Элена Макнамара – Вип пациент (страница 8)

– Доктор Волжанская, – произносит так, будто выплёвывает горькое. – Когда я смогу играть?

– Я ещё не видела снимки.

– Ты на них пялилась двадцать минут.

Поднимаю глаза. Он смотрит на стекло операторской.

Чёрт.

– Предварительно – без грубых повреждений, – говорю сухо. – Но нужны дополнительные обследования. Нейропсихологическое тестирование, вестибулярные пробы, осмотр окулиста.

– Сколько?

– Два-три дня на диагностику. Потом посмотрим.

– Финал через пять дней.

– Я в курсе.

Он спрыгивает со стола. Его ведёт в сторону, но он тут же выравнивается. Не покажет свою слабость, даже если ноги подкашиваются.

– То есть можешь не успеть поставить меня на ноги.

– Я сделаю всё, что от меня зависит. Остальное будет зависеть от Вашего организма и Вашего поведения.

– Моего поведения? – вскидывает брови.

– Постельный режим. Никаких телефонов, телевизоров, яркого света. Минимум раздражителей. Сон, покой. Будете соблюдать – шансы окажутся выше, и...

– Понял, – обрывает резко.

Подхожу ближе. Достаю из кармана фонарик.

– Присядьте и посмотрите на свет.

Он медленно садится и смотрит на фонарик. Свечу в глаза – левый, правый. Зрачки реагируют нормально. Но смотреть в эти глаза с такого расстояния – пытка. Та же зелень. Тот же взгляд. Десять лет, а я до сих пор помню.

– Реакция зрачков в норме, – говорю и отступаю.

Его рука вдруг перехватывает моё запястье.

Замираю.

Пальцы горячие, сухие, жёсткие. Обхватывают так, что чувствую его пульс. Или свой. Не разберёшь.

– Почему ты здесь? – голос низкий, тихий.

Смотрю на его руку. Потом на него.

– Отпустите.

– Ответь.

– Я работаю здесь. Отпустите, пожалуйста.

Несколько секунд он не двигается. Потом разжимает пальцы. На запястье остаётся след – не синяк, просто ощущение. Фантомное тепло.

– Вас проводят в палату, – говорю ровно. – Отдыхайте.

Иду к двери.

– Ева.