Элена Макнамара – Вип пациент (страница 35)
— Мы, наверное, пойдём, — говорит он.
— Нет, — Гульнара Рафаэловна качает головой. — Останьтесь. У меня для тебя сюрприз, Амир, — она впервые за всё время расплывается в настоящей, живой улыбке. Лицо преображается — становится почти красивым. — И ты должен этот сюрприз увидеть.
Наши дни
Заходим в мою скромную двушку. Снимаю пальто, молча разуваемся. Амир не отводит взгляда от моего лица. А я вглядываюсь в его.
Мне не нравится то, что с ним происходит. И совсем не нравится то, что он у меня дома. Между нами слишком мало пространства сейчас.
— Есть хочешь? — спрашиваю я.
— Хочу.
— Проходи, — кивком головы указываю в сторону кухни.
Он заходит и сразу встаёт к раковине, моет руки. Я жду, уставившись в его широкую спину. На то, как мышцы перекатываются под рубашкой.
Опомнившись, бросаюсь к холодильнику. Достаю контейнер с варёной грудкой, ставлю в микроволновку. Выкладываю овощи.
Место у раковины освободилось, и я подхожу к ней.
Бросаю взгляд на Амира. Он сел у окна за столом. Осматривается.
— У тебя уютно, — говорит тихо.
— Спасибо.
Мою овощи, потом быстро режу. Погретую грудку рву ломтиками. Всё закидываю в большое блюдо, заправляю маслом из виноградной косточки. Режу хлеб.
Мы ужинаем молча.
Амир продолжает сканировать моё лицо.
Это всё чертовски странно.
Десять лет прошло, а мы сидим друг напротив друга. Так, словно и не было этих десяти лет.
— Можешь кофе сделать? — просит Амир.
— Могу. Но тебе нельзя, — собираю со стола тарелки.
Он хмурит брови.
— Тогда что мне можно?
— Воды
— Издеваешься? — уточняет скептическим тоном.
— Не издеваюсь.
Ставлю чайник, завариваю две чашки растворимого кофе.
Чёрт с ним, это меньшее из зол.
Наливаю в обе чашки сливок. Ставлю на стол.
— Я не люблю со сливками, — морщится Амир.
— Полюбишь, — отбриваю я.
Громко отхлёбывает кофе с лицом вселенского разочарования. Эта мимика мне очень напоминает мимику его матери.
— Ева, ты уже расскажешь, что со мной не так? — спрашивает Сафин, отодвигая чашку.
Рассказать не успеваю. Возле самых ног слышится громкое и даже властное:
— Мяяяуу!
Гуля.
Сонная, недовольная. Проспала возвращение хозяйки.
— Это что за зверь? — Амир наклоняется, чтобы её погладить.
И тут же получает в ответ презрительное шипение.
— Ого. Вот это характер, — улыбается Сафин.
— Да она просто есть хочет, — я поднимаюсь из-за стола.
Миску свою, как всегда, Гуля запульнула под гарнитур. И мне приходится встать на четвереньки, чтобы её достать.
— Волжанская, ты бы полегче с такими позами, — комментирует Амир сзади.
Голос у него хриплый и опасный сейчас.
Тяжело сглатываю.
И правда, что-то я забыла, с кем имею дело.
Быстро поднимаюсь. Выдавливаю в миску жидкий корм.
Гульнара медлит, не идёт.
— Гуля, кс-кс...
Распушив хвост, вальяжно подходит к миске.
Амир прокашливается.
— Гуля? Гуля – это Гульнара? Ты назвала кошку... в честь моей матери?
Глава 18. Подруга детства.
Ева медленно разворачивается ко мне. На лице – смесь гордости и смущения.
А я поражён, конечно. Гуля, значит...
– Почему сразу в честь? – вскидывает подбородок Волжанская.
Смотрю на неё скептически. Развожу руками.
– Ну вот как-то показалось.
– Ты ошибся. Пей свой кофе, Амир.
Она садится за стол, берёт чашку. Ясно, разговоров о моей матери и кошке не будет.
Да пофиг вообще. Я жду вердикта от врача. Что со мной было в ресторане? Понятно, что паническая атака. Но откуда и почему сейчас?
– Как ты себя чувствуешь? – спрашивает Ева, глядя мне в глаза.
– Здоров как бык, – говорю честно. – Не понимаю, почему разваливался ещё час назад.