Елена Леонова – Красный Нарцисс (страница 6)

– Так, да.

– Вот. Значит, здесь всё чисто. Феранси не один из тех головорезов, что встретились нам на Крите. Это точно. Подтверждено греческой полицией. Профессора заставили туда поехать против его воли, чтобы найти пещеру Зевса. Поэтому… – писатель развёл руками. – Тут лишь совпадение, не более. В конце концов, нет ничего удивительного в том, что известный европейский историк заинтересовался древними свитками.

– Ну а тебе-то он зачем написал?

Это был хороший вопрос, и у Филиппа не имелось однозначного ответа.

– Наверное, потому, что я разгадал код Таро.

– Ага. Да, – Саблин хмыкнул. – Нет, я, конечно, горжусь знакомством с тобой, но неужели во всей Европе больше никого не нашлось со знанием нубийского?

– Набатейского, – поправил писатель.

– Неважно. Там куча специалистов, а обратился он именно к тебе.

– К чему ты клонишь? Хочешь сказать, Феранси – злодей, который планирует… что?

– Пока не знаю. Но я бы на твоём месте так спокойно себя не чувствовал.

– А чего мне волноваться? У меня есть друг в полиции. Целый майор!

– Ах, да. Конечно. Ну так слушай, что он тебе говорит. Хотя бы иногда.

– Предлагаешь бросить работу со свитками?

– Нет… если тебе они интересны. Но как-то надо внимательнее быть с этим профессором. Да, и кстати. Тот случай, когда влезли к тебе в дом. Это произошло до или после разговора с профессором?

– После, – Филипп допил вино из бокала.

Саблин усмехнулся.

– Вот об этом и речь.

– Но ничего не пропало. Даже черновики с переводом текста.

– Слушай. Сколько раз ты так же убеждал себя: не связано, не имеет отношения, просто реликвии. А на деле что выходило? У тебя уже чёртова туча книг, написанных по мотивам этих твоих «случайных совпадений»! Давай ты всё ещё раз обдумаешь, нормально так, и приложишь все усилия, чтобы мы с тобой не получили очередное запоминающееся приключение.

– Ладно, – недовольно буркнул Филипп, – Просто я хотел…

В этот момент раздался громкий стук в дверь.

Глава 9. Московская область. Понедельник. 19.20

Саблин и Смирнов переглянулись.

– Ждёшь кого-то? – спросил следователь, выпрямляя спину.

– Нет.

Стук повторился. Филипп поднялся, чтобы открыть. За дверью стоял Эдуард, сосед по даче, с которым писатель повстречался в тот день, когда обнаружил следы у дома.

– О! Привет! Заходи! – воскликнул Смирнов, пропуская гостя внутрь.

Высокий мужчина лет пятидесяти, в тёплой куртке, с седеющими коротко стрижеными волосами и лукавой улыбкой, зашёл в дом, держа в руках бутылку вина.

– Прости, что без приглашения, – произнёс он.

– Правильно сделал, мы тут как раз с товарищем ужинаем, – писатель забрал у Эдуарда куртку и повесил её на крючок для верхней одежды у двери. С момента их знакомства Смирнов общался с соседом уже несколько раз. Эдуард оказался спокойным, рассудительным, остроумным, и Филиппу было приятно обрести в его лице интересного собеседника.

– Добрый вечер! – поздоровался мужчина, скидывая валенки и ставя бутылку вина на стол. Он потёр руки от холода. – Не помешаю? Увидел свет в окнах и решил заглянуть, составить компанию.

– Алексей, – представился Саблин, протягивая руку.

– Эдуард. Сосед, – мужчина доброжелательно улыбнулся.

– Садись, – сказал писатель. Он достал из серванта бокал, тарелку и приборы, расставляя перед гостем.

– Филипп говорил, что к нему приедет погостить друг. Так значит, это вы и есть? – обратился Эдуард к следователю, беря в руки штопор, лежавший рядом на столе.

– Получается, так, – ответил Саблин. – А вы давно знакомы? – майор взглянул на Смирнова, а потом на его соседа.

– Да нет, – Филипп сел, принимая открытую бутылку из рук Эдуарда и разливая вино по бокалам. – Мы встретились, когда ко мне вломились. Приезжала полиция, собрались дачники, шумели, пытаясь выяснить, что произошло, – писатель намеренно не стал упоминать при Эдуарде имя Максимовой, дабы не давать повода думать о знакомстве со старшим лейтенантом. Он не делился с соседом информацией о своих друзьях в органах, равно как и о том, что товарищ, собирающийся его навестить на даче, – майор криминальной полиции. В этом смысле Смирнов хорошо усвоил урок: меньше рассказываешь, меньше проблем.

– Да-да. Я был одним из тех дачников, – усмехнулся Эдуард. – Знаете, здесь мало что происходит, и когда начинается движуха, хочешь не хочешь, а любопытство берёт верх.

– Ага, – кивнул Филипп. – Ну а потом мы разговорились, и вот… – писатель довольно посмотрел на гостя, – начали общаться.

– Понятно, – протянул Саблин. – Давно здесь живёте?

– Нет, – махнул рукой Эдуард, – заехал этим летом. У меня скромный домик и маленький участок. То, что надо. Он продавался, и я решил прикупить. По правде сказать, я не люблю шумные компании, предпочитаю уединение. Соседские братания не моё. Но с Филиппом мы как-то неожиданно сошлись.

– Да. Он у нас тоже… тихоня, – Саблин встал, направляясь к окну, где стояла пепельница. Майор приоткрыл форточку и закурил.

Разговор мужчин перешёл на нейтральные темы. Они смеялись, вспоминая забавные истории. Сосед, оказавшийся не только добрым собеседником, но и знатоком вин, начал рассказывать о том, как выбирал принесённую бутылку, о происхождении и особенностях напитка. С каждым глотком беседа становилась всё более философской. Обсуждали жизнь и любовь. Время летело незаметно.

Лёгкий снег за окном превратился в настоящую метель, но в уютной комнате на даче было по-прежнему тепло и спокойно.

Глава 10. Москва. Вторник. 10.05

Синицын натянул на голову капюшон, вылезая из патрульной машины. Он поёжился от холода, разглядывая окрестности. Снега выпало за ночь много: припаркованные автомобили во дворе стояли, укрытые белоснежными шапками, а дорожки и тротуары тонкой серебристой пеленой. Рядом вышла старший лейтенант Максимова, в длинном пальто и с обмотанным вокруг шеи широким серым шарфом.

Адрес вызова полиции привёл их в район недалеко от их отделения полиции к многоквартирному дому с высокой аркой, ведущей во двор. Именно там располагалась бытовка для хранения инвентаря, где было обнаружено тело.

Сантехник, бледный и взволнованный, ждал их у арки.

– Там… там, внизу… – пробормотал он, указывая на ступеньки, ведущие в рабочие помещения для сотрудников по эксплуатации и обслуживанию жилого дома.

Синицын первым поспешил в арку, где в полумраке, внизу короткой лестницы, ведущей к двери бытовки, лежал человек. Снег вокруг густо залит кровью. Резкий запах ударил лейтенанту в нос: отвратительный смрад немытого тела. А судя по одежде и общему виду, погибший был бездомным. Грязная рваная куртка, спутанные волосы, обмороженные руки. Но самое страшное – рана на шее. Огромная, зияющая, она не оставляла сомнений в причине смерти: перерезано горло.

Саша, стараясь не наступить в кровь, приблизился. Максимова, сохраняя невозмутимое выражение лица и доставая одноразовые перчатки, подошла следом.

– Сантехник говорит, нашёл его утром, когда пришёл на работу, – сказала она. – Похоже, здесь его последнее пристанище и стало могилой.

Синицын сглотнул, глядя на бездыханное тело в луже крови. Он ощутил неприятное щемящее чувство. Зима только начиналась, а для этого человека она уже закончилась.

Дина, завершив первичный осмотр, вытащила из кармана небольшой фонарик и тщательно осветила пространство вокруг тела.

– Следы, – констатировала женщина, показывая отпечатки обуви на снегу. – Несколько пар, разных размеров. Нужно будет всё зафиксировать.

– Сантехник что-нибудь видел? Слышал?

– Сейчас спрошу, – старший лейтенант отошла к мужчине, который ещё стоял у входа в арку, словно окаменевший. Саша же, стараясь отвлечься от жуткого зрелища, начал изучать место происшествия более внимательно. Он заметил обломок бутылки, валявшийся неподалёку, и несколько окурков. Возможно, здесь часто собирались бездомные.

Вернулась Максимова.

– Утверждает, ничего не видел и не слышал. Пришёл утром, как обычно, и сразу наткнулся на тело. Здесь часто ночуют бомжи, но он их не трогает, ему всё равно.

– Надо опросить местных жителей. Наверное, кто-то что-то видел или слышал ночью.

– Да. Сейчас вызовем оперативную группу. В доме очень много квартир, ребята попробуют обойти всех, но это займёт время. И Шульц с командой криминалистов скоро подъедет. Они всё зафиксируют и соберут улики.

Старший лейтенант взглянула на тело.

– Рана… вроде ножевая. Но нужно дождаться заключения экспертов.

Саша глубоко вздохнул. Только вчера он говорил Петренко об отсутствии интересных дел, и вот на тебе, пожалуйста. Теперь впереди ждала долгая и кропотливая работа. Но он готов. Сосредоточившись, Синицын присел на корточки, игнорируя пронизывающий холод, и внимательно осмотрел рану на шее. Действительно, края были неровными, будто от зазубренного лезвия. Обломок бутылки, валявшийся неподалёку, теперь казался более значимым. Мог ли он быть орудием убийства? Хотя крови на нём вроде бы не видно. Ладно, Шульц разберётся.

Вскоре к арке подъехала оперативная группа. Яркий свет фар разрезал серость утра, освещая место происшествия.