Елена Леонова – Тёмный Лотос (страница 30)

– Спасибо.

Саблин поднялся в красивом лифте и нашёл кабинет с надписью «Отделение историко-филологических наук». Он постучался и открыл дверь.

Внутри просторная приёмная. У окна стоял стол, за которым сидела женщина. Помимо этого, в помещении было два дивана у стен справа и слева и большой овальный стол на восемь человек. Очевидно, здесь проводились встречи и совещания.

– Добрый день, – Саблин приблизился к женщине.

– Добрый, – ответила она, глядя на следователя из-под густой чёлки.

– У меня встреча с Германом Исааковичем.

– Он вас уже ждёт, проходите в библиотеку.

Она указала на дверь справа от входа.

– Спасибо.

Саблин пересёк приёмную и вошёл в библиотеку. Он никогда не испытывал интереса к чтению или любви к посещению читальных залов и книжных магазинов, но, войдя в эту библиотеку, почувствовал приятный трепет. Помещение небольшое, но полностью заставленное стеллажами с книгами. Шкафы были широкими и высотой до потолка. У каждого из них стояла регулируемая лесенка, чтобы добраться до книг на верхних полках. Чувствовался запах бумаги, старого клея и пыли.

– Капитан Саблин! – В центре библиотеки стояли маленький столик и четыре кресла, с одного из которых поднялся худой невысокий лысый мужчина с рыжеватой аккуратной бородкой.

– Добрый день. Спасибо, что меня приняли, – Саблин пожал руку Герману Исааковичу. – Не хочу отрывать вас от работы. – Следователь рассматривал библиотеку. – У меня есть несколько вопросов об Андрее Станиславовиче Кондратьеве.

– Здравствуйте. Прошу вас, садитесь. – Хозяин жестом пригласил следователя сесть в кресло. – Я знал, вы придёте.

– Знали?

– Да, мне есть что вам рассказать.

Глава 58. Москва. Пятница. 11:40

Она ждала звонка Мастера Бездны. И в этот раз с удовольствием. Ей хотелось, чтобы он скорее узнал, что не зря в неё верил.

– Есть новости?

– Да. И новый план, – довольно объявила она.

– Хм, слушаю тебя.

Мастер Бездны смотрел в экран ноутбука на красивое, ухоженное лицо Седьмой.

Альбина, не теряя времени, рассказала всё, что приготовила.

– Прекрасно, – произнёс Мастер Бездны, как только женщина замолчала, – мне нравится.

Альбина почувствовала эйфорию и облегчение. Она опять лучшая и была собой. Все последние несколько дней, когда она чувствовала себя неуверенной и сломленной, словно исчезли из ее жизни. Она не нравилась себе в том состоянии, поэтому хотела как можно скорее забыть те эмоции.

– Мне нужна информация от вас, – сказала Альбина.

– Я понимаю какая. Она у тебя будет через несколько минут.

– Благодарю.

– Действуй, – одобрил Мастер Бездны.

Теперь нужно всё сделать быстро и аккуратно.

Седьмая достала телефон. Пора было звонить исполнителю.

Глава 59. Москва. Пятница. 11:45

Саблин сел в тёплое мягкое кресло, ощущая неожиданный уют.

– Я правильно понимаю, Андрей Станиславович работал в вашем отделении? – спросил он.

– Да, всё верно, – кивнул учёный, присаживаясь напротив следователя. – Андрей долгие годы работал у нас, он был талантлив, очень предан и увлечён наукой.

– А в какой области трудился?

– Он был специалистом в индианистике.

Саблин слегка задержал взгляд на собеседнике, и тот расценил это как вопрос.

– Индианистика занимается изучением этнических групп на территории Индийского субконтинента.

– Спасибо за разъяснение. – Саблин смутился. Он, конечно, в деталях не знал ничего об индианистике, но по смыслу и так догадался. То, что академик детализировал термин, слегка покоробило следователя, словно он был необразованным в глазах научного светила.

– Не хотел вас обидеть, – Герман Исаакович почувствовал тон следователя и заволновался, – просто не всем знаком этот термин, вот я и…

– Не беспокойтесь, – капитан поднял руку, успокаивая академика, – всё в порядке. Расскажите о Кондратьеве.

– Ох, ну… – задумался Герман Исаакович, поглаживая короткую рыжую бородку. – Он был порядочным, честным человеком, отзывчивым, прямолинейным, увлечённым своей профессией.

– Семья у него была?

– Нет, – покачал головой академик, – только брат, но давно умер. Но он был близок с племянницей.

– Что-то особенное про него можете сказать?

– В каком смысле?

– Он был любителем женщин? Или выпивал?

– А, вы об этом, – заулыбался Герман Исаакович, и Саблин почему-то подумал, одно из этих увлечений он точно воспринял на свой счёт. – Андрей был настоящим учёным, думал только о науке, постоянно пропадал в библиотеках или музеях или ездил в Индию, он её боготворил!

– Значит, ничего необычного?

– Ну как сказать, – академик вздохнул, – в принципе, все мы немного странные.

– Так что? – Саблин чувствовал: что-то должно быть.

– Даже не знаю, с чего начать… – Герман Исаакович словно подбирал слова, но никак не мог.

– Говорите как есть, не волнуйтесь, я пойму.

– Дело в том, что он был, безусловно, выдающимся учёным!

– Это вы уже говорили.

– Не хотел это обсуждать, но да, в последние годы он сильно выпивал.

– Понятно.

– И как раз в этот период слишком ударился в разные околонаучные области.

– Что значит «околонаучные области»? – переспросил Саблин.

– Мм… ну понимаете, есть наука, а есть области для исследования, это тоже наука, но не признанная в общепринятом смысле.

– О чём вы хотите сказать?

– Существуют открытые знания, которые принято называть наукой, понимаете, но также и скрытые знания, такие области испокон веков называют…

– Оккультизмом, – сказал Саблин, сам не понимая, откуда он это знает.

– Верно. – Герман Исаакович, похоже, тоже был немного удивлён осведомлённостью капитана. – Оccultus переводится с латыни как «скрытый, тайный». Это разного рода учения о скрытых способностях человека или незримых силах природы.

– И вы предполагаете, Кондратьев этим увлекался?