Елена Кисель – Артефакторы-3: Немёртвый камень (страница 6)

В очередной раз он нацелился иголками прямо в лицо Кристо, но встретился с деревяшкой, взлетел – и завис в воздухе, остановленный артефактами Дары.

Она и Бестия все-таки замкнули внешний контур. Свернули его в подобие то ли силового коридора, то ли силового купола. Воздух в нём искрил и расплывался студенистым маревом – магический бульон, в котором человек не смог бы выжить, а обычный маг протянул бы секунд десять.

Но внутри стояла Пятый Паж Альтау.

Бестия оскалилась от напряжения. Телесная магия всей мощью обрушилась на иглеца, лишая его возможности двигаться. Кристо, а заодно и жителей деревни распылило бы просто отдачей, но Дара и Нольдиус уже устанавливали дополнительные щиты, на пределе возможностей.

Это трудно было удержать. Но это нужно было удержать.

Не прекращая давить на артефакт телесной магией, Бестия выпустила из рук оружие и взмахнула уже руками, словно стирая что-то из мира. Иглы «Полуночного терна» начали расти и изгибаться. Артефакт представал в своем истинном обличьи.

Чужеродном. Хищном. Страшном.

Нагромождение чёрных игл, паучьи изломы – и бесконечный, неостановимый рост.

Бестия прикусила губу. В остальном лицо у неё осталось спокойным и упрямым, и пассы ложились один за другим, будто она работала в классе, перед теориками.

А у Дары и Нольдиуса уже дрожали руки, у Кристо начали греться концентраторы магии, и он чувствовал уничтожающий жар, доходящий до него сквозь щиты…

Иглы еще удлинились и потянулись к щекам Бестии. Фелла этого будто бы и не заметила. Сейчас она вглядывалась в то, чего не было видно остальным, в истинную структуру артефакта, в энергетические нити, направляющие потенциал вещи, в узлы, созданные три тысячи лет назад учеником Холдона.

Шип почти дотянулся до ее щеки, когда она прекратила прессовку магией и завязала пальцы в сложную фигуру.

Иглец принялся втягивать шипы – торопливо и как будто трусливо. Фелле удалось зацепить основной узел, и теперь она контролировала паразита полностью. Могла его усыпить до лучших времен. Могла приказать ему убить, когда она этого захочет. И кого захочет.

Вот только Бестия не нуждалась в услугах артефактов-убийц.

Три секунды – а потом она отряхнула пальцы, глядя на покрытую серым налетом траву. Налет на самом деле был очень мелкой пылью, а пыль на самом деле в недавнем прошлом была иглецом.

Бестия медленно выдохнула и вытерла лоб рукавом. Дара убрала щитовые артефакты и одобрительно поцокала языком в гробовой тишине.

– Жалко, вы не слышали, как он вас умолял. И что обещал, если вы его просто усыпите.

– Вот уж без этого я легко могу обойтись, – надменно отозвалась Фелла, но уже не в тишине, потому что народ мало-помалу начал выказывать свои эмоции. Пока что выказывалось больше недоумение и больше отдельными звуками. – Ты так и вслушиваешься во все предметы подряд?

У Дары мгновенно стал такой вид, будто ее поймали на чем-то крайне нехорошем, но Бестия уже занялась оценкой состояния команды.

– Нольдиус! – бледный и тяжело дышащий отличник вяло дернулся. – Сядь отдышись, ты переусердствовал со щитами. Впрочем, реакция была оперативной. Дара, у тебя тоже. Хотя я и настаиваю, что план был слишком рисковым. Кристиан!

Она подозвала его кивком, и Кристо подошел бочком, бочком, осторожно, все еще сжимая в руках черенок от тяпки.

– Дай сюда, – Бестия зачем-то повертела в руках его оружие, хмыкнула. – Почему не оборонялся магией?

Кристо с покаянным видом развел руками и попытался сделать лицо как можно простодушнее. Он уже давно замечал, что когда тебя считают отморозком – то и спрашивают меньше. Так, пару раз башкой об стенку…

– Понятно, – на Бестию его мордашка никакого впечатления не произвела, глава звеньев щурилась подозрительно. – Как ты думаешь, почему я ни разу не пыталась остановить иглеца серпом?

Кристо начал увлеченно расковыривать кроссовкой землю родного села. Из пыли выкопался жучок с изумрудным панцирем и резво вскарабкался на нос обуви.

– Потому что, – Бестия вдруг нагнулась к его уху, – по нему невозможно попасть. Он слишком быстро меняет траекторию движения. И даже при магическом ускорении точно отразить его почти невозможно.

Кристо упрямо ковырял носком землю. Он твердо решил углубиться хотя бы на метр-два.

– Смотри мне в глаза, – приказала Бестия, чем свела на нет все его усилия. – Я никогда не учила тебя этой технике, но я… встречалась с ней раньше. Давно он тебя учит?

И снова это особенное «он». Кристо, невесть почему, засмущался, хотя теперь ему давал приватные уроки не малахольный Мечтатель, а сам Витязь Альтау. Казалось бы, есть чем гордиться.

– Второй месяц, – он помялся и зачем-то прибавил: – Вот.

– Всегда с тяпками?

На губах Бестии появилась едва заметная усмешка. Кристо опешил, но паж Альтау уже выкинула деревяшку в сторону и махнула рукой – свободен.

– Рафла и Хема, – в голосе прозвучало предвкушение, и желающих отозваться на такой тон не нашлось. – Рафла и Хема? – повторила Бестия и обозрела окрестности взором василиска. Взор раздумчиво остановился на недалеком колодце, возле которого мало-помалу собирались собаки. Собаки заливались яростным лаем, а колодец хранил такое священное молчание, что его просто нельзя было не заподозрить в чем-нибудь подозрительном.

Тяжелой походкой Бестия двинулась к колодцу. Собаки расступились перед ней почтительно (пара особенно брехливых сразу уползла на брюхе), а из глубин колодца донеслось жалобное: «Ой, что сейчас бу…»

В глубинах обнаружились две пары испуганных глаз, моргающих в унисон. Знаменитый дуэт «два Ка» находился в колодце и в объятиях друг у друга. Никаких ссор не было заметно. Колодезное эхо доносило слабый шёпот, что вот, тут кой-кто не подписывался на самоубийственные планы… да ещё щиты держать с мальчишками… и вообще, ну это же произведение ученика Холдона… и да, тут у них были восемь трудных дней, так что…

– Я вам очень советую, – полным сдержанной ярости голосом произнесла Бестия, – рыть подкоп к Одонару прямо из этого колодца. Иначе я ни за что не ручаюсь.

Изнутри донесся всхлип, а потом плеск воды. Бестия одной рукой, как пушинку, грохнула на колодец тяжеленную крышку, похожую на крышку гробницы. После чего повернулась к остальным.

– Уходим.

Уйти не получилось.

Иглец не восстал из пепла, нет. И ученик Холдона не явился с того света мстить за свое детище (которое и поспособствовало его кончине в далеком прошлом). Но вот жители Кенарьков дружно отмерли и преисполнились гостеприимства. Так что первый же шаг Бестии и остального звена в сторону сельской околицы был встречен испуганным ревом:

– Куды-ы-ы?! – а потом к каждому участнику группы протянулись десятки рук и послышались десятки голосов. Голоса произносили довольно заманчивые слова: «ирисовка», «отдохнуть», «пироги», «домашние колбасы» – ну, и, конечно, «вересковое пиво». Может, жителям Кенарьков просто хотелось попировать, а может – они всерьёз решили чествовать артефакторов как спасителей. Но только без звена артефактория праздник им казался неполным. Голоса ревели, визжали и просто орали в уши, руки дергали со всех сторон, и все были настроены никуда Кристо из родной вотчины не отпускать. Артефакторный дуэт, который засел в колодце, жителей не устраивал.

Церемонии уламывания не помешал даже внезапно вернувшийся серп Бестии. Где это странное оружие летало до сих пор – было загадкой, но теперь оно точно уловило настроение хозяйки и примчалось по воздуху. При этом серп чудом не оттяпал голову жене кузнеца, которая проявляла больше всех стараний в зазывании гостей. Кузнец только крякнул, выражая то ли радость, то ли огорчение. Бестия, на которую стремительно начала наваливаться усталость после тяжелой работы, перехватила серп и сунула в ножны. После чего оглядела бледные физиономии остальной компании и махнула рукой:

– Остаемся до пятой фазы радуги.

Гулкая секундная тишь подтвердила: всё-таки кое-кто из зазывал надеялся, что они откажутся. После этого народ засуетился и кинулся сооружать застолье.

Кристо поднялся на цыпочки, высматривая мать, и отыскал ее в окружении женщин. Женщины явно лезли с дружбой и какими-то предложениями. Наверняка ведь те, у кого дочки на выданье. Кристо поморщился.

Вокруг крутились его бывшие дружки, сами подходить не решались, и он этим воспользовался, пошёл себе к Даре. Артемагиня с интересом созерцала поднявшуюся суматоху.

– Ну, я пока… домой, – неловко заговорил он. – С друзьями там пообщаться, со знакомыми…

Дара кивнула благосклонно.

– Я только предупредить. Помнишь, мы искали Прыгунки и напоролись на игру в «синюшники»?

– Это когда Макс доказывал, что не умеет пить? И что?

– Так вот, ты там артефакт соорудила… ну, чтоб не пьянеть…

– Ну да, он простой, только аметистовая основа нужна.

– Так вот, ты б поискала тут в окрестностях аметист, вдруг найдется. На нас на всех, хотя, наверное, на Бестию не надо.

– Что?

– То самое.

Дара не сразу нашлась, что ответить, но все-таки нашлась.