Елена Муся – Pro меня и Pro тебя (страница 1)
Pro меня и Pro тебя
Елена Муся
© Елена Муся, 2025
© Владислав Ярцев, дизайн обложки, 2025
ISBN 978-5-0065-4613-4
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Предисловие
Теплое солнце ласково гладит по щеке. Адриатическое море беседует со мной шумом волн и порывами ветра. Это время – предвечерние прогулки по Черногорскому побережью – кажется «потайным кармашком» моей Вселенной. В серой несгибаемой Москве остались бизнес-процессы, показатели эффективности и слова, переизбыток которых ведет к нервному тику. Онлайн плотно накладываются задачи одна на другую, но я не заглядываю туда. Я здесь, у шелкового моря, и весь мир обнимает меня лучами солнца и нежным ветром. В душе у меня какой-то особый шорох. Не сразу могу понять его, но как только прислушиваюсь, понимаю – это шепот страниц книги, которую я напишу. О себе, о мире и о тебе.
«Про тебя и про меня» – книга, разделенная пополам с читателем. Часть «Про меня» посвящена моей истории. Я – Елена Муся, и сейчас меня могут знать как бизнес-консультанта, тренера, ментора и коуча. Но в этой книге я проведу вас, читателей, не только по моему карьерному пути, но и познакомлю с другой Леной – Леной, которая когда-то не знала ничего про большой бизнес; Леной, которая переживала, боялась, сомневалась и боролась с трудностями. С Леной, которая научилась быть сильной и смелой, не отрицая своих слабостей.
Та же часть, что написана «Про тебя», посвящена практическим, конкретным навыкам, упражнениям и знаниям, которые помогут вам лучше узнать себя, вырасти над собой и стать более уверенными, эффективными и счастливыми.
В этой книге много сказано про бизнес, карьеру, управление персоналом и принятие сложных решений, но прежде всего это разговор. Разговор между нами, про вас и меня, который начинается на страницах и продолжается внутри каждого читателя. Моей задачей было сделать этот разговор личным и откровенным, поэтому в этой книге много чувствительных и болезненных тем. И мне бы хотелось, что бы вы во время чтения и размышлений над материалом были с собой столь же откровенны, сколь была и я во время написания этой книги.
Я хочу, чтобы эта книга стала для вас не «марафоном», не «курсом» и не «волшебной таблеткой», за которыми обычно приходят к настав никам по бизнесу. Эта книга – как уютный вечер в компании друга, где вы оба делитесь сокровенным, при этом понимая и извлекая важные и полезные вещи из диалога.
И я хочу стать вашим другом. Другом, который многое пережил, многого добился, многое знает, но самое важное – другом, который остается на вашей стороне, как бы трудно вам ни было прямо сейчас, когда наш разговор только начинается.
Так давайте же начнем его скорее?
Про тебя и про меня
Опора на себя
Второго марта, в мой день рождения, часто случалась резкая оттепель. Начало марта в Омске еще морозное, снежное. Но каждый год во второй день весны на улице становилось чуть теплее, и это превращало подтаявший снег в скользкий слой кашицы поверх плотно гольда.
День рождения мне нравился тем, что в этот день у нас дома всегда появлялся торт. Мама много работала на заводе и не успевала печь сама, но каждый год заказывала у поварих из столовой торт с бисквитом и масляным кремом. Кому-то покажется, что это самый обычный торт, но я ужасно его любила. Один из дней рождения запомнился особенно отчетливо. Снова случилась оттепель, и мама, несшая из столовой праздничный торт, поскользнулась и села прямо на коробку. Домой она принесла кашу из торта, а на следующий день дома стоял уже но вый, свежеиспеченный.
Мама как могла старалась создавать праздник, поддерживать нас, показывать, что в мире есть хорошее и светлое. Что это хорошее и светлое есть и внутри нас и на него можно опираться.
Мама рано вышла замуж по любви, они с папой были красивой парой, но расстались, когда мне не было и пяти. Привет, быт! О который разбился не один корабль с алыми парусами. Папа не смог быть нам любящим, заботливым отцом и остаться в нашей жизни. Мама очень любила нас, но ей было трудно: приходилось занимать-зарабатывать-отдавать-занимать-зарабатывать-отдавать – и так по кругу.
Она решила не устраивать нас с братьями в детский сад, а доверить бабушке и дедушке, ставшим для меня примером крепкой настоящей семьи. Их любовь, взаимное уважение распространялось и на нас, детей: то было самое беззаботное для нас время – никаких подготовительных групп и гонки за знаниями, необходимыми для школы. Были только мы, улица и теплая семейная атмосфера в доме, который был крепостью, защитой от любых невзгод.
Самым близким другом во всех детских играх был Сашка, мой младший брат-погодка. Его спина закрывала меня в случаях угрозы, но рука давала тумака в наших детских сражениях. И все же как старшая сестра я несла за него ответственность, помогала и поддерживала, как могла и умела. А его поддержка пришлась кстати очень скоро, когда я пошла в школу.
***
Сквозь сон я чувствую бережные мамины руки на волосах. Она аккуратно плетет косички в школу, не поднимая меня с кровати. После слышу, как мама тихо прикрывает входную дверь: уходит на работу, а я скоро пойду в школу.
– Саш, ты со мной сегодня?
– С тобой, – сонно кивает он. Ему еще год до школы, но иногда вместо ожидания дома он приходил ко мне в школу. Поддержать.
Потому что там оказалось сложно. Я домашний ребенок и была со всем не готова к школе. Дело даже не в письме и не в чтении, а в навыках общения с людьми вне семейного круга: у меня они были «прокачаны» слабо. К тому же весь мой класс состоял из детей, которые дружили еще с садика, – они перешли в первый класс все вместе прямо из подготовительной группы. Я была не «с классом» – мое место всегда было где-то «около» него.
Помню состояние растерянности. Что и когда можно? Что и когда нельзя? Как лучше? Почувствовать себя увереннее помогал мой брат: Сашка сидел на уроке со мной, и я чувствовала себя спокойнее. В этом чуждом мирке был тот, на кого я могу опереться.
В первом классе выяснилось, что я левша. Поначалу это не доставляло особых неприятностей: я училась писать как все, только левой рукой. Учительница не акцентировала на этом внимания, и дети этого тоже не замечали. Но со второго класса педагог сменилась, и новая учительница объявила, что в ее классе все пишут правой рукой. Было ли это связано с раздражением по поводу «выделяющихся» детей или недостатком педагогической компетенции – не знаю. Но с ее приходом мне в школе стало еще тяжелее.
Постоянная борьба с моим почерком, постоянная критика, росчерки красной пасты в тетради, высмеивание и давление все чаще напоминали мне – я здесь белая ворона.
– Ну хоть кто-то выучил параграф и сделал задание, молодец! – слышала я от учителей, но уже в средней и старшей школе. Меня часто хвалили – называли «светлым пятном» на фоне среднеуспевающего класса. Но эта похвала чаще всего приносила мне не радость, облегчение, гордость – она приносила с собой только унижения и насмешки, а иногда и прямые вызовы от «дружного класса».
***
Я не всегда умела постоять за себя. Это сейчас я могу «воздать по заслугам», а тогда ситуация была иной. Помню животный страх и оцепенение, когда произошел один случай – память выдрала из него только яркие куски без контекста и пояснений, – как меня окружила толпа девчонок из класса.
К тому моменту меня не приняли за свою, но мирились с моим существованием в коллективе. Приходилось вести себя осторожно, что бы не вызвать всплеска агрессии. Когда социализация становится похожа на прогулку по минному полю, учишься не говорить лишнего и «не отсвечивать». Но была одна мина, которую я нехотя задела. Девочка Марина – яркая, красивая, вечно в центре круга из поклонников и девчонок, желающих примазаться к ее популярности. Не помню точно, сказала ли я что-то про нее или ей просто в тот день захотелось сорвать злость, но меня выбрали жертвой.
Мы с подругой стояли на площадке детского сада – частое место прогулок, болтали обо всем и ни о чем. И в один момент подошли мои одноклассники, вокруг сомкнулось злобное кольцо. Никто не командовал, все просто инстинктивно ощутили Маринину ко мне неприязнь и моментально вокруг нее сплотились.
Это было состояние не «бей или беги». Это было состояние «замри и умри».
Я не чувствовала, что сказала или сделала что-то плохое. Я ощущала только то, что они сейчас могут на меня броситься, а я не смогу им ничем ответить. Кругом ходили взрослые, которые видели эту немую сцену, но всем было плевать. Зачем мешать детям в их «игре»? Все, что мне оставалось, – глотать слезы бессилия.
Внезапно я услышала:
– Приве-е-е-ет! Это ты?! Я даже и не узнала тебя сразу. Как я рада! Слушай, надо чаще встречаться!