Елена Леонова – Тёмный Лотос (страница 42)

Опергруппа выехала по адресу, присланному Оболенцевым, чтобы привезти Романову в отделение. Саблин ждал. Как только её привезут, он начнёт допрос и уж точно узнает, кто руководит Орденом, кто ещё в нём состоит, что случилось с Даршаном и почему сейчас им так нужен этот проклятый бриллиант.

Следователь вновь закурил. Он не любил ждать. Хотел поехать сам на задержание, но решил, что коллеги справятся и без него, не надо мешать. После погони в больнице он чувствовал, что находится не в лучшей форме и надо вернуться к ежедневным тренировкам.

В кабинет зашли Бойко и Максимова.

– Ну? – Саблин встал с кресла.

– Пусто, – доложил лейтенант.

– В смысле?

– По адресу никого нет, там вообще никто не живёт, – объяснила Максимова, – мои ребята обошли весь подъезд, соседи никогда не видели женщину, похожую по описанию на Романову.

Саблин разочарованно цокнул языком.

– Да чтоб тебя! – Он сел обратно в кресло. – А телефон отследили?

– Отключён. – Бойко опустился на стул, вытянув ноги. – Все контакты – липа.

– Ваш свидетель мог дать неверную информацию? – спросила Максимова.

Саблин пожал плечами.

– Надо поговорить с коллекционером ещё раз, – предложил Бойко. – Можно задержать его на сутки, пусть посидит, может, вспомнит.

– Прекрати, – Саблин поморщился. – Это ничего не даст. Если Оболенцев прикрывает Романову, то он не расколется, мы его только замкнём.

В кабинете повисла пауза. Саблин был подавлен. Опять провал.

А чего он ожидал, с другой стороны? Оболенцев даст тот самый адрес, по которому сидит и ждёт полицию Романова?

Он вздохнул.

– Продолжаем работать, – сказал следователь. – Установите слежку за Оболенцевым – вдруг Романова появится в коллекционном доме? Поставьте на прослушку его телефон.

– Сделаем, – произнёс, вставая, Бойко.

Глеб и Дина вышли из кабинета, оставляя Саблина одного.

Он сел и развернулся на стуле в сторону окна.

Настроение резко стало поганым.

Глава 83. Москва. Суббота. 21:20

На улице стемнело. Саблин погасил основной свет и сидел в кабинете при включённой настольной лампе. День выдался насыщенный и очень непростой. Он думал про Даршана. Они не были близки, но когда-то в детстве их связывала дружба. Хоть следователь и привык видеть смерть почти каждый день, но когда это касается человека, которого ты хорошо знал, от эмоций невозможно отстраниться.

Саблин курил уже третью сигарету подряд. Он становится старше, и не так просто перешагивать через себя, через свои чувства. Мог ли он предотвратить убийство? Или сделать больше, чтобы найти Романову? И тогда, возможно, Даршан был бы сейчас жив? В университете его учили не культивировать чувство вины, не стараться брать ответственность на себя. Поддавшись самобичеванию и эмоциям, можно потерять бдительность, размякнуть, стать бесполезным в расследовании, и тогда не спасти никого, будут новые жертвы. А это уже будет его вина.

Нет, не он убил Даршана, это сделала Романова. Скорбеть о друге будет потом. А сейчас у него нет выбора. Надо взять себя в руки и продолжить расследование.

Саблин затушил сигарету, схватил куртку и покинул кабинет. Через сорок минут он шёл по коридору больницы. Кондратьеву увидел в палате. Выглядела она лучше, но болезненная бледность еще не прошла.

– Добрый вечер, – сказал Саблин, стуча в дверь и заглядывая внутрь.

Женщина, сидевшая на кровати, обернулась:

– Добрый.

– Прошу прощения за беспокойство, хочу задать вам пару вопросов.

– Это правда? Про Даршана.

– Да, увы.

– И всё из-за статуэтки? – Глаза женщины были красными и воспалёнными от слёз.

– Мы полагаем, да…

– Но как Даршан с этим был связан?

– Выяснили, что его подкупили для кражи статуэтки из вашего сейфа. Вы очень вовремя её оттуда забрали.

– Но тогда почему его убили?

– Люди, которые охотятся за статуэткой, не хотели оставлять свидетелей.

– Это они перевернули мою квартиру и украли сумочку?

– Скорее всего, да.

– О нет, – Лиза потёрла руками глаза, – это я во всём виновата.

– Нет, я не думаю. – Саблин придвинул стул к кровати и сел.

– Если бы я не положила статуэтку в сейф и не рассказала ему об этом, Даршан был бы жив.

Саблин промолчал. Те же чувства испытывал он сам, от них никуда не деться, но успокаивать женщину у него нет ни сил, ни времени.

– Лиза, я был в Академии наук, где работал ваш дядя, там мне сообщили, будто в последнее время Андрей Станиславович был нервным и возбуждённым. Как раз в тот период, когда приобрёл статуэтку. И он рассказывал коллеге об общении с каким-то монахом. Вы тоже, кажется, об этом говорили?

При упоминании монаха Кондратьева резко посмотрела на следователя.

– Что вам известно? – спросила она.

– Ничего. А вам?

Лиза отвернулась от Саблина и замолчала, размышляя.

– Его зовут Вари, – тихо сказала женщина, не глядя на следователя, – он хотел статуэтку.

– Откуда он узнал, что статуэтка у вашего дяди?

– Я ничего не знаю, дядя мне не рассказывал, – Лиза внимательно посмотрела на Саблина, – но монах приходил ко мне и вещал странные истории про статуэтку. Просил поехать в Индию и доставить статуэтку в Храм Шивы.

– Храм Шивы?

– Да, – кивнула женщина. – Это какой-то бред, – неожиданно резко продолжила она. – Он везде за мной ходил, следил, я устала от этого, вы понимаете! Он сводил меня с ума своими бреднями! А потом ещё эти люди перевернули квартиру! Я была просто на грани безумия! Предложенное Виджитунга мне показалось тоже странным вариантом, но это был выход! Я должна была избавиться от этой статуэтки любыми способами! И знаете что?

– Что?

– Как только я отправила статуэтку в Индию, всё прекратилось. Монах больше не появлялся.

– Понимаю.

– Сомневаюсь. – Женщина легла на кровать. – У вас остались вопросы? Если нет, то оставьте меня уже в покое.

– Спасибо. – Саблин встал. – Поправляйтесь.

Он вышел из палаты в ещё большей задумчивости, чем был.

Глава 84. Индия. Хайдарабад. Суббота. 22:55

Альядир начинал нервничать.

Люди, которых отправили обыскать туннели под Голкондой, вернулись, никого не обнаружив. Возможно ли, что Смирнов не заходил в те туннели? Может быть, он ушёл с мероприятия каким-то другим путём?

Проклятие!