Елена Ковалевская – Письмо, с которого все началось (страница 85)

Сестра дернулась от отвращения и вновь полезла к себе.

Мы улеглись, погасив свечку, и тут в темноте Агнесс вновь поинтересовалась:

- Как того епископа зовут на самом деле? А то все Святой Сифилитик, да Святой Сифилитик.

- А мы разве не сказали? - переспросила я.

- Не-а.

- Епископ Сисварий.

***

Увидев в толпе ее большие и широко распахнутые в каком-то детском изумлении глаза, он сначала не поверил себе и, лишь приглядевшись, был вынужден признать, что не ошибся. Ту, чьи деньги и титул он так упорно рассчитывал получить, устранив из рядов наследования... Та, из-за кого он приложил столько сил напрасно, неожиданно оказалась у него под носом, да ни одна, а в сопровождении трех боевых спутниц?! Он чуть не ополоумел, когда понял, что все его старания пропали в туне. Та, чей титул он обещал, чьи деньги рассчитывал получить, находилась на расстоянии десяти шагов от него!

Все, все... Довольно! Теперь подключит все доступные связи, приложит всевозможные усилия... Да что там, к этому делу он подключит инквизиторов! Да, как и сделает! Она отступница, беглянка, скрывающаяся от правосудия... Идея великолепная! Именно так.

А сколько сил он затратил, сколько проблем приобрел, пока пытался хоть что-нибудь узнать о ней. И еще этот червь, неустанно копающий под него?! Удушил бы этого Лиса голыми руками, шкуру бы спустил! Такого опытного наймита к нему засылал, а что в итоге? И недавно еще одного поймали. Повезло еще, что тот окочурился от страха раньше, чем все успел выболтать!.. А девка?!.. Оказалась прямо у него под носом!.. Нет конечно же надо перестраховаться, и инквизиторов, обязательно подключить инквизиторов, чтобы в случае чего, у него всегда имелось доказательство.

Глава 17.

Sanctus Urbs мы покинули после полудня, кое-как стребовав у кастеляна необходимое снаряжение для долгой дороги на север. Хотя правильнее направление следовало бы назвать северо-северо-запад. Спустя пять дней, почти на границе между Альтисией и Сонкарой в городке со смешным названием - Борунка, стоящем у подножия Альтисских гор нам удалось присоединиться к каравану из двух десятков телег, направлявшемуся в Виану через Тормин. Это оказалось практически по пути, и большую часть дороги мы должны были провести вместе с торговцами. К тому же вышло удачно: по совету Гертруды смогли пристроиться к ним в качестве сопутствующей охраны. Старшая сестра договорилась с хозяином каравана о бесплатном столе и ночлеге, а мы пообещали в случае чего помочь его охранникам. Приняли нас весьма охотно; а что, мы для них сплошная выгода. Купцу в три раза дешевле обойдется кормить нас и наших лошадей, чем заплатить дополнительному десятку тех же охранников.

Торговцы из-за сильно груженых телег двигались неспешно, но в течение всего светлого времени суток, поэтому большую часть пути мы шли быстрым шагом, и лишь утомившись, садились в седла. По дороге возобновили обучение Агнесс, подойдя к процессу вдумчиво и основательно. Девочка не возмущалась как прежде, а с прилежанием взялась за освоение нелегкой науки: что поделаешь - жизнь заставляет. Глядишь с месяцок ее понатаскиваем, так она потом хотя бы от пары-тройки необученных мужиков отобьется. Да и мы с сестрами начали проводить ежевечерние тренировки для поддержания формы и повышения собственного авторитета. Хотя лукавлю, все же не совсем ежевечерние. Однажды под Свирельками, маленькой деревушкой графства Клирье, нам пришлось помогать торговцам проталкивать телеги, осевшие в вязкой грязи по самые ступицы. Так после не до того было, от усталости едва ноги переставляли. Но, тем не менее, тренировки были весьма частыми.

Наступил ноябрь, принесший с собой не только слякоть и непрестанные дожди, но и сильные холодные ветра, которые делали промозглую сырость еще более невыносимой. Иногда по ночам ударял мороз, сковывая землю ледяной коркой, а днем вновь оттаивало, превращая дороги в непролазное месиво.

К середине месяца пролетел первый снежок, что, впрочем, было неудивительно, а к концу и вовсе завьюжило. Это только в Святом городе долго тепло. Море, горы... А мы были там, где вместо осени зима уже вовсю заявляла о своих правах.

За три недели вместе с караваном, мы проехали всю Сонкару, и уже завтра должны были пересечь границу с Лукермом. А там день, другой и окажемся в Тормине. Вот тогда отделимся от торговцев и направимся мимо Хейгазега - этого наемничьего логова - к озерам, а там до сподвижников будет рукой подать. Дорога проходила чисто в мужской компании, исключение составляла повариха Умила - жена старшего помощника Льюиса. Однако путешествие не доставляло нам лишних хлопот - караванщики с уважением и почтением относились к одеждам дочерей Господа. Впрочем, на наше умение обращаться с оружием уважение распространялось не в меньшей степени.

Вечером, когда добрались до небольшого приграничного городка, и торговцы уже расположились на караванном дворе, мы с сестрами решили сходить в ближайший трактир поесть чего-нибудь вкусненького. Умила, хоть и готовила замечательно, но из-за небогатого выбора продуктов - весьма однообразно, что даже я, всегда равнодушная к пище, стала поглядывать на еду с отвращением.

С поисками трактира долго заморачиваться не стали, сразу двинули в ближайший возле караванного двора. Оказалось, заведение пользовалось немалой популярностью; войдя внутрь, мы с удивлением обнаружили, что практически все столы были заняты. Заметив свободные места в дальнем углу зала, Гертруда махнула рукой, указывая, и первой двинулась туда.

Едва только успели сесть, к нам подскочила разрумянившаяся подавальщица, и Герта не давая нам с Юзой раскрыть рта, сразу же заказала изрядное количество блюд. Пока ждали заказ, я принялась разглядывать народ, что сидел в зале. Конечно же, большинство людей оказались так или иначе связаны с торговлей, то есть основные посетители те, кто останавливался в караванном дворе. Недалеко от нас сидело двое купцов со своими помощниками, прямо за едой обсуждавших условия торговой сделки. У одной из стен, за составленными в ряд столами, расположились обозники из пришедшего вслед за нами каравана, и теперь что-то отмечали, во всяком случае, выпивка у них уже стояла в немалых объемах. Сразу у выхода обособленно устроились несколько крестьян, и о чем-то увлеченно спорили. Дверь открылась, в зал вошли хозяин нашего каравана со своими помощниками - Тибольдом и Льюисом, а так же глава охранников - сержант Шарль. Они замерли на пороге и стали оглядываться по сторонам, в надежде обнаружить места, где можно сесть. Увидев их, Герта махнула рукой, давайте, мол, к нам, а Юозапа, сквасив кислую мину, зашипела на нее:

- Зачем ты их сюда позвала?! Они тебе что, за день глаза не намозолили?

- Да ладно, - отмахнулась старшая сестра. - Сама же видишь, что мест нету. Зачем вести себя как законченные мегеры? Да и в компании веселее.

В ответ на ее слова Юза фыркнула, но ничего говорить не стала, поскольку мужчины уже подошли к нам. Достопочтенный купец третьей гильдии Гвидобальдо Мейс (вот уж наградили ребенка при поименовании в церкви) учтиво спросил разрешения присоединиться к нам, и только после осторожно уселся на лавку рядом с Юозапой. Сестра аккуратно сдвинулась в сторону, освобождая место, хотя у нее на лице крупными буквами было написано недовольство. Помощники и сержант Шарль расположились напротив торговца, на лавке возле меня и Герты.

Подавальщица принесла наш заказ, и пока она составляла тарелки, купец дополнил список блюд на свой вкус, вдобавок заказав пива. В итоге наш стол ломился от обильной еды. Чего тут только не было: гусь печеный с гречихой, поджаренные кровяные колбаски, пара тушеных кролей, капуста топаная холодная с луком и тертая редька со сметаной в прикуску, три пузатых кувшина пива и кувшин варенухи для нас.

Достопочтимый Мейс на правах старшего первым потянулся к пиву, но на полпути отдернул руку, как бы извиняясь, глянул на нас, торопливо забормотал короткую молитву, совершил святое знамение, только потом налил полную кружку и приступил к еде.

Мужчины молча утоляли голод, жадно отрывая большие куски мяса, зачерпывали полные ложки закуски, сдабривая все немалыми глотками пива. Но и мы с сестрами не отставали, только взамен пива прихлебывали варенуху. Правда Агнесс, поначалу смутившись, принялась ковыряться в тарелке по старой привычке, но потом раздразненная нашим аппетитом, наворачивала наравне с нами.

Наевшись, я поставила локти на стол, уперла подбородок в сцепленные пальцы и осоловелым взглядом окинула трактирную залу. Гертруда же поковырявшись в зубах кончиком своего боевого ножа, вытащила застрявшие волоконца мяса, сплюнула на пол, и сказала:

- Хорошо, поели. Вот так бы каждый день.

Юозапа вновь фыркнула и бросила на сестру красноречивый взгляд, в котором можно было прочесть все что угодно, от обещания скорой смерти, до часовой нотации едва мы останемся наедине. Впрочем, если сравнивать то и другое, для нас это равноценно.

Мы сидели уже где-то полчаса. Завязался разговор сначала о разных мелочах, потом сержант Шарль рассказал пару забавных баек об охранниках каравана, Герта поделилась своими воспоминаниями боя под Лоэном, пытаясь вовлечь в этот разговор и меня. Но поскольку мои впечатления об этом моменте жизни были не столь яркими как ее, я старательно отмалчивалась. Тогда из-за глупого ранения, кровища из рассеченного лба заливала мне глаза, а сломанный нос сильно затруднял дыхание. В итоге я едва отмахалась от наседавшего противника. Да и воспоминания, как потом с меня снимали развороченный и вмятый вовнутрь шлем при помощи щипцов и зубила, не добавляли памятным дням особой прелести.