Елена Крыжановская – Странствия клетчатых (страница 3)
— Каким железом владеешь лучше? Шпаги? Пистолеты? Ножи?
— Хочешь вызвать меня на дуэль? — пытался пошутить Новит.
— Не я. И не до шуток. Умеешь или нет?
— Умею. Шпага и пистолет.
— Держи, — артист моментально снабдил его названым оружием, легкой шпагой и парой пистолетов. Сам проверил заряд. — А насчет военных сабель как?
— Не очень, — признался Новит.
— Ясно. Не можешь рубить, коли. Но только постарайся точно. Стреляй в крайнем случае. Перезарядить не успеешь.
— Что происходит? — Новенький наконец понял, что это не игра.
— Скоро узнаешь. Ох, мамочка, и почему твоему сыну нет покоя? — сокрушенно вздохнул Жердин, тоже затягивая боевой пояс и прицепив к нему всё, что осталось в оружейном футляре. — Жилетку сними, она тебя выдаёт. Лучше так, — артист тоже сбросил свой полосатый камзол, оставшись в белой рубашке.
Новит последовал его примеру. Почти одновременно со всех сторон послышался резкий свист. Фургон тряхнуло, когда лошадь встала. Беглец снова увидел своих преследователей.
Два всадника в форменных плащах выехали из леса, тут же спешились, бросили плащи в сёдла и отпустили лошадей. Держа наготове длинные ножи, они подкрадывались к фургону с самым зловещим видом, не имеющим ничего общего со стражами закона. И, можно было догадаться, спереди дорогу тоже кто-то преградил. Их больше двух… намного больше!
Глава 3
Все артисты живо попрыгали из фургона на землю. Кроме Старика, который осторожно помог спуститься Веде, а сам держал пистолеты наготове.
— Вы двое, защищайте девочку, — оглянулся на Краса и Жердина глава театра. — Новит, будь рядом со Стариком!
Папаша Баро с короткой дубинкой в одной руке и топориком на длинной ручке — в другой, выглядел грозно. И сам пошел в наступление. Трое бандитов впереди, невольно отступили и рассыпались широким полукругом по поляне. Актеры стояли спиной к фургону, готовые обороняться во все стороны.
Новит сперва не понял, почему нельзя закрыться внутри, ведь фургон — маленькая крепость, можно держать осаду в нём. Но потом по действиям Папаши Баро, главной задачей которого было охранять лошадку и не подпускать бандитов к передней части фургона, сообразил, что крепость — на колёсах. Её можно угнать вместе с защитниками.
— Сдавайтесь, нас намного больше, — лениво крикнул высокий бандит в широкополой шляпе, бросающей тень на лицо. Видимо, было что скрывать. — Мы не убьём вас… Не всех… Благоразумные будут жить!
— Мы тоже всех не убьём, — эхом, ещё более развязно откликнулся Жердин. — Так, пару-тройку, не больше. Сколько вам нужно, чтобы понять — эта добыча вам не по зубам и сбежать?
Новит успел пересчитать всех бандитов, кого видел. Их была дюжина. Но ещё нескольких скрывал борт фургона. Можно считать, пятнадцать. Против… четверых? Ну, если считать, что у Старика и Смеи есть оружие… успеют ли они им воспользоваться?
В самом лучшем случае, если их атаман не сразу полезет в бой, каждому придется одолеть двоих, а то и больше. И это он навёл погоню на фургон? Нет, их всё равно поджидали. Похоже, это не грабители. Им нужны не кошельки и прочее сомнительное богатство странствующего театра. Им нужны трое молодых мужчин, особенно красавчик. Две хорошенькие барышни, сильный папаша, и, возможно, для любителей экзотики, учёный и гадалка. Всех их можно неплохо продать на юго-восточных рынках. Если взять живыми…
Постоянно перемещаясь, бандиты наступали. Сами шли на сближение, не желая стрелять. Вот сейчас трое сразу кинутся на самый лакомый кусок: двоих при шпагах, закрывающих спинами робкую девушку.
Новит заметил, как на траве шевельнулась чужая тень. Сверху! Их не трое, их четверо! Один, пользуясь прикрытием непрозрачных стен, влез на крышу фургона. И уже примерился прыгнуть вниз, прямо на Веричи.
— Берегись! — крикнул Новит и выстрелил, сбив бандита в полёте.
Крас вовремя отскочил, подстреленный с воплем покатился по земле. И тут началась рубка.
Кривые сабли и дубинки бандитов сыпались из рук, как заколдованные, стоило Красу коснуться их своей тяжелой шпагой. Он рубил ею, как мечом, но очень точно. Не колол безоружных, но отбрасывал волну за волной всех нападающих. Жердин прикрывал спину Папаше Баро, одним глазом следя, не нужна ли помощь в защите Веричи. Та не дрожала, но и не касалась оружия. Только негромко говорила, с какого бока нападают. И там тут же сверкала молния в руке Краса. У него единственного не было огнестрельного оружия, он просто не успел бы нажать на курок, с такой бешеной скоростью отбивал атаки своей шпагой. Когда бандиты всё-таки схватились за пистолеты, думая хотя бы легко ранить защитника, чтобы скрутить, у них не было ни единого шанса прицелиться. Всё оружие, направленное в сторону Краса или Веричи, мигом оказывалось на земле.
Те двое, что гнались за Новитом, пытались штурмовать фургон с задней площадки и влезть туда, чтобы пробраться к окнам и напасть на защитников с тыла. Новит, с удовольствием чувствуя в руке привычную упругую сталь, по которой скучал последние месяцы, ввязался в драку с одним, ранил в руку и выстрелил в другого, уже подобравшегося слишком близко и упавшего прямо под ноги новичку.
Жердин тоже ранил своего противника, и тот откатился в кусты. Оттуда грянул мстительный выстрел, но мимо. Веричи вовремя присела, тощий ловкий парень отпрянул в сторону. Пуля застряла в стенке фургона.
— Пора, — оценил Крас. — Жердин, наверх!
Кудрявый артист мигом вскарабкался по боковой лесенке на плоскую крышу фургона. Оттуда прицельно стрелял или метал ножи во всякого, кто сделает шаг в их сторону. И обзор у него теперь был полный, незаметно не подберешься.
Убедившись, что с обороной всё в порядке, Крас пошёл в наступление. Теперь он успевал наносить раны раньше, чем оружие противника падало. Не углубляясь в лес, положил шестерых, кто не успел сбежать. Ещё один упал от дубинки Папаши Баро. Но двое сбоку кинулись ловить Смею.
Красотка вскрикнула, привлекая внимание. Один из ее преследователей упал. Другой кинулся на неё, пытался схватить, умудрился выбить пистолет. Смея бросилась наутёк в лес. Бандит бежал за ней. Новит, не раздумывая, кинулся за бандитом.
Смея взлетела на невысокий пенёк, как на сцену и угрожающе выставила прямой охотничий кинжал.
— Не подходи!
— Стой, крошка, — оскалился бандит. — Ты этого не сделаешь… — он медленно наступал, держа наготове пистолей. — Бросай свой ножик, спускайся…
— Ни с места! Пожалеешь! — сквозь зубы предупредила Смея. — Только тронь…
— И что? Грозишь мне вечным проклятьем? — захохотал бандит. — Брось, крошка…
Новит как раз добрался до этой полянки, но замер за деревом, не зная, как проскочить открытые три метра. У бандита пистолет, в упор он не промахнётся в защитника, которому нечем стрелять. И к Смее он слишком близко…
— Стой! Ещё шаг и ты получишь моё тело… но не в том смысле, в каком хотел, — резко предупредила Смея, направив остриё кинжала себе в грудь. — Тебе нужна мёртвая добыча?
— Ох, не пугай, красотка, — покачал головой бандит. Было заметно, как он растерян. В голосе девчонки звенел металл, не мягче того, что сверкал у нее в руке. Ловец людей лихорадочно думал, как схватить её, чтобы она и правда не успела себя порезать. Новит так же мучительно выбирал момент прыгнуть на бандита. Тот ни секунды не стоял на месте, но двигался так плавно, что глаз почти не улавливал его перемещение.
Актрису его манёвр не обманул. Ещё раз вскрикнув, видя, что бандит вскинул руку, она решительно с силой всадила себе нож в грудь. И замертво упала в руки ошалевшего бандита.
Тут же Новит напал сзади, рукоятью шпаги и кулаком треснув работорговца по затылку. Отобрал пистолет и с ужасом склонился над девушкой, ещё пару секунд назад такой живой…
В уголке её губ блестела капелька крови. Вокруг торчащей в груди рукояти кинжала крови было совсем немного — красная кайма на платье возле раны. Новит осторожно поднял Смею на руки и понёс обратно к поляне. В голове, позади невероятности всего происшедшего, стучали грозные слова гадалки: «Ты сегодня умрёшь!»
Они прошли мимо лежащего бандита, но тут безжизненная рука красотки обвила шею Новита, в груди с кинжалом шевельнулся смешок, похожий на кошачье мурлыканье, и нежный голос поинтересовался:
— Ты хорошо смотрел, он не очнётся? Другого оружия у него нет?
— Что за игра? — Новит вздрогнул, чуть не уронив девушку. Но смог поставить её на землю. Смея буднично выдернула из груди кинжал и старательно очищала его от крови пучком травы.
— Какие игры? Я защищалась как могла. Не будь тебя, дождалась бы, пока его пистолет окажется очень близко ко мне. Но так ещё лучше. Ты мой спаситель!
— А если бы он бросил пистолет?
— Но мой кинжал никуда не делся. Я ждала случая пустить его в ход, чтобы наверняка. Главное, отвлечь внимание. Сломать привычный для бандитов ход событий.
— Так это не театральный клинок?
— Проверь. Только осторожно, он острый!
— А как..? — Новит потрясённо смотрел на красное пятно и черную колотую рану в ее груди.
— Ножны внутри, под корсажем. Они были заряжены фальшивой кровью. Я знаю точку, куда всадить кинжал.
— Веда сказала тебе…
— И я надела доспехи, зная, что понадобятся.
— Но как она узнала?
— Она провидица, — совершенно спокойно сказала Смея. — Но, к сожалению, самые точные прозрения она получает очень близко к событию. Мы едва успели. Надеюсь, у наших всё тоже прошло гладко, — она беспокойно вытягивала шею, пытаясь разглядеть следы побоища на дороге, но деревья мешали.