Елена Лабрус – Чужие нас не предают (страница 46)

— И что же мне предложить?

— Оставить компанию в покое.

— Я думал об этом, но нет, — ответил Нестеров. — Предложение пусть делает тот, кому надо. А нам не надо — мы справились, что бы ни говорила твоя Марина. Справились сами. Мы, наконец, видим, картину целиком. И у нас есть не один путь решения. Не получится так, сделаем иначе. Не пойдёт иначе — используем третий вариант. Я собрал отличную команду, и она выполнила все поставленные задачи. Было трудно, не спорю, но теперь мы куда сильнее, чем были. Мы отбились. И мы усвоили урок. Так что мне нет нужды ни предлагать что бы то ни было, ни идти на уступки. Наша позиция сильнее. Но… конечно, я выслушаю его предложение, потому что господин Пират в курсе: у нас кое-что есть. Мы скормили ему немного информации для размышления.

Нестеров встал. Он долго думал, посвящать ли Артёма в подробности проделанной работы и не проболтается ли он, но решил ответить доверием на доверие. Вряд ли младшему Нестерову было легко прийти к отцу с подробностями своей порочной связи, но он это сделал, хотя мог бы и промолчать.

И Евгений решил предоставить сыну выбор.

— Если хочешь, можешь к нам присоединиться. Мы как раз сейчас будем подводить первые итоги.

— Чёрт, да, — выдохнул тот радостно. — Спасибо, пап!

— Тебе спасибо, — похлопал его по плечу отец.

— Да я ничем вам не помог.

— Ну, почему же. Теперь мы знаем ещё больше. И твоя история не станет для нас неприятным сюрпризом, её уже не используют против тебя. Только… — задержался он. Болезненно скривился. — Не рассказывай пока, пожалуйста, Остроумову. Он Маринку всё же любил, она его жена, ему будет больно. Может, когда-нибудь потом. Или хочешь, я сам? Мне будет сподручнее.

— Да наверное, лучше ты сам, — смущённо потоптался на месте сын, — когда сочтёшь нужным. И маме расскажи сам. Хорошо?

— Конечно, — кивнул Нестеров. — Маме обязательно и в первую очередь.

— Пап, — окликнул его Артём у двери кабинета. — А кто такой Данилевский?

— Даниловский, — поправил отец. — А что?

— Ну, я же был уже не настолько мал, как тогда, когда носил окклюдер. Я кое-что помню. Я не всё понимал, но догадаться, что вы из-за него ссорились, было нетрудно.

— Она хотела уйти от меня к нему, — тяжело вздохнул Нестеров. — И, если бы не вы с Ульяной, наверное, ушла бы.

— А сейчас у них что? Второй виток отношений? — нахмурился сын.

— Я не знаю, — покачал головой Нестеров.

— Но она же не вернулась. Сняла дом.

— Я не знаю, Артём! — выдохнул отец. — Правда, не знаю. Единственное, что я знаю — зря она к нему обратилась. Я обещал, что мы справимся сами — и мы справились. Мы не нуждаемся в услугах Александра Данилевского. И помочь он ничем всё равно не сможет.

— Даниловского, — теперь поправил Артём.

— Да срать, — отмахнулся отец. — Пошли. Наши заждались уже.

Хуже всего, что какие бы цели ни преследовала чёртова Марина, она оказалась права: у его жены другой мужчина. И никуда он не делся за эти десять лет.

Нестеров глупо приревновал Ольгу к Остроумову, а про Даниловского даже не вспомнил, а они встречались. Они…

Чёрт! Он терял её второй раз по собственной глупости.

И точно знал, что иногда, чтобы быть рядом с любимой женщиной, нужно сделать чуть больше, чем ни хрена.

76

Нестеров не стал звонить, писать, спрашивать, назначать встречу.

Не стал искать повод, чтобы её увидеть.

Да, ему много чего надо рассказать жене, говорить — это важно.

Много разного сообщить и о многом спросить, но всё это, по сути, было пустое — всё это бла-бла-бла, о чём бы они ни говорили.

По сути, были он и она. И он либо докажет, что без неё никак, либо дурак.

Вернёт женщину всей своей жизни, или потеряет, теперь уже навсегда.

И Нестеров просто приехал к Ольге к концу рабочего дня.

Вышел из машины. Осмотрелся.

А неплохо у них. Обжились. Расстроились. Видно, что работа шла и работы было много.

— Инспектируешь, как используются твои денежки? — вышел к нему Остроумов.

— А как же иначе! Деньги счёт любят, — тепло пожал он другу руку. — Моя у себя?

— У себя, — кивнул, показывая направление к кабинету Андрей.

Дверь была открыта. И Нестеров тихо прислонился плечом к косяку.

Ольга работала. Что-то считала, хмурилась. Стучала по клавишам большого калькулятора. Потом по клавиатуре. Прокручивала колёсиком мышки страницу. Опять считала.

Ему бы покашлять, привлечь к себе внимание, но он не хотел.

Какое же это было удовольствие — просто её видеть. Смотреть, как она заправляет за ухо непослушную прядь волос, кусает губу, трёт нос, чешет затылок. Следить за сменяющимися на лице эмоциями: она то напряжённо хмурилась, то озадаченно приподнимала брови, а вот осенила догадка, и она довольно улыбнулась, когда цифры сошлись.

Нестеров тоже невольно улыбнулся. Он видел лицо жены сотни, тысячи, тысячи тысяч раз и хотел бы видеть ещё столько же, но она его заметила.

— Давно тут стоишь? — спросила она, не отрывая глаз от экрана.

— Достаточно, — склонил голову набок Нестеров. — Но это, как смотреть на огонь или воду. Не надоедает никогда.

— Что-то случилось?

— Нет.

— Что-то важное?

— Нет. Просто хотел тебя увидеть.

Она подняла глаза.

— Ну, а там, как повезёт, — верно оценил Евгений её иронично-недоверчивый взгляд и пожал плечами. — Может, сходим куда-нибудь? Просто погуляем? В кафе посидим?

— Хм… — она демонстративно откинулась к спинке стула, давая понять, что её заинтересовало предложение. Но примет ли она его…

Нестеров затаил дыхание.

— Пожалуй, я бы и погуляла. И поела.

— Карета подана, — широким жестом пригласил жену Евгений.

— Ну сейчас только надену свои хрустальные башмачки, припудрю носик и где там моё прогулочное манто?

— Его съела моль, моя принцесса. Но могу предложить зонтик или шкуру мамонта.

— Надеюсь, моль хотя бы наелась, и от мамонта я бы предпочла филей, желательно сильной прожарки, — улыбнулась она. — А вот от зонтика не откажусь.

— Их есть у меня, — снял с вешалки её тонкую, по тёплой весенней погоде, курточку Нестеров. И зонтик тоже прихватил.

В несколько кликов мышью Ольга выключила компьютер.