спросила я.

― Ну, естественно! ― усмехнулся друг. ― Но надо понимать, что мы не успеем вернуться до его приезда. Во сколько говоришь, он выехал?