Елена Мороз – Философия. Современная западная философия (страница 14)

Глава 6.

Феноменология

Термин «феноменология» вошел в философский лексикон каждого кто знаком с классической европейской философией, в частности, с гегелевской феноменологией духа. Основная идея феноменологии духа Гегеля состояла в том, что все объекты мира, в котором живет человек (включая культуру и самого человека), суть «инобытие», предметное воплощение особой идеальной сущности — «Абсолютного духа». Поэтому предметный мир человека есть мир феноменов, за которым скрыт (или в котором проявляет себя) мир ноуменов. В этом плане гегелевская концепция находится в русле долгой европейской традиции с ее оппозицией «внутреннего» и «внешнего», «скрытого» и «очевидного», «глубинного» и «поверхностного». Тему эту легко обнаружить уже у Платона с его противопоставлением мира идей, мира чистых сущностей чувственному миру, трактуемому в качестве «теней» первого.

Между классической европейской философией, которая в основе своей была метафизикой — т. е. создавала всеобъемлющие «картины мира», универсальные онтологические конструкции, представлявшие глубочайшую сущность мироздания, — и современной философией лежит период критической философской мысли, обратившей свои стрелы именно против метафизики.

В XX в. каждый философ объявляет о смерти метафизики. М. Шлик, оценивая вопросы о первопричине бытия, существовании Бога, бессмертии души и т. п., высказал мнение, что все они просто бессмысленны. У метафизики, по мнению М. Шлика, отсутствует реальное содержание. М. Шлик противопоставил ей систему научного мировоззрения, характеризующегося связью с эмпирическими фактами, экспериментальной проверкой, логической связностью и непротиворечивостью.

Парадоксально, но и противники позитивизма также высказывали недовольство традиционной метафизикой. Эдмунд Гуссерль, М. Хайдеггер, М. Шелер подвергли резкой критике ее основные установки и понятия, настаивали на изменении и самой формы философствования. Они считали, что философия слишком похожа на науку и некритически опирается на «естественное» понимание предмета философии.

Основатель феноменологического течения в философии Э. Гуссерль упрекал классическую философию за то, что она «удваивает» мир, подкладывает под феномен сознания некие трансцендентные сознанию вещи. Он предлагал вынести вопрос о реальности за «скобки» и заняться исключительно феноменами сознания.

Фокус познавательного интереса Гуссерль сосредоточил на «трансцендентальном» мире сознания: не индивидуального, не общественного, а «чистого», отвлеченного от сознающего человека, его психической деятельности, от социальной среды. В феноменологии сознание обращено не к внешнему миру, а на самое себя. Именно содержание этого «чистого» сознания и составляет предмет феноменологических исследований.

Такого рода изменение установки сознания Гуссерль охарактеризовал как трансцендентальную редукцию. Она позволяет в потоке феноменов как абсолютных сущностей, как смыслов предметов, возникающих в нем, обнаружить подлинные смыслы.

Философ-феноменолог, в соответствии со своей методологией, исключает из рассмотрения (точнее, «заключает в скобки») внешний мир, все суждения о нем, выходящие за границы «чистого», или субъективного, опыта. При этом он проделывает феноменологическую редукцию, состоящую в установлении таких скобок, в отвлечении от внешнего мира. В понятийном аппарате феноменологии важное место занимают понятия «феноменологическое эпохэ» (воздержание) и «интенциональность» (направленность).

По Гуссерлю, философ, предлагающий не принимать во внимание внешнего мира, воздерживаться от суждений о нем, совершает феноменологическое эпохэ. Феноменологи отклоняют обвинение в том, что, применяя свой метод исследования, они теряют из вида предметы внешнего мира.

С их точки зрения, сознанию присуща интенциональность — постоянная направленность на какой-либо объект. Причем, такой объект не существует вне сознания, а находится внутри него как мыслимый предмет (находится лишь постольку, поскольку он подвержен «полаганию» сознанием или мышлением). С этих позиций сферой исследования феноменологии выступает сознание, рассматриваемое в аспекте его интенциональной природы.

Учение о сущностях (эйдосах) — одно из центральных в феноменологии. Оно во многом перекликается с объективно-идеалистическим учением Платона об идеях. Однако между ними есть существенные различия. По Платону, идеи — это бестелесные формы вещей, образующие особый мир и тождественные с бытием.

По Гуссерлю же, сущности фактически не обладают бытием, т. е. не существуют, а лишь мыслятся. Они представляют собой идеальный смысл наших познавательных переживаний. Знание о них достигается в результате усилий интуиции, осуществляющей непосредственное «созерцание сущностей».

Если феноменолог начинает свое исследование с трансцендентальной и феноменологической редукций, то завершает его операциями эйдетического мышления. Постигая жизненный мир, последователи Гуссерля, в конечном счете, имеют дело не с понятиями, а с эйдосами, образующими поток сознания. Именно в эйдосах, как полагают феноменологи, жизненный мир дан наиболее полно, содержательно.

Каковы основные положения феноменологической системы взглядов Эдмунда Гуссерля?

Во-первых, философия отождествлялась с феноменологией, а ее предмет искусственно абстрагировался от явлений объективного мира — природы, общества — и сводился исключительно к явлениям (феноменам) сознания. При этом они понимались как нечто абсолютное в качестве идеи (Эйдоса), существующее в сознании и одновременно независимое от него применительно к познающему индивиду.

Явление, пишет Эдмунд Гуссерль, не имеет никаких «реальных свойств», оно не знает никаких реальных частей, никаких реальных изменений и никакой причинности. Феномены представляются как сущности, имеющие надличностный, всеобщий характер. А сама феноменология призвана созерцать данные сущности и отношения между сущностями.

Чистая феноменология как наука может быть только исследованием сущности, а не исследованием существования. Функции познания сущности, по Гуссерлю, реализуются не разумом (рационально), а посредством интуитивного постижения (иррационально). Желание обосновать или отвергнуть идеи на основании фактов — бессмыслица. Мы в состоянии интуитивно нащупать господствующие в духовной жизни мотивации и благодаря этому постичь сущность и развитие любого духовного образования. Таким же способом может быть интуитивно обследовано искусство, религия, нравы и т. п.

Во-вторых, феноменология трактовалась Эдмундом Гуссерлем как философия, превратившаяся в «строгую науку» благодаря использованию аппарата чистой логики и математики, что, якобы, позволяло ей покончить с эмпиризмом и исследовать сущности. Это должно было исключить проявление субъективизма, специфического научного релятивизма и антропологического подхода. Строгая наука, во всяком случае, есть не психологическая и вообще не реальная связь, которой подчинены акты мышления, а объективная или идеальная связь.

Характеризуя объективную связь, идеально проникающую во все научное мышление, философ выделял в ней связь вещей, существующую в сознании, и связь истин. В них вещное единство приобретает качество «того, что оно есть». Сама вещь природы не имеет ничего общего с ее «воспринятостью» в сознании. Дерево, например, может сгореть, разложиться и т. д.; смысл же его как нечто неотделимое от сущности не может сгореть, в нем нет химических элементов, нет сил, нет реальных свойств.

В-третьих, выделение предмета феноменологического исследования проводилось благодаря интенциальности, т. е. внутренней направленности сознания на предмет и при помощи метода редукции (лат. reductio — возвращение). В данном случае речь шла об упрощении и сведении сложного процесса познания к более простому, т. е. выведении «за скобки» всех тех обстоятельств, которые осложняют и искажают данный процесс.

Метод феноменологической редукции включал этап исторической редукции, когда не учитываются различные концепции, относящиеся к познавательному процессу; этап эйдетической (гр. eidos — образ, форма, сущность) редукции, когда «очищаются» явления сознания с целью придания им идеальных форм; этап трансцендентальной (выходящей за пределы) редукции, когда учитываются, наконец, особенности субъекта познания, его собственные «переживания» и акты.

В результате подобной методологической операции оставалась область чистого («ясного») сознания, свободная по отношению к внешнему миру и выступающая основой формирования категориального аппарата науки.

Философу недостаточно того, что мы ориентируемся в мире, что мы имеем законы как формулы, по которым можем предсказывать будущее течение вещей и восстанавливать прошедшее. Он хочет привести в ясность, что такое суть по существу «вещи», «события», «законы природы» и т. п.

В-четвертых, феноменологии Гуссерля в силу ее особенностей присуще специфическое толкование такой философской категории, как истина. В целом она рассматривалась с позиций кантианства, т. е. априорно (до и вне опыта) и трансцендентально.

По Гуссерлю, в чистой логике истинно то, что абсолютно; истина тождественно едина, воспринимают ли ее люди, ангелы или боги. Что касается относительных истин, то они ставились в прямую зависимость от состояния логического мышления.