Елена Новикова – Птицелов. Стань птицей. Победи тьму (страница 13)

– Ещё слишком рано, – бубнил себе под нос мужчина.

Чтобы восстановить баланс нужно столько всего подготовить. А нелюбимая работа отнимала так много сил. Но бросить её нельзя, и не только из-за денег. На работе можно быть подальше от дома.

– Слышь, ты можешь двигаться быстрее? – кто-то толкнул его в плечо.

Мужчина посторонился, пропуская спешащего прохожего мимо. Они были на пешеходном переходе. Сигнал светофора сменился на жёлтый, вот-вот поедут машины. Мужчина посмотрел на быстро удаляющегося от него обидчика, жалея, что не может толкнуть его в ответ.

На противоположной стороне он увидел её. Тонкая, изящная, хрупкая. Очень похожая на тропическую птичку. Выкрашенные в розовый волосы подхвачены красной лентой. Яркий макияж. Остренькие ноготки малинового цвета. И чёрное длинное пальто, почти касающееся грязного асфальта.

Резкий гудок клаксона вывел мужчину из задумчивости.

***

– Вот чё мы тут не видели, Данил Саныч? – Сергеев вёл машины и не переставал разговаривать практически ни на минуту. – Те же ёлки, те же берёзки.

– Это сосны же, – поправил с заднего сидения Паша Курёхин.

– Иголки есть, значит, ёлка, – повернулся к нему Сергеев. – Так зачем? Ты такую таинственность развёл, Данил Саныч.

Муранов вздохнул. Поручения для оперативников он не выписывал. Но Сергеев, несмотря на его нагловатость и панибратство, создавал впечатление нормального человека.

Лес встретил их привычной тишиной. Солнце перевалило за зенит, светового дня оставалось совсем немного для поиска. Данил понимал, что рассчитывать нужно лишь на удачу и внимательность. В любом случае, за один день им втроём не прочесать эти квадратные километры, усеянные деревьями.

– Мы ищем вот такие рисунки на стволах, – Данил показал фото на экране своего телефона.

– Ох, ты, какие каляки-маляки, – Виктор взял телефон в руки. – Метки?

Вся его весёлость вмиг испарилась, уступая место профессионализму. «Умный мужик, этот Калмык», – одобрительно подумал Сергеев. Майор скинул снимок себе и вернул телефон следователю.

– Как искать будем?

– Вы идёте на восток от первой места, я – на юг от второй, лейтенант, у вас свободный поиск. Через три часа встречаемся здесь же, – Муранов с сомнением посмотрел на наручные часы.

Этого времени, конечно, не хватит, но по крайней мере они отсекут самые логичные варианты.

– Слышь, Курёхин, ты, если что, ори громче, – сказал Виктор.

Насвистывая незатейливую мелодию, оперативник медленно пошёл в указанную сторону. Внимательный взгляд оглаживал каждое дерево по пути.

Муранов потянул носом, как ищейка. Ему одновременно хотелось найти отметину и не хотелось их больше встречать. Прищурив глаза, Данил шагал всё дальше от края траншеи, время от времени сверяясь с компасом в смартфоне.

Под деревьями уже начинал сгущаться вечерний сумрак.

Глава 4

Птицы собрались в стаю и носились по небу, как безумные. Это походило на танец. Это походило на волны, расплескавшиеся над головой. Их синхронные движения и повороты завораживали до головокружения. Чёрные точки птиц на фоне закатного неба. Будто единый разум разделился на десятки тел, заставляя их двигаться в едином порыве. Хотелось набрать в грудь побольше воздуха, стать лёгким-лёгким, оттолкнуться от земли и взлететь. И стать птицей самому. Чтобы не думать ни о чём, слиться с Единым и просто следовать за потоком ветра.

В груди появился нестерпимый зуд. Данил провёл ладонью по коже и ощутил что-то острое. Опустив глаза, он увидел, как кожа истончается и сквозь неё прорастают перья. Чёрные, блестящие перья ворона. В душе появился неописуемый восторг. Муранов поднял голову вверх, радуясь, что сейчас сможет подняться туда. Стать свободным. Таким, каким не был никогда. Он раскинул руки, готовясь поймать ветер.

Рядом с ним кто-то был. Данил повернул голову и увидел два тела в земле. Они лежали бок о бок в одной большой яме. Такие же, какими он помнил их в морге Бюро, уже не испачканные землёй. Черепа взирали на Данила с упрёком в пустых глазницах: ты хочешь стать свободным, а мы так и останемся лежать здесь.

Восторг сменился щемящей тоской. Данила потянуло вниз, к земле, к развезшейся могиле. Чёрные перья носились вокруг, будто снег в степи в буран, – без направления.

Глупый сон прервал писк будильника. Данил открыл глаза, тяжело дыша. Слишком много птиц в последнее время вокруг него. Будто нарочно они теперь преследовали его. Теперь ещё и во снах.

***

Учитель был недоволен.

– Ты ничего не делаешь, – говорил он, не разжимая клюва.

Маска казалась ещё более застывшей, чем обычно. Глаза её осуждали и требовали. Ученик боялся поднять голову. Он чувствовал свою вину, но пока ничего не мог с этим поделать. Та девушка-птичка ускользнула. Он правда шёл за ней. Шёл долго, пришлось даже вернуться по пешеходному в обратную сторону. И когда он был уже готов взять её, появилась компания девиц, которые увели птичку с собой.

– Я делаю. Я ищу.

– Ты слабак, – заявил Учитель, жаля в самое больное место. – Видимо, я ошибся в тебе. Ты ни на что не способен. Когда Тьма упадёт на Землю и поглотит этот Мир, все будут знать, что это ты не справился.

– Не говори так! – слёзы сами собой покатились из-под зажмуренных век.

Мужчина схватил пустой рукав балахон и припал к нему губами. Ему так хотелось получить одобрение. Ему нужна была поддержка. Нужно было доказательство того, что он не слизняк и размазня, что он чего-то тоже стоит в этом мире.

Был только один способ получить это. И он прекрасно знал, как это сделать. Учитель прав. Прав, как всегда. Нужно торопиться. Ведь чувство того, что Тьма наползает, давит, старается окончательно проснуться, не покидало ни на минуту, становясь всё сильнее. Тревожа его, занимая все его мысли.

– Я всё сделаю! Я постараюсь! – горячо обещал мужчина, глядя в стеклянные глаза маски.

Маска чуть заметно кивнула, одобряя порыв. Это едва заметное движение придало сил. Как ничтожно мало нужно для того, чтобы разжечь в жаждущей душе искру пламени.

Поднявшись с колен, мужчина вытер слёзы тыльной стороной ладони. Пришла пора найти ту, которая встанет на пути Тьмы.

***

– Доброе утро, Данил Александрович. Как у вас дела? – дворник перестал мести. – А вас тут какая-то барышня ждёт. Знаете, я бы с ней погулял. Такая эффектная. Вы бы присмотрелись.

– Что? – Муранов думал о своём и слова дворника доходили до сознания с трудом.

– Вооон она, – Дмитрий Эдуардыч пальцем указал куда-то за спину Муранова. – А вы, стесняюсь спросить, что на завтрак ели? Ну, у вас ведь какая-то специальная диета, да? Тоже хочу ещё немного вырасти. Говорят, что такое возможно.

«За что мне это?», – отстранённо подумал следователь, даже не вслушиваясь в лепет дворника. Однако всё равно обернулся, потому что за спиной действительно послышались шаги.

– Карина Ерошенко, – сказал Муранов, узнавая журналистку.

– Данил Муранов, – тем же тоном отозвалась женщина. – Уделите мне несколько минут?

– Вы же знаете, что вся информация исключительно через нашу пресс-службу.

– Я это прекрасно знаю. Но я бы хотела поговорить неофициально. Как вы видите, я без камеры.

Данил смотрел на неё сверху вниз, чуть прищурившись. Журналистка не была ему неприятна, она делала своё дело, но вот откровенничать с ней не тянуло совершенно.

– Не понимаю, что я могу вам рассказать.

– На вас давят? У меня есть информация, что в строительство трубопровода вложились весьма влиятельные люди. И они сделают всё, чтобы сроки не сдвигались больше. А там, вроде как, второе тело найдено.

Ерошенко глядела прямо в глаза следователя, пытаясь уловить его настроение и прочесть его мысли. Солнечный луч коснулся лица Муранова и глаза его полыхнули тёмным янтарём, как у дикого зверя. Это было так неожиданно, что женщина невольно отступила на маленький шажок. Ей тут же показалось это глупым, и она переступила с ноги на ногу, делая вид, что просто устала стоять на высоких каблуках модных туфель.

– Второе тело действительно найдено, – подтвердил Муранов. – Об этом вы можете прочитать на нашем сайте. Возбуждено дело по статье сто пять, убийство. Идёт расследование. Пока это всё, что я могу вам сообщить. А на счёт трубопровода мне добавить нечего. Это не в моей компетенции.

– И вы хотите сказать, что…

– Я сказал то, что хотел сказать. Если для расследования понадобится заморозить прокладку этого трубопровода на неопределённый срок, я приложу к этому все усилия. А теперь, если вы не возражаете, я пойду работать.

Муранов коротко кивнул, давая понять, что разговор окончен. Ерошенко смотрела в его широкую спину. «Его сожрут», – думала она.

***

Муранов с удовольствием уселся в своё рабочее кресло. Ноги немного гудели после вчерашней «прогулки» по лесу. Три часа, как заведённый он шагал от дерева к дереву, выискивая насечки. Пару раз ему казалось, что он их нашёл. Тени и трещины на коре играли злые шутки, уводя с намеченного маршрута. Данил подходил к деревьям с уверенностью, что видит очертания треугольников. Однако при ближайшем рассмотрении изображение расходилось на отдельные фрагменты, не собираясь в цельную картинку.

Тени сгущались, а результата всё не было. Но уверенность Муранова в том, что предыдущие два тела не единичные, никуда не девалась. Чем дальше он уходил, чем дольше был один на один с лесом, тем больше погружался в это дело. Его не оставляла мысль о том, что некто не просто убивал девушек, а целенаправленно, схематично украшал их перьями ворон.