Елена Кароль – Наперекор сюжету (страница 21)
— Всё хорошо, Майви. Всё. Хорошо. Ты не одна. Я рядом. Дыши…
Моего лица, лба и щек коснулось чужое горячее дыхание, затем по носу мазнуло что-то большое и шершавое, а когда я дернулась и проморгалась, то поняла, что уже стала драконом, как впрочем и Бэсфорд. И именно его драконий нос тычется мне в морду, согревая дыханием и навевая ну очень неприличные мысли.
Тут же сердито боднула его лбом в скулу, следом горделиво задирая нос. Мол, не надо мне тут сопли разводить! Я сильная и независимая! А то, что было пять минут назад — не моё! Подкинули!
На это большой черный дракон шумно и, как мне показалось, с отчетливой иронией фыркнул, а потом отошел и взлетел первым, звучно курлыкнув, что я распознала, как призыв следовать за ним. С радостью!
И снова, стоило только поймать нужный воздушный поток, взмывая высоко в небо, как эмоции хлестнули через край и меня затопило упоением полета. Это было ни с чем не сравнимое удовольствие и полноценный экстаз, слияние со стихией, даже несмотря на то, что я не воздушный, а снежный дракон, и полное одичание инстинктов вплоть до того, что мне захотелось улететь далеко-далеко, где никто меня не обидит, и навсегда остаться драконом.
Большим, сильным.
И независимым!
Правда, стоило только взять уверенный курс на север, к снежным пикам местных гор, как какая-то сволочь цапнула меня за хвост прямо в полете, затем зловеще обрыкала и чуть ли не по голове настучала ментальными приказом:
«За мной!»
Ох! Вот это он силен!
Естественно, я сразу опознала в «сволочи» ректора, причем не рискнула ослушаться, и примерно час спустя (опять мы улетели хрен знает куда!) один за другим мы приземлились на лужайке заднего двора чьего-то особняка в самом центре столицы. Пока добирались до него через весь город, я изумилась тому, каким игрушечным и сказочным выглядит с высоты столица, переливаясь в ночи цветными огнями фонарей, окон и иной магической подсветки.
Что примечательно, лужайка тоже была специально подсвечена, практически, как посадочная площадка для вертолетов. Правда, моё приземление снова не задалось, кажется, этому моменту мне стоит уделить максимум внимания в самое ближайшее время. Носы у драконов, конечно, крепкие, но каждый раз рыхлить ими землю как-то нехорошо.
И снова у меня хватило сил лишь на то, чтобы рухнуть на пузо, а затем и вовсе устало закрыть глаза, не рискуя встретиться взглядами с ректором, который обманчиво легко сменил ипостась и встал напротив меня.
Меня нет, я в домике.
Черт, как же стыдно… Позор позорище на мою снежную голову! Хорошо, что я уже блондинка, не будет видно, как поседею от стыда.
— Нда, поторопился я, определенно поторопился, — задумчиво пробормотал Бэсфорд, а я заинтересованно приоткрыла один глаз, не понимая, что он там бубнит себе под нос. — Ты не ребенок, ты младенец. Полная рассинхронизация сознаний. Майви, ты меня слышишь?
Хотела бы сделать вид, что нет, но это бы было совсем бессовестной ложью, и я открыла оба глаза и выразительно моргнула.
— Молодец, девочка, — одобрил он мои потуги. — Возвращайся ко мне, я тебя не обижу. Давай. Тебе надо плотно поесть и крепко поспать, остальное обсудим завтра. Иди сюда…
Говоря это, он сам подошел вплотную и коснулся ладонями моих висков, заглядывая глубоко в глаза, отчего мы снова оказались в удивительном «нигде» в виде сущностей, и я снова не смогла сдержать инстинктивного порыва прижаться к большому и мягкому, такому сильному и надежному…
Моё! Никому не отдам! Никому-у-у, уа-а-а!!!
Очнулась я от того, что меня уже куда-то несли.
Чувствуя на щеках подозрительную влагу, в глазах резь, а в горле першение, я поняла, что драконья истерика умудрилась пробраться и в двуногую ипостась, причем наши сознания реально пугающе рассинхронизированы (здравствуй, раздвоение личности!), но не торопилась соскакивать с рук подозрительно терпеливого ректора и улепетывать в закат.
Наоборот, притихла и решила посмотреть, что будет дальше.
А дальше Бэсфорд спокойно вошел в дом, поднялся вместе со мной на второй этаж, свернул в правое крыло и, дойдя до конца, занес меня в апартаменты. Миновал проходную гостиную, вошел в спальню и преспокойно уложил на кровать. Заметил, что я на него настороженно кошусь, но по его лицу без единой лишней эмоции невозможно было ничего прочесть, а сам он спокойно произнес:
— Прислуга принесет трапезу, поешь и ложись спать. В этом доме тебе ничего не угрожает. Произошедшее обсудим завтра. Отдыхай.
Затем поставил мои туфли на пол, сумку на тумбочку и ушел.
Планируя сегодня заниматься с Майви, меньше всего Вэйланд Бэсфорд ожидал того, что юная драконица окажется настолько… юной.
Ребенок. Маленький, всеми брошенный, ужасно несчастный ребенок.
Он никогда не имел дел с настолько юными крохами!
Дхар побери, да он просто растерялся! В итоге не меньше получаса просто стоял, замерев, позволяя Майви прижиматься к нему всей сутью, и… чувствовал странное.
Ответственность. Да, прежде всего ответственность.
Но…
Не только.
И об этом ему требовалось подумать.
Очень хорошо подумать!
Ещё пару минут погипнотизировав дверь и мысленно поразившись величине его спокойствия и терпения в целом (кремень, а не мужик!), я села и с интересом осмотрелась. Комната была большой, богато обставленной и с высоким потолком, но чувствовалось, что гости тут бывают редко — в воздухе витало то самое ощущение спертости, присущее нежилым помещениям.
Не удержалась и дошла до большого окна, распахнув створки настежь. Вдохнула свежий ночной воздух полной грудью и прикрыла глаза, снова возвращаясь мыслями в волшебные мгновения завораживающего полета.
Кто вообще придумал, что драконам нужна человеческая ипостась? Бред! Драконы — уникальные создания стихий. Венец магической эволюции! Сильные, могучие, великолепные! Владыки неба!
И какие-то мелкие хлипкие людишки, фу…
Качнув головой и невесело хмыкнув, я села в кресло у окна, откидываясь на его высокую мягкую спинку. Умудрилась даже задремать, когда в дверь деликатно постучали и вошла молоденькая темноволосая горничная из числа людей с тележкой, сплошь заставленной тарелками.
— Доброй ночи, лэри Роуленд, — произнесла она робко. — Меня зовут Кэтти, господин Бэсфорд распорядился о сытной трапезе для вас. Скажите, чем еще я могу вам помочь? Может, желаете принять ванну?
— О, нет, — отмахнулась устало, при этом следя за приближающейся тележкой пристальным взглядом. — Поем и лягу спать, слишком устала. Можешь идти. Спасибо.
Не став перечить, девушка ушла, а я, сама переставив самые аппетитные блюда на столик, постепенно опустошила их одно за другим, приятно порадовавшись тому, что тут были не только блюда с мясом, но и сладкий десерт, а ещё на выбор чай: черный и зеленый.
Наевшись-напившись и осоловев, я составила пустые тарелки обратно, выкатила тележку за дверь, вернулась к кровати, разделать до плавок и рухнула лицом в подушку, уснув моментально.
Сегодня мне ничего не снилось, но выспалась я хорошо и проснулась рано — по привычке. Сначала, правда, не поняла, где нахожусь, и минуты три оторопело изучала большую комнату с высоченным потолком, и только потом память подкинула нужные воспоминания.
А! О! Точно! Фух!
Едва паниковать не начала!
При этом меня моментально одолело любопытство и я, в два счета одевшись, сначала изучила всё, что находится за разными дверями (пустая гардеробная и санузел на пять с плюсом), затем поглазела в окошко на ухоженный парк, а потом ко мне заглянула Кэтти и позвала на завтрак.
Пока спускались на первый этаж, я с нескрываемым интересом вертела головой, с легкой завистью констатируя, что начальник у меня возмутительно богат и дом у него просто роскошный. Немного темноват и крупноват, но это уже моя личная вкусовщина, а размеры тут явно заложены с расчетом на драконью ипостась. Правда, совершенно непонятно, как дракон будет передвигаться по лестницам… Но потолки тут ого-го!
Остальное тоже не подкачало — качественный ремонт, натуральные материалы, дорогая отделка — Бэсфорд явно не бедствовал. Интересно, что составляет основу его благосостояния? Вряд ли же на одну зарплату ректора живет.
Интересно, если спрошу, расскажет?
Решив пока сильно не наглеть, и вообще, для начала понять, не ждет ли меня нагоняй после вчерашнего, я следом за горничной вошла в столовую, где было уже накрыто к завтраку, а сам ректор сидел за столом, одетый настолько неформально, что я даже растерялась.
Я-то и блузку надела, и рабочий жакет, а вот он был лишь в темных домашних брюках и черной рубашке, верхние пуговки которой были не застегнуты. В чуть вьющихся черных волосах мелькала влага, видимо, он с утра принял душ, а темные глаза безотрывно наблюдали за тем, как я приближаюсь.
Стало отчетливо не по себе. Чего он на меня так смотрит?
— Доброе утро, — произнёс он первым и поднялся со своего места, делая шаг ко мне, когда я подошла к столу. — Как самочувствие?
— Доброе утро, — постаралась ответить ровно, но голос всё равно тревожно дрогнул. — Спасибо, всё хорошо.
Кажется, мне не поверили, чуть дернув бровью, но обличать во лжи не спешили. Вместо этого Бэсфорд, приятно поражая манерами, помог мне сесть за стол, пожелал приятного аппетита и мы сытно позавтракали тем, что наготовили его повара. Сложно сказать, что это было, вроде бы что-то с мясом и яйцами, плюс немного овощей. То ли сложный омлет, то ли что-то в этом роде, но очень вкусно.