Элена Макнамара – Одержимость Тамерлана (страница 30)
Никаких «прости».
Никаких «я был не прав».
Просто — переборщил.
Блять!
Срываюсь с места. Пробегаю мимо него. Через порог. На улицу.
Босиком по траве. Холодная. Мокрая от росы. Через сад. Двор. К дому.
Распахиваю дверь. Вверх по лестнице — две ступени за раз.
Врываюсь в «свою» комнату.
Чемодан стоит у стены. Открываю. Бросаю всё подряд — вещи из шкафа, с кровати, со стула.
Стягиваю платье, тоже швыряю в багаж. Надеваю блузку — руки дрожат, пуговицы не
слушаются. Джинсы натягиваю с трудом.
Застёгиваю чемодан. Тащу к двери.
Тяжёлый, чёрт возьми! Но во мне столько адреналина, что я готова тащить его до самого аэропорта.
«Переборщил!»
«Подчиняйся слепо!»
Да щас!
ревнуешь как... как...
Да я даже слов не могу подобрать «как»!
Нет уж, Тамерлан! Грош цена твоим чувствам, если ты запираешь свою любимую.
Спускаюсь по ступенькам, чемодан грохочет.
В холле Патимат. Смотрит на меня взволнованно, но, кажется, всё понимает.
Она подходит, распахивая обьятия. Обнимает — крепко, по-матерински.
Он не всегда был таким, — шепчет мне на ухо.
Не знаю, что ответить.
Отстраняюсь. Тараторю что-то невпопад. О том, что благодарна за гостеприимство. О том, что очень жаль, что не попрощаюсь с Абдулом.
Вылетаю на улицу и вижу Тамерлана у машины.
Руки скрещены на груди. Лицо — каменное.
Останавливаюсь в шаге.
— Отвези в аэропорт.
В его глазах, помимо злости, вижу ещё и боль. Но этот мужчина явно не намерен меня больше держать.
Так же как и меняться.
Он молча забирает чемодан и открывает для меня дверцу.
Растерянно сажусь.
Даже не верится...
Да, должна уехать. Но сердце рвёт так, словно часть себя я оставляю здесь.
Он садится за руль, и мы выезжаем.
Дорогой, когда появляется связь, бронирую себе билет.
Час дороги длится целую вечность, уговариваю себя не смотреть на Тамерлана. Умоляю себя ничего к нему не чувствовать.
Но я чувствую так много. Боже!
На парковке аэропорта стоим друг напротив друга.
— Ты мог бы хоть извиниться, — говорю тихо.
И мысленно луплю себя по голове за то, что выпрашиваю его извинения.
Он качает головой.
— Не буду извиняться за то, что защищаю своё.
Какой же упрямый, чёрт его дери!
Я не твоя вещь, Тамерлан, — вскидываю подбородок, который уже дрожит.
Знаю. Но ты моя, Валерия.
Как видишь — уже нет.
Мне хочется его уколоть. Чтобы ему было больно, как мне.
Он вдруг делает шаг вперёд. Обнимает — быстро, коротко.
Я замираю. Не успеваю ответить.
Он отстраняется. Разворачивается. Идёт к машине.
Не оборачивается.
Просто уезжает.
Стою. Чемодан у ног. Люди снуют вокруг. Суета, шум...
Потом регистрация. Досмотр. Зал ожидания.
Всё быстро, смазанно и будто не со мной.
Пишу Кристине.
Я: Еду домой. Через три часа приземлюсь.
Кристина: Встречу. Держись.
Убираю телефон.
Объявляют посадку.
Поднимаюсь в самолёт.
Моё место у окна. Пристёгиваюсь.
Самолёт разгоняется. Взлетает.