Элена Макнамара – Вип пациент (страница 39)
Хватаю её за руку, вытягиваю из ванной и прижимаю спиной к стене. Она вскидывает подбородок. Не вырывается, не кричит. Просто смотрит.
Упираюсь ладонями в стену по обе стороны от её головы. Наклоняюсь. Близко. Так близко, что чувствую её дыхание на своих губах. Веду носом по её скуле. Медленно. От виска к уголку рта. С шумом втягивая в себя её аромат.
– Ты пахнешь всё так же, Ева, – шепчу ей в ухо. – Как желанное лакомство.
Чувствую, как она вздрагивает. Как напрягается всё её тело.
– Амир...
Её ладони упираются мне в грудь. Не отталкивают – просто лежат.
– Не надо.
Отстраняюсь. Смотрю ей в глаза. Пристально. Долго.
Не давлю. Не целую. Не двигаюсь. Просто смотрю.
Она не отводит взгляда.
Атмосфера накаляется. Пульс долбит в ушах.
Вижу, как что-то внутри неё ломается. Как гаснет ярость. Как расширяются зрачки. Как приоткрываются губы.
– Чёрт... – выдыхает она. – Чёрт, Саф...
Ловлю её губы, не давая договорить.
Она отвечает.
Жадно, отчаянно, зло. Кусая мою нижнюю губу. Впивается пальцами в плечи и тянет на себя.
Целую её так, будто хочу выпить до дна. Языком провожу по её губам, толкаюсь внутрь. Она стонет мне в рот, и этот звук бьёт прямо в пах.
Дёргаю пояс её халата. Узел поддаётся легко. Халат распахивается, соскальзывает с плеч, падает на пол. Под ним – ничего.
Отстраняюсь на секунду, веду взглядом вниз.
Она не прикрывается. Стоит передо мной – обнажённая, гордая и невозможно красивая. Грудь вздымается от частого дыхания. Соски твёрдые. Живот плоский, бёдра округлые.
Рычу от нетерпения, избавляясь от полотенца.
– Десять лет, Волжанская... Десять грёбаных лет.
Подхватываю её под бёдра. Поднимаю. Вжимаю в стену. Она обхватывает меня ногами, скрещивает лодыжки на пояснице.
Чувствую её всю. Горячую, гладкую, влажную.
– Амир, – выдыхает она. – Амир...
– Скажи ещё раз.
– Амир...
Целую её шею. Ключицы. Спускаюсь ниже. Беру губами сосок и втягиваю в рот. Она выгибается, запрокинув голову, бьётся затылком о стену.
Перехватываю её удобнее. Одной рукой держу под бёдрами, второй направляю себя. Вхожу в неё одним движением. Резко, глубоко, до упора.
Она кричит. Я рычу.
Тесная. Горячая. Идеальная.
Замираю на секунду. Даю ей привыкнуть. Даю себе время, чтобы не кончить прямо сейчас, как нетерпеливый подросток.
– Смотри на меня, – приказываю я.
Она открывает глаза. Шальные, мокрые от выступивших слёз.
– Больно? – спрашиваю внезапно охрипшим голосом.
– Нет, – качает головой. – Двигайся. Двигайся, Амир.
И я начинаю двигаться.
Медленно сначала. Выхожу почти полностью – и вхожу снова. Глубоко. До конца. Чувствуя каждый её вздох, каждое сокращение.
Она стонет. Цепляется за меня. Ногти впиваются в спину, в плечи.
– Быстрее, – шепчет она. – Пожалуйста, быстрее...
Ускоряюсь. Вбиваюсь в неё жёстко, ритмично.
Она царапает мне спину. Кусает плечо, чтобы заглушить крик. Сжимается вокруг меня так, что темнеет в глазах.
– Не вспоминала, значит? – рычу ей в ухо. – Десять лет?
– Заткнись...
– Врёшь, Волжанская.
– Заткнись, Сафин...
Меняю угол. Вхожу глубже.
Ева вскрикивает. Выгибается.
– Вот так, – шепчу я. – Вот так, детка. Давай.
Ещё толчок. Ещё. Ещё.
Она кончает. Сжимается вокруг меня, содрогаясь всем телом. Кричит моё имя – громко, не сдерживаясь.
Догоняю её через несколько секунд. Мир сужается до точки и взрывается. Всё меркнет на секунду.
Вжимаю её в стену. Держу крепко, пока волна не отпускает. Хриплю ей в шею что-то бессвязное.
Стоим, тяжело дыша. Она всё ещё обхватывает меня ногами. Я всё ещё внутри неё.
Не хочу выходить. Не хочу отпускать.
Прижимаюсь лбом к её лбу. Чувствую, как бешено колотится её сердце. И моё тоже долбит на сверхчастотах.
– Врёшь, – повторяю шёпотом. – Ты помнишь всё. Как и я.
Она закрывает глаза, потом открывает.
– Это просто секс, Амир...
Глава 21. Откажись.
Ева
Десять лет назад
– За молодых! – бабушка поднимает рюмку.
Звон хрусталя. Смех. Данила хмуро ковыряет салат, Данияра хлопает в ладоши, Амир сжимает мою руку под столом.
Мы только что из ЗАГСа. Заявление подано. Через месяц – свадьба.