Елена Котикова – Убийство, сосед и одна неловкая слежка (страница 5)

– Аркадий Ильич приходил, – поясняет нам дядя Петя, видя наши недоуменные взгляды. – Он год назад к нам переехал. За баб Лидой ухаживал. На руках её носил. В прошлом году, когда у неё грипп был, так вареньем по всей округе торговал, чтоб ей лекарства купить! Надо было помягче с ним.

– Мы же не знали, – я вздыхаю удручённо.

– Ага, рассказывай, – подключается тётя Зина. – Все вы мужики одинаковые!

– Что сразу, одинаковые, – оправдывается дядя Петя.

– А вот то. За Лидой ухаживал, а сам к Вале захаживал.

– А ты откуда знаешь?!

– Здесь всё на виду. Шила в мешке не утаишь. Да ну вас всех в болото! – Тётя Зина яростно наматывает на палец выбившийся из-под бигуди локон. – Сейчас докажу! Пойдёмте за ним – куда он, по-вашему, побежал как ошпаренный? Правильно, к Вале!

Дядя Петя скептически хмыкает:

– Может, просто домой пошёл?

– Ага, как же! – Тётя Зина уже достаёт из кармана халата… бинокль (видимо, стандартная дачная экипировка). – Он же вон в какую сторону свернул! На Валентинину улицу!

Мы с Виталиком переглядываемся.

– Ну что, – вздыхаю я, – идём шпионить за ветераном-ловеласом?

– Только если это не ловушка, – шепчет Виталик. – Вдруг он специально нас ведёт? Может, у него там банда подкопных бабулек с вязальными спицами засаду устроила?

Тётя Зина, не дожидаясь, уже семенит вдоль забора, гротескно прижимаясь к кустам сирени.

Картина выходит сюрреалистичная: мы с Виталиком – два «неуловимых мстителя», пригибающиеся за яблонями. Дядя Петя неожиданно втягивается в авантюру (видимо, из-за перспективы увидеть Валину реакцию). Кот Васька солидно возглавляет процессию, будто опытный проводник. И вот мы уже у Валентининого дома. Дед Аркадий действительно здесь – стоит под окнами, но…

– Стоп! – я хватаю Виталика за рукав. – Он не стучится.

Старик медленно опускается на лавочку у калитки, голову в руки – и вдруг всё его бравада растворяется в тихих рыданиях.

Тётю Зину аж перекосило от такого поворота.

– Ну и дела… – дядя Петя чешет затылок. – А я-то думал, он к ней за утешением…

Вдруг скрипит дверь, и на крыльцо выходит сама Валя – с пирогом (наш-то так и остался у бабы Лиды под забором). Она молча садится рядом, обнимает его за плечи и просто сидит, пока он плачет.

Мы все невольно затаили дыхание.

– Вот и разгадка, – тихо говорит Виталик. – Не любовник он ей… а друг.

Тётя Зина неожиданно сморкается в свой яркий платок:

– А я-то думала…

– Всегда ты думаешь! – огрызается дядя Петя, но беззлобно.

Кот Васька разочарованно зевает – драмы не получилось.

Глава 7

Немного расстроенная неудачным расследованием, я возвращаюсь домой в компании Виталика.

– Да ладно тебе грустить, Алиса – сосед бережно приобнимает меня за плечи. – Завтра ещё раз попробуем. Обязательно найдём преступника.

Я кладу голову ему на плечо. Почему-то я верю его словам.

– Обязательно найдём, – повторяю я, уткнувшись носом в его тёплую клетчатую рубашку.

От него пахнет кофе и чем-то неуловимо домашним.

– Хотя, если бы преступники знали, что их ловит девушка, которая ещё вчера висела на заборе и ждала пока её снимут, вряд ли бы стали скрываться.

Он смеётся, и я чувствую, как дрожит его плечо под моей щекой.

Сосед внезапно становится серьёзным и слегка отстраняется, чтобы посмотреть мне в глаза:

– Алиса, а если завтра мы начнём не со следов, а с мотива? Может, ты случайно догадалась о чём-то важном…

Я отдаляюсь, у меня мелькает подозрение, но я никак не могу поймать его за хвост и сформулировать.

– Над этим надо хорошо подумать.

– Знаешь, какой метод тебе поможет?

– Какой? – я замираю в предвкушении.

– Метод Винни-Пуха. А не пора ли нам подкрепиться? Сейчас самое время, ведь завтрак уже прошёл, а обед ещё не начался, – ворчит Виталий, изображая медвежонка.

Мы оба смеёмся и заходим к Виталию домой.

Виталий, как всегда, творит кулинарные чудеса – одним взмахом ножа превращает наш скромный обед в гастрономический шедевр из трёх блюд. Я скромно пытаюсь помочь: аккуратно режу лук (плачу, но это не от горя, а от мастерства), перебираю зелень (отделяя «нужное» от «совсем не нужного») и периодически делаю важный вид, помешивая соус.

Но главный мой вклад в кулинарный процесс – тактичное невмешательство. Я как мудрый самурай: понимаю, что иногда лучшая помощь – вовремя отойти от плиты, не задавать глупых вопросов вроде «А это точно должно так дымиться?» и просто вовремя подавать тарелки.

Виталий между тем невозмутимо жонглирует кастрюлями, будто у него не две руки, а целых четыре – две для готовки, одна для приправ и ещё одна, видимо, чисто для эстетики. А я? Я просто наслаждаюсь зрелищем и мысленно ставлю ему пятёрку с плюсом за артистизм и вкус.

Ужин вышел просто фантастическим. Я потираю свой набитый живот и понимаю, почему соседи иногда наведываются к Виталику подкрепиться. Это местное отделение ресторана «Мишлен» в глухом посёлке.

– Ну что, Шерлок, возвращаемся к нашим баранам?

Виталик потирает руки с таким видом, будто собирается не расследовать убийство, а раскатывать тесто.

– Кто, скажи на милость, мог возжелать кончины нашей милой бабули?

Я задумчиво покручиваю в руках карандаш:

– Конфликтная была?

– Ну… – Виталик закатывает глаза. – Не больше, чем любая старушка, которая считает, что соседские коты специально гадят под её дверью. Хотя… – вдруг оживляется, – однажды она гоняла Аркадия Степаныча веником за то, что он забыл её день рождения!

– Ладно, что мы о ней знаем? – прерываю я его воспоминания.

– Две внучки. Старшая Ольга – каждую неделю с пирожками, лекарствами и свежими сплетнями. Младшая Алла… – Виталий делает многозначительную паузу. – Сбежала в город, как только смогла. Звонит раз в полгода – видимо, когда случайно набирает номер.

– Наследство? – поднимаю бровь. – Дом-то кому?

– Делится пополам, но… – Виталик фыркает. – Это же не вилла на Лазурном Берегу, а старый домишко, в котором даже мыши селятся без энтузиазма. Старшая внучка и так в элитке живёт, а младшая… – машет рукой, – та вообще в другом часовом поясе, кажется.

– Тогда давай копнём в другую сторону! – хлопаю я по столу. – Аркадий Степаныч!

– А-а-а, наш местный Казанова! – Виталий скрещивает руки на груди. – Год как переехал, уже успел бабулям в округе вскружить голову. Хотя мне-то он внимания не уделяет, поэтому и не узнал. Он, наверное, единственный, кто не захаживает ко мне на застолье.

– А подруга его, баба Валя? – подмигиваю я. – Мне кажется, она смотрит на него не только как на друга по преферансу…

– О-о-о! – Виталик почти подпрыгивает от восторга. – Ты думаешь, баба Лида стала… помехой?

– А что? Захотела Валентина женского счастья в преклонном возрасте, тут как раз Аркадий. Но только не один, а с Лидой.

– Мотив выяснили. Теперь осталось оценить возможности.

– А что, отличный мотив! – смеюсь я. – «Убийство из-за ревности в доме престарелых» – даже детектив писать не надо, сразу готовый сценарий для сериала!

– Ладно, Шерлок.

Виталий тянется, и его рука случайно (или нет?) задерживается на моём плече чуть дольше, чем нужно. Его пальцы слегка сжимают ткань моей футболки, будто не хотят отпускать.