Елена Макарова – Абсолютное зло (страница 14)

— Мир! — весело заявила, поцеловав Дана в щеку, и поспешила к дому.

У самого порога я обернулась, и наблюдала за тем, как он завел руки за голову и откинулся обратно на траву.

Догадывался ли он, что счастливой меня делал именно он?

Глава 5

На протяжении следующих двух недель я называла себя непроходимой дурой: так обрадовалась возвращению Дана, что лишь потом сообразила, что не спросила его номер. Все, что мне оставалось, так это ждать первого шага от него. А он не торопился его делать.

Каждую свободную минуту я заглядывала в телефон в надежде увидеть пропущенный звонок, который по каким-то причинам не услышала, или сообщение с просьбой о новой встрече. Но всё напрасно — Дан снова пропал.

Ни на секунду не выпускала телефон из рук, и даже сейчас то вращала его, то постукивала корпусом о мягкий подлокотник кресла. Он полностью завладел моей жизнью. Устала от постоянного ожидания и не спадающего напряжения. Решила взять паузу и передохнуть: собиралась положить телефон на кофейный столик, но вышло это весьма неуклюже, и он грохнулся на столешницу, заставив вздрогнуть сидящих напротив Артем и Иру. До этого они разглядывали что-то на экране планшета и время от времени посмеивались, а теперь неодобрительно уставились на меня. Нелепо думать, что рассердились меня из-за шума. В их виде что-то воинственное. Между нами разгорелась война, а я и не заметила? Только сейчас, отвлекшись от мыслей о Дане, я поняла, что длится это уже не один день.

— Что происходит? — скрестила руки на груди, намеренная во всем разобраться.

— Я тут ни при чем, — произнесла Ира, — я люблю тебя, как и прежде. Это все он, — кивнула в сторону Артема.

— Что? — совсем не ожидала враждебности от него. Мне казалось, что мы нашли общий язык. И не припомню, чтобы чем-то задела его лично или в целом мешала их отношениям с Ирой.

— Ты жестоко обошлась с моим другом, — пояснил он, заставив меня в ту же секунду почувствовать себя последней дрянью.

Как я могла забыть о Роме? Мы не виделись с того самого дня, когда он открылся мне, а я отвергла его чувства. Мне даже в голову не пришло поинтересовалась его состоянием.

— Надеюсь, с ним все в порядке? — виновато спросила.

— Сейчас в порядке, — кивнул Артем, — а вот пару недель назад мне пришлось с ним повозиться.

— Пить с ним в барах ты называешь заботой о друге? — оживилась Ира, видимо имевшая ряд претензий к своему парню.

— Он нуждался в поддержке! — оправдывался тот, забыв о друге, и теперь выгораживал исключительно себя.

— Тогда я тоже отправлюсь в клуб без тебя, — пригрозила Ира, — а сама скажу, что это только ради душевного равновесия Машки!

— В какой это клуб вы собрались? — прогремел Артем, решивший, что это дело решенное и мы уже обо всем договорились.

Я оказалась в эпицентре ссоры влюбленных и поспешила ретироваться в свою комнату, прихватив телефон со столика. Угрызения совести отправились за мной следом.

Прислонилась спиной к двери, открывая список контактов, и в карусели имен искала Рому. При этом раздумывала, позвонить ему или для начала написать сообщение. А может, все сложилось как нельзя лучше? Мы не виделись некоторое время, и теперь не стоит возобновлять общение?

Телефон вдруг «ожил» у меня в руках, отрывая от размышлений. На экране высветился незнакомый номер. Не торопилась отвечать — боялась разочарования: слишком сильно желала, чтобы это был именно Дан.

Но после нескольких секунд терзаний, поднесла трубку к уху.

— Ри-ри? — услышала усталое. — Ты все еще хочешь увидеться?

Один лишь звук его голоса заставил меня забыть о проблемах и обиду за недели ожидания. И этот его вымученный тон, что не оставлял равнодушной.

— Когда? — лишь спросила я.

— Через полчаса, — без промедлений, словно приготовил ответ заранее.

— Я буду готова, — пообещала несмотря на то, что часы показывали почти полночь, и совсем не время для прогулок.

Не задумываясь, стянула с себя пижаму и распахнула шкаф в поисках одежды. После нескольких неудачных попыток застегнуть джинсы я прижала дрожащие руки ладонями к бедрам, стараясь успокоиться и прийти в равновесие. Почему я так нервничаю, это же не свидание? Или все-таки свидание? Голова шла кругом.

Чуть не подпрыгнула, когда снова зазвонил мобильник. Неужели уже прошло получаса?

— Жду внизу, — отрезал Дан, стоило поднять трубку.

Секунду я промедлила перед тем, как выйти из подъезда. Прижалась лбом к холодному металлу двери, а потом, отбросив все сомнения и страхи, шагнула вперед.

В ночном сумраке я разглядела черный внедорожник. Дверца распахнулась, приглашая внутрь. Стараясь вести себя уверенно, а самое главное, естественно, я подошла и забралась в салон.

Вид у Дана был под стать голосу в трубке — утомленный. На бледном лице под глазами пролегли темные круги, а на правой скуле красовалась яркая ссадина. Могла только гадать, откуда она. Вряд ли он станет мне что-то объяснять.

— Что, очередная девица преследовала тебя в темном переулке? — решила разрядить обстановку, но только усугубила ситуацию: Дан стал мрачней. Наша неудачная встреча тем вечером не лучший повод для шуток. Поспешила извиниться: — Прости, я не…

— На такое способна только ты, — заставил меня замолчать, неожиданно ответив на мой глупый каламбур. Откинулся на сидение и смотрел перед собой, прямо в темноту ночи.

— Безумные поступки не по моей части, — неуверенно произнесла, удобней устраиваясь в кожаном кресле.

— По твоей части отчаянные поступки, — прикрыл веки, словно его сморило сном.

Вдруг почувствовала себя лишней. Зачем он позвал меня, если ему в тягость моя компания?

— Не вижу разницы, — без интереса поддерживала разговор.

— Отчаянные следуют велению сердца, — глубоко вздохнул, будто набираясь сил, — безумцы одержимы всепоглощающей идеей, не дающей им покоя и представляющейся смыслом жизни.

Гадала к какой категории он причислял себя.

— Судя по отметине на лице, ты тоже отчаянный, — сделала логичный вывод.

Он распахнул глаза, пробуждаясь от дремы, в которую его увлекло тепло, размеренный гул мотора и полумрак. Повернул голову и посмотрел на меня, пронзая взглядом:

— Я как раз безумец, — и, казалось, именно безумие отразилось в его глазах.

— Ты всегда прислушивался к своему сердцу, — потянула руку к его груди, но на половине пути Дан перехватил ее, сжав запястье. Я заставила себя сидеть спокойно и не вырываться: обещала не бояться его. Это условие, по которому он здесь. Нельзя показывать страх.

— Я давно перестал это делать, оно шепчет лишь глупости, — давление пальцев ослабло, и скоро Дан отпустил меня. — По мне, лучше быть безумцем, чем дураком.

Разговаривать с Даном и раньше было все равно, что разгадывать головоломку, а теперь подобрать к нему ключи стало в разы сложнее. Была не в состоянии предугадать ход его мыслей, поэтому не знала, чего от него ждать в следующий момент. Не видела четко своего места рядом с ним. Не знала, как стать естественной частью его жизни, а не обузой. Раньше все было просто: он мой сосед и друг и отношениями между нами были соответственными. Кто я для него сейчас? А он для меня? Почему мы в ночи сидим здесь, и он разговаривает загадками?

— Дан, я…

— Прокатимся? — перебил, и, не дожидаясь ответа, тронулся с места.

— Да, конечно, — дала согласие, хотя оно уже было лишним.

***

Мы долго бесцельно кружили по городу, пока я не рассказала Дану об одном месте, откуда можно полюбоваться видом на ночной мегаполис.

Машину пришлось оставить на парковке и подниматься на возвышенность пешком. Между деревьев, в стороне от покрытых асфальтом аллей, петляла узкая тропка, которая привела нас к маленькой, созданной самой природой площадке у окраины парка.

Город выглядел здесь, как на типичных фотографиях, заполонивших интернет: цепи огней и яркие автомобильные потоки в ночной темноте. Эта картина давно меня не поражала и не радовала, я хотела лишь поднять настроение Дану. Всю поездку он был погружен в себя и хранил молчание. Мы сидели рядом, но все равно были врозь. И даже сейчас его лицо оставалось непроницаемым.

Я подняла голову к небу. Оно уже потемнело, и сквозь городское освещение, которое не позволяло во всей красе видеть звезды, пробивался свет лишь самых ярких.

— Когда я переехала, мне было одиноко, — негромко заговорила, не желая нарушать интимную атмосферу. — Моя семья, друзья, вся устоявшееся жизнь остались дома, а я оказалась в новом незнакомом месте, где мне даже не с кем было поговорить. — В полумраке Дан развернулся ко мне и внимательно слушал. — Первый год я жила в общежитии, и было совсем тоскливо. Но однажды я обнаружила лестницу, ведущую на крышу. Студенты частенько вылезали туда покурить, но меня привлекало совсем другое. Я заворачивалась в теплый плед и подолгу смотрела на звезды. Они оставались неизменными, единственным, что было таким же, как дома. Хотя дома звезды кажутся ярче. В родных местах так, наверное, всегда. — Повернулась к Дану, но он уже разглядывал небо. Меня удивило насколько завороженным и даже чем-то пораженным он выглядел.

— Не помню, когда в последний раз вот так смотрел на звезды, — будто говорил сам с собой. — Давно перестал замечать красоту этого мира. Краски жизни стали блеклыми.

— Почему? — удивилась я, и в тот же момент вся очарованность исчезла с его лица.