Елена Княжина – Сдавайтесь, мистер Уэйн! или Мой волшебный арест (страница 23)
– Сейчас ты скажешь, что это другой мир, – я снисходительно закатила глаза и покачала головой. – Что все взаправду. И твой приятель Эдвариан временами действительно превращается в огромного бронзового дракона…
– На самом деле в зеленого. Бронзой отливают только чешуйки на морде, – Уэйн задумчиво поднял глаза к потолку, что-то вспоминая, – и на кончике хвоста. Но ты вряд ли увидишь ипостась до конца векового отбора: Эд в последние годы не в форме. Что ты так смотришь, Таша?
– Я просто пытаюсь понять, кто из нас двоих сильнее спятил.
– Я ощущаю себя по большей части здоровым, – он постучал пальцем по оцарапанной брови. – Но ты, если испытываешь недомогание, можешь обратиться к местным целителям-шавату. Их расслабляющий массаж поистине возвращает к жизни.
– Отнеси меня обратно. Слышишь? Домой, – потребовала строго, не особо надеясь на успех. Сейчас у меня не было никаких рычагов давления. Даже разряженных. – И поставь, где взял. Иначе возвращать к жизни придется тебя.
– Не отказывай себе в маленьких удовольствиях, пока есть возможность. Сколько ты не была в отпуске? – наморщил лоб Уэйн. – Дай подумать… никогда не была?
– Поверь, ты сейчас роешь себе яму, – я выпустила кипящий воздух из сжатых зубов. – Очень глубокую… Джефф рано или поздно начнет меня искать. Не найдет… и вот тогда он придет к тебе.
– Брось, Таша. Придет так придет. А пока… Давай потанцуем?
Он ухватил меня за талию, прижал к себе. Прокатился пальцами по бацелоту, отмечая изгибы бронзовых вензельков. Добрался до ткани, согрел кожу под ней ладонью и заставил качнуть бедром.
– Чувствуешь магию музыки? – прошептал в ухо, покачиваясь вместе со мной. – Дома такой ты не услышишь.
За гардиной едва хватало места, чтобы просто стоять вдвоем. Поэтому предложенный им танец был весьма… малоподвижным. Но ощутимым, что есть то есть. И мощно аргументированным.
– Прекращай этот фарс, Уэйн… – отстранилась, сглатывая пожар, обжегший пересохшее горло.
– Как скажешь. Прошу меня извинить, льяра Тесса, – он резко отдернул гардину и издевательски подмигнул здоровым глазом. – Моего внимания ждут другие льяры: адаптация в новом мире весьма волнительна… Но вы, как я заметил, с ней прекрасно справляетесь.
***
Остаток музыкального вечера я старалась не отсвечивать. Не дай Архан (или кто тут у них наверху главный) заинтриговать владыку. Хотя Мириэль ошиблась: загадочности во мне примерно столько же, сколько в полицейском «Глоке».
На ночь помощница устроилась на узком диванчике в моей спальне. Оказывается, «тэнни» (молоденьким девушкам, прислуживающим льярам) полагалось жить рядом с «претендентками».
Мириэль объяснила это практичностью и удобством. Но так загадочно говорила о своих обязанностях, что мне показалось, будто бы отважная помощница собралась меня охранять. То ли чтобы не сбежала, то ли чтобы другие льяры меня мятной зубной пастой ночью не намазали.
Так и представляла себе Монику, крадущуюся по коридору с тюбиком… И непременно в бацелоте. Жуткое зрелище!
– Ты все-таки намекни владыке насчет экскурсии в оружейную, – задумчиво пробормотала девушке, устраивающейся на софе. – Копье нам тут не помешает.
– Ох, – вздохнула Мириэль, рассыпая рыжие кудряшки по тонкой подушке. – Беседы о коллекции Его Бронзового Сиятельства, конечно, хороший ход… Но этого мало, чтобы увлечь его своими дарами. Должна вас расстроить, льяра Тесса…
– Мм? – я повертелась на безразмерной кровати под неудобным тяжелым покрывалом. Оно меня, словно муху, прибивало к подушкам.
– Моя сестра Ризэль прислуживает льяре Монин. И завтра… Завтра она…
– Говори. Обещаю не расстраиваться, – в очередной раз перекрутилась под непривычным покрывалом, взбив в мыльную пену свои простыни.
– Завтрашней ночью, после бала, Ризэль велено ночевать в комнате для кухонных служек, – призналась девушка со стоном. – А это может означать лишь одно! Наш владыка изволит вкусить дары льяры Монин…
– Приятного ему аппетита, – пожала плечами, переворачиваясь на другой бок.
– Вы не осознаете серьезности ситуации, – покачала она хорошенькой головкой. – Сир Эдвариан выбрал ее первой… Первой! Чтобы вкусить дары!
– Ага… – заторможенно покивала. – Чего?
–
– Вкусить, – добавила согласно и внезапно закашлялась. – Так, стоп… Под дарами ты имеешь в виду?..
Помощница раскраснелась и закрыла лицо ладошками. Ладно, к черту, я догадалась: мы сейчас не о ночной трапезе говорим. И не о свидании у холодильника.
– А что, так можно? – я резко сбросила покрывало и села. – Дракон ко всем захаживает «покушать»?
Пускай топает к Монике! Флаг ему в лапы, барабан на шею и корону с острыми зубчиками – под чешуйчатый бронзовый хвост.
– Должен же он убедиться в чувственной совместимости? – зарделась девица. – Союз, скрепленный после векового отбора, нерушим!
– Конечно. Как же не убедиться, если можно? – осуждающе покачала головой.
Мужики в любом из миров одинаковые! Пока всех окружающих дам не продегустируют, ни одной не отберут. И все исключительно из «гуманитарных целей».
– А чего
– Вас жалко. Вы приятнее льяры Монин, – честно выдохнула та. – Может, завтра владыка приглядится и к вашим дарам? Вы уж будьте на балу посговорчивее. И ткань я вам сама выберу. Не дело это – за шторами от смущения прятаться!
Копье хотелось все сильнее. На случай, если владыка приглядится к моим «дарам», оно мне под покрывалом совсем не помешает.
– Эдвариан меня не отберет, – нервно закашлялась, спрыгивая с постели и быстро расчерчивая шагами комнату на две половины. – Я тут вообще случайно.
Нельзя такие беседы вести на ночь глядя: ноги сами начинают стремиться к побегу. Или хотя бы к холодильнику – стресс зажевывать.
– Случайные души сир Тайр не приводит, – с благоговением выдохнула Мириэль.
– И много ты знаешь об этом облезлом тигре…
– Уважаемый человек в нашем мире, – она мечтательно зажмурилась. – Ловец заблудших душ. Чтец изначальных судеб.
– Офонареть, – резко захлопнула ящик комода, в котором черт знает что искала.
Мне просто нужно было перемещаться и что-нибудь трогать, чтобы не терять связь с реальностью.
– Сир Тайр один из самых честных Ловцов. Берет только положенную плату.
Мириэль тоже поднялась и принялась сонно ходить за мной, пытаясь быть полезной. Закрывала дверцы, что я открывала. Засовывала обратно в шкафы платья, что я нервно оттуда вытряхивала.
– А что, есть фиксированная такса на «поставку льяр»? – я остановилась перед помощницей и выудила из ее рук приятную бордовую ткань, украшенную тонким золотым шитьем.
Если соглашусь завтра замотаться в нее, может, договоримся выкинуть все драные бацелоты?
– Я объясню. Смотри́те, льяра Тесса, – она подбежала к окну и распахнула шторы, впуская в комнату спокойную звездную ночь. – Энхарад великолепен! Но у него есть боль. Боль целого мира, одна на всех.
Вслушиваясь в ее журчание, я подошла к стеклу и выглянула в сад. Отшатнулась испуганно: прямо под нашими окнами прогуливалась знакомая широкоплечая фигура. В кулаке Уэйна что-то дымилось.
– Закрой шторы, – прошипела помощнице и за запястье утащила ее в купальню.
Крутанула вентиль, чтобы шум воды заглушил нашу беседу.
– Уж не думаете же вы, льяра Тесса, что господин ти Грайц нас подслушивает? – хихикнула она, розовея от пара и волнения.
– Еще как думаю, – заверила ее серьезно. Кто знает, какие еще отклонения у драного телепата? – Говори тише. Чем там болеет ваш мир?
– Однажды Энхарад был проклят и потерял много душ, – вздохнула Мириэль, усаживаясь на бортик мраморной ванны. – Очень ценных душ. Истинных. Чьей-то жестокой волей они были лишены своих судьбоносных встреч… Такое случалось и в других мирах, но Энхарад пострадал сильнее прочих. Поэтому Ловцы для нас – что боги. Они почитаемы и щедро одариваемы владыками земель.
– Есть и другие, да? – выдохнула обреченно, признавая свое сумасшествие.
Глюк это или виртуальная игра, я влипла в нее по полной программе. Уже и сама начинала верить в реальность происходящего.
– Ловцы? Владыки? Миры? – уточнила Мириэль смущенно и махнула рукой. – Все есть. Сир Тайр не только в Энхарад приводит души. Но здесь ему рады всегда. Абсолютно. Готовы осыпать его благами, но он…
– Берет только положенную таксу, – договорила за девушку.
– Изначальный мир, Энхарад или любой другой, вновь обретая утерянную душу, благодарит Ловца. Дарует ему силу, – пояснила Мириэль. – Чем весомее возвращенная на доску фигура, чем значительнее ее изначальная судьба, тем выше вознаграждение.
Так Уэйн – «охотник за головами»? Ну… в масштабах вселенной. Такие и у нас есть, кто ловит беглецов и помогает закону за вознаграждение.
Я забралась на длинную деревянную скамью, предназначенную, судя по всему, для массажных нужд. В изголовье имелся мягкий валик, и она была выше обычного.
Вспомнился совет «тигра» пользоваться «благами мира», пока есть возможность… Но что, если я их просто выдумала? А на самом деле сейчас нахожусь в обитой матрасами комнатке на одну персону?
– Другие Ловцы хороши в своем деле, но избирательны. Сами понимаете: к чему возиться с мелкими пешками, если можно вернуть в мир будущую владычицу? – Мириэль закрыла вентили и спустила воду. – Они видят заблудшую, потерянную душу, которой суждено стать кухаркой, и проходят мимо. Оставляют ее гаснуть, тосковать по изначальной судьбе. Бросают в черноте одинокой ночи…