Елена Княжинская – Артефакт желаний, или Свадьбы не будет (страница 21)
– Какой есть. Спасибо, дальше я сам.
– Сам ты еле на ногах стоишь, – сказал Стефан. – Хочешь повторить мою судьбу?
– Как у тебя, не получится, – ответил, сжав зубы. Стоять мог, но голова еще кружилась. Подъем по лестнице представлялся непосильной задачей.
– Но ты очень стараешься. Так… Полина Сергеевна, будьте любезны, пошлите за лекарем, пока этот герой не довел себя до смерти.
Девушка кивнула. Бросила на меня полный жалости взгляд, от которого стало тошно. Едва не бегом поспешила наверх.
– Кто тебя просил? – огрызнулся, сбросил руку бывшего друга и, опираясь о стену, медленно двинулся вперед.
– Не горячись. Потом еще спасибо скажешь. Видел, как она на тебя смотрела?
– Как на убогого.
– Вот дурак! Она волнуется за тебя, переживает, а ты не замечаешь. Неужели все влюбленные настолько слепы? Или она вовсе не интересует тебя как женщина?
– Себя вспомни, – буркнул в ответ и тут же добавил: – Извини.
– Убогому прощаю, – ответил Стефан. – Идем. Доведу тебя до комнаты, передам в заботливые руки Полины… Сергеевны, а дальше сам.
Слабаком в глазах дорогой мне девушки выглядеть не хотелось, но в и словах товарища был свой резон. Выгорание мне вряд ли грозило, но свой резерв я и правда исчерпал до донышка. Не мог остаться в стороне, когда появилась возможность запустить один из артефактов. Не для того столько времени собирал их, изучал, чтобы бросить начатое из-за переутомления.
Мы медленно поднялись сначала на первый этаж, потом на второй. Путь наверх казался мне бесконечным. Еще и товарищ, словно старая бабка, зудел над ухом. Он не отчитывал меня, понимал, что это глупо и бесполезно. Он делился горькими воспоминаниями о том, как лишился магии, как мучился, ощущая себя неполноценным.
– Отец лишил меня наследства, – неожиданно заявил Стефан. – Сказал, что я опозорил его род. Так что я согласился преподавать в одной из академий.
– Без дара?
– Что с того? Знания остались при мне. Буду читать теорию хорошеньким студенткам и ставить зачеты за поцелуи.
– Болван! Стоит тебе испортить репутацию хоть одной из них, тут же лишишься места, – попытался предостеречь его. После гибели невесты друг пытался забыться разными способами, в том числе и в объятиях многочисленных любовниц, имена которых он вряд ли помнил. – Может быть, поищешь что-нибудь другое?
– Нет, я уже все решил. Деньги не будут лишними, да и смена обстановки пойдет мне на пользу.
– Если что-то нужно…
– Нужно, чтобы ты поправился. В долг не возьму. Подачки мне тем более не нужны. Справлюсь.
Стефан открыл дверь, пропустил меня вперед, словно барышню. Я уже довольно уверенно держался на ногах, поэтому дальше обошелся без его помощи. Лег, закрыл глаза, мечтая только об одном – выспаться. Сон тоже лечит, особенно если не пренебрегать им.
Но у богов на меня были иные планы. Лекарь явился спустя несколько минут после того, как мы со Стефаном поднялись. Не знаю, как Полине это удалось. Впрочем, в ее упрямстве и целеустремленности я успел не раз убедиться. Более того, эта девица не вышла из комнаты, даже когда старичок начал опрашивать и осматривать меня. Заявила, что на правах невесты имеет полное право находиться здесь.
– О времена, о нравы! – пробормотал лекарь и продолжил водить надо мной руками. – Так, а тут у нас что? Ну-ка повернитесь, молодой человек.
Пришлось показать рану. Та уже не доставляла таких неудобств, как в первый день, но бок все еще тянуло. После манипуляций старичка тело пронзила острая боль. Я сжал зубы, чтобы не закричать. Проклинал и собственное бессилие, и настойчивость Полины, ставшей свидетельницей моей слабости, и предательство Стефана, который даже не попытался проводить девушку. И этого человека я считал другом?
Боль схлынула так же внезапно, как накатила. Я с трудом открыл глаза: веки будто свинцом налились. Обвел комнату взглядом. Она была пуста. Плотные шторы мешали понять, как много прошло времени, но судя по тому, что на столе стоял подсвечник, наступил вечер.
– Что за ерунда происходит? Неужели я впал в беспамятство?
– Наконец-то вы очнулись!
Голос Полины звучал музыкой, несмотря на нотки страха, которые я без труда уловил. Мгновение спустя появилась и она. Села на край постели. Света не хватало, но мне показалось, что ее глаза покраснели от слез. Только этого не хватало.
– Долго я…
Спал, находился в беспамятстве? Я и сам не знал, что со мной случилось. Это незнание и то, что я какое-то время не мог постоять за себя, пугало. Расслабился, потерял бдительность или попросту взял на себя слишком многое и не справился. В прошлом не выжил бы. Пустошь не прощает слабости.
– Несколько часов. Лекарь нарочно усыпил вас, чтобы помочь. Ранение не прошло для вас бесследно. Оказалось, что вас не только ударили магией, но и пытались отравить. Здесь. – Полина коснулась моей шеи. Пальчиком обрисовала небольшую окружность и тут же убрала его, не дав насладиться ощущениями. – Сейчас вам ничто не угрожает, если вы прислушаетесь и хотя бы несколько дней проведете в постели, пока организм не восстановится.
– Я шел к… приятелю, – признался, но стал называть имя человека, который из-под полы торговал артефактами. Малодушно испугался того, что Полина может быть связана с ним.
– Можете не стесняться, – возразила она, отодвинуть. – Так и скажите, что были у любовницы. Видимо, не ожидали, что она
– Вы ревнуете? – улыбнулся в ответ. Полина фыркнула и отвернулась. – Мне даже приятно. Поверьте, Куница не годится на эту роль. Он не самый честный человек, но со своими принципами. Впрочем, если вам неинтересно…
– Продолжайте, – смилостивилась гордая барышня. Все-таки любопытство оказалось сильнее нее.
– В переулке я услышал крик. Мне навстречу выбежала женщина. Она искала защиты. Так мне показалось, поскольку следом появился ее преследователь. В его руках блеснул нож. Его намерения явно были лишены благородства. Я загородил собой женщину и в этот момент почувствовал, будто что-то кольнуло в шею. Не успел обернуться, как получил удар в бок. Не знаю, сколько времени пролежал на улице, прежде чем стражи заметили меня и отвезли в ближайшую лечебницу. Дежурный лекарь, молодой парнишка, обработал рану, но не смог понять, насколько все серьезно. Без вас меня, возможно, не было бы в живых.
Я поймал ее руку и прижал к губам. Находиться рядом с Полиной и не иметь возможности прикоснуться к ней было сродни пытке. Стало легче, но вместе с тем пришло осознание того, что теперь мне всегда будет мало только смотреть на нее. Я желал ее всю целиком даже сейчас, когда едва мог пошевелиться. Но это было нечто большее, чем влечение мужчины к женщине. Кажется, я и правда влюбился. Была ли тому виной магия, артефакт или воля богов, для меня уже не имело значения.
Полина мягко высвободила руку. Видимо, над ней никакая сила не имела власти, даже судьба. Но в следующее мгновение она робко коснулась губами моей щеки и сказала:
– Не пугайте меня так больше.
Глава 27
Как же я испугалась, когда Константин упал. Только теперь поняла Лиду, когда та сетовала, что ей сложно лечить близких. Я и вовсе не могла шелохнуться, будто окаменела. Если бы не Стефан, так и смотрела на лежащего на каменном полу мага и не знала, как ему помочь. Полянский единственный сохранил ясность ума. Мне же было легче подчиниться приказу, чем действовать самой.
Боги смилостивились, послав мне лекаря. Наверное, мой испуганный вид, дрожащий голос, мольбы заставили его поверить, что дело не терпит отлагательств, а домашние дела подождут.
Наблюдать за тем, как старик-маг погрузил Константина в сон, избавив от лишних мучений, для меня оказалось тем еще испытанием. Я почти пожалела, что осталась, но и уйти не могла. Не хотела оставлять его одного с чужими людьми.
Лекарь, дав рекомендации, ушел. Стефан предлагал остаться и присмотреть за другом, но я и его отпустила. Никому не могла доверить заботу о Константине. Даже если мои чувства были обусловлены влиянием магии, сейчас я не сопротивлялась им. Можно уступить, когда на кону человеческая жизнь.
Я была готова менять повязки, хотя боялась вида крови, поить больного лекарствами, даже держать за руку, если потребуется, но, благодаря магии, Константин спал. А, проснувшись, поцеловал мою ладонь. Да, он говорил о происшествии и ранении, каких-то темных личностях, с которыми оказался связан, но больше всего меня поразила откровенность мага и тот поцелуй. Не знаю как, но Константин вновь вынудил меня признаться первой в том, что мои чувства к нему изменились.
– Простите, что заставил вас волноваться. Я не думал…
– Конечно, не думали! – вспылила, стоило только вспомнить, как он побледнел и упал. – Ни о ком не думали, даже о себе. Пообещайте мне больше так не делать.
– Как?
Константин так и не отпустил мою руку. Прижал к своей груди. Я слышала, как билось его сердце, будто кто-то стучал в барабан. Маг волновался, хотя умело скрывал свои эмоции. Ни один мускул не дрогнул на его лице. Губы не кривились в привычной усмешке. Глаза не светились лукавством. Он не играл.
– Так… – ответила, осознав, что потеряла нить разговора.
– Вы останетесь со мной? Посидите еще немного?
– Да, конечно. Я буду рядом. Может быть, хотите чего-то? Пить или есть? Макар Ильич приготовил на ужин курицу, к которой никто не притронулся. Я попросила его завернуть мясо и отдать Стефану. Негоже человеку возвращаться из гостей голодным.