Елена Кисель – Артефакторы-3: Немёртвый камень (страница 27)

Бестии не понадобилось, потому что вскоре их групка наткнулась на Нольдиуса и началось удивительное.

– Здравствуйте, – вежливо сказал отличник и выдал разошедшемуся папаше такой удар силовой магией, что того отшвырнуло от дочки на приличное расстояние и покатило по травке сада. Сина перестала реветь, а Караул – рычать. Кристо с облегчением перестал ругаться.

Папа Сины отлип от травки со скрипом и с трудом.

– Да я вас, – он совершенным образом шипел, - в Семицветнике засужу, смуррилы болотные! Да у меня брат…

– Извините, – все с той же вежливостью произнес Нольдиус, и сила его магии подняла разозленного родителя в воздух. Тот пытался что-то применить, но его словно спеленало или связало. В таком состоянии он услышал последнюю реплику отличника: – Счастливого пути, – прежде чем его с огромной силой катапультировало в вечернее небо за пределы территории Одонара.

Кристо и Караул переглянулись одинаково дико. Всем было известно, что у Нольдиуса уровень высокий, но чтоб настолько… И ладно бы это – но выражение лица отличника было уж очень сродни Фелле Бестии в гневе. Убийца чистой воды, словом.

Запыхавшуюся Мелиту такое лицо очень озадачило.

– О-о, Нольд, ты страшен, – отметила она, оказываясь рядом с Синой, которая больше не тряслась и не ревела. – Ну ладно, там почти разобрались с аренами, так что мы вроде как свободны до завтра. А что это было такое летучее и орущее?

– Дрянь какая-то, наверное, – легким тоном отозвался Нольдиус. Глянул на Кристо, который настроился ему похлопать, тряхнул головой и вернул на лицо маску заумности. – Могло бы получиться… исследование. По поводу НЛО над Целестией.

«Непутевая Летучая Орясина», – мысленно расшифровал Кристо и отпустил наконец этот проклятый хвост. Караул потряс головой, хотел было отгрызть у Кристо какую-нибудь конечность, потом поглядел на Нольдиуса и побрел себе к воротам.

Мелита удостоверилась, что с Синой все даже избыточно в порядке, потом осведомилась у Нольдиуса – а застраховал ли он «НЛО» на хотя бы минимально мягкое приземление. И развернулась к Кристо прямо-таки с предвкушением.

– Ну так, о чем с тобой хотел поговорить Мечтатель, а? Ты вроде как светился весь сначала и чуть ли не летал…

– А, это… – Кристо замялся и покрутился по сторонам. Почему-то пропало желание хвалиться. – Дал пару советов насчет моего обучения. Интересных. Да.

В темнеющие небеса взвилось дракси – наверное, мастера убывали восвояси.Нольдиус уселся на траву и извлек из карманов несколько листов с какими-то вычислениями. Бочком-бочком к нему подобралась Сина.

– А у тебя тоже папа строгий? – присела возле него на корточки и тихонько предложила: – Ну, хочешь я тебе помогу, как ты мне с моим…

Мелита прыснула в кулак, вообразив воинственную малявку, спасающую здоровяка Нольдиуса от предков. Сам отличник смотрел на Сину в недоумении.

– А… нет, не нужно, я сам, то есть, мы… И вообще, в какой-то мере насилие – это не выход…

– А в какой мере?

Сина осталась без конкретного ответа, немного подумала и предположила:

– Интересно, а моему папе кто-нибудь сказал, что насилие – это не выход?

Нольдиус продолжил ошеломленно молчать. Сина устроилась около него поудобнее, настраиваясь на долгую беседу. С молчащими объектами это, как известно, даже приятнее.

– А ты не ходишь в миры, да? А я очень хочу. Фрикс говорит, нам пока нельзя артефакты создавать, потому что опасно, мы еще же не знаем про всякие… какие у какого узлы, и что материал тоже разный бывает, и что в каждой там вещи потенциал. А все создают. Только тихонько. Ты не расскажешь?

Нольдиус помотал головой, а Кристо хмыкнул. О том, что и на уровне теорика ученики экспериментируют с артемагией, в Одонаре знали все. Другое дело, что не все были в курсе, чем такое заканчивается.

Хотя вот однорукий Леш из экспериментаторов мог бы об этом рассказать.

– А на занятиях не всегда интересно, – пожаловалась между тем Сина. – Нам Тилайда рассказывает про всякие камни и про деревья, а Фрикс про потенциалы и про узлы, а Гробовщик глупости разные рассказывает, хотя это же понятно, он старый совсем. А на прошловедение почти никто не ходит. Ну, потому что Мечтатель – он такой… немножко совсем Мечтатель, наверное…

Мелита потянула его за собой, как бы говоря, что уж теперь-то Нольдиус в надежных руках. Кристо подчинился охотно: сумерки опускались на артефакторий, и еще оставались часы, которые можно было провести с толком.

– Свадьба не за горами, – серьезно подытожила Мелита. Кристо ухмыльнулся было, но она наставительно воздела палец.

– Цыць, дилетант, ибо я знаю, что говорю. У бедненького Нольда никаких шансов. Ты видел, как она его обрабатывает? Вот теперь я правда боюсь представить, что из нее вырастет: она уже решительнее Бестии…

По мнению Кристо, Нольдиус мог жениться хоть на Ренейле, лишь бы на его территорию больше не претендовал. Так он и сказал Мелите, и это тут же вызвало колокольчиковый смех.

– Знаешь сказку о горбуне, который ревновал свою бороду? Так вот, у тебя столько же оснований…

Ночница пролегла по небу трепетной и пока еще неяркой полосой. Садовник Зерк вышел на ночной обход, бормоча про себя, что «ходють тут… ходють… траву топчуть… артефакторы, Магистры, Холдоны – все одинаковы… хоть бы сдохли…»

Возле кустов сирени Зерку пришлось затормозить, потому что он чуть не наткнулся на целующихся Кристо и Мелиту. Отчаянно плюнув, садовник изменил маршрут и взял ближе к зарослям боярышника. Теперь его бормотание стало еще более злобным.

Не прошло и минуты, как он почти споткнулся о Нольдиуса и Сину. Отличник повествовал о временах создания Одонара и незамедлительно включил садовника в повествование:

– А вот откуда появились Караул и Зерк никто не знает, этого нет ни в одной книге. Можно было бы, конечно, спросить у Мечтателя…

Сина слушала с таким целенаправленным вниманием, что даже Зерку все стало ясно.

С тяжким вздохом он отвернулся и заковылял к сиреневой аллее. Сиреневая аллея злорадно встретила Зерка звуком глубокого поцелуя. «Чтоб они сдохли… – заклокотал которышка. – Бестии-бабе расскажу. И солнечному воину». Оставалось только рассмотреть нарушителей, так что он на миг вытянул шею из кустов.

Самозабвенно целующимися нарушителями оказались Экстер Мечтатель и Фелла Бестия.

Шея Зерка вдавилась в плечи. Совершенно убитый открытием, он побрел себе прочь от сиреневой аллеи, а желтоватая его рожа выражала яснее некуда: «Совсем жизни не стало… утопиться, что ли?»

Ночница в небесах была тусклее, чем обычно, но все равно сияла романтично.

Глава 6. Драки мелкие и не очень

Мордобой начался ночью. Вне соревнований и без участия артефакторов: просто торговцы решили застолбить себе места пораньше, а площадка перед артефакторием не была рассчитана на такое количество грузовых драконов. Столкновения в воздухе потихоньку перешли в свалку на земле; торговцы использовали половину предназначенного для продажи оружия; драксисты извели весь накопленный запас ругательств. Всю ночь в окрестностях Одонара взвизгивали сцепляющиеся драконы, поминалась чья-то неверная мать и чье-то происхождение по прямой линии от Холдона. К рассвету вполне себе довольные торговцы носились взад-вперед быстрее драконов, разворачивали лотки с товаром, сияли фингалами и время от времени заряжали ближнему своему кулаком или силовым потоком.

– Да. Не сулит ничего хорошего такое начало… – вполголоса напророчила Бестия, глядя на эту суету. Оглянулась на Одонар, из дверей которого в надежде на какие-нибудь травмы топал Озз. Рукава у него были многозначительно закатаны, красная рожа, поросшая редкими, жесткими как у таракана волосами, выражала предвкушение праздника.

– В драку не соваться, – без особой надежды на повиновение предупредила Фелла. – Сколько у тебя помощников-целебников?

Озз, мечтательно глядя на распухшие носы снующих торговцев, хрустнул пальцами.

– Кроме наших, имеешь в виду? Одиннадцать вчера прилетели, к полудню прибудут зельевары и знахари. И в свите Магистров тоже… кто-нибудь… может… быть…

Он зачарованно проводил глазами особенно эффектный фингал, а с ним и лицо, на котором располагалось это произведение искусства.

– Не понимаю, что тебе за радость коллекционировать травмы, – проворчала Бестия.

– Так ведь… сама ведь знаешь, какое у меня прошлое. Шесть сотен лет, а четыре сотни – всё по боям, по лесам или по военному ведомству. А в жизни не хватает чего-то. Я вот как-то на Шанжанской Ярмарке зашел в шатер к Майре…

– Нарекательнице?

– Она ведь и Душечитательница еще. И она мне прочла. Сказала, что у меня душа тонкая, а нрав по-настоящему застенчивый. В общем, что мне нужно цельбой, а не убийствами заниматься. А силу приобретать посоветовала внутреннюю: чем больше раз удержишься от искушения ударить в ответ, тем легче жить будет…

Фелла едва слышно фыркнула: только по ее подсчетам Озз накопил внутренней силы немеряно.

– И как?

Озз расплылся в улыбке – жуткое зрелище, если учитывать его рожу потомственного палача.

– Счастье… покой… глаз, бывает, побаливает, а разницу-то еще лучше чувствуешь: внутри ничего не болит. Ты б попробовала хоть раз.

Бестия молчала, припоминая свое прошлое. Все, кто надеялся, что она не отвечает ударом на удар, недолго зажились на этом свете.