И не в тему в разговор.
Понарошку с настоящим.
Далеко. Издалека.
Тссс! На ушко возле спящих.
И рука. Твоя рука.
«Выпорхнуть снегирём из шеренги, …»
Выпорхнуть снегирём из шеренги,
шагающих в такт,
Тенью красться по подворотням,
Таиться в кустах.
Выбраться в лес и впервые замедлить ход.
Сколько тебе осталось?
Который год?
Пасть, онемев от неба,
В тенёта трав.
Если всё это Божье,
То как Он прав!
«Я устала от бега…»
Я устала от бега.
Я иду в ритме снега.
Но мое замедленье, почти как побег
От людского пустого,
От ненужного слова
К счастью, чистому, словно нетающий снег.
«Говорят, что правда всегда одна…»
Говорят, что правда всегда одна,
И не нужно искать двойного дна,
Но у тебя есть обратная сторона.
И она темна.
И она черна.
Я люблю твой весёлый и добрый нрав.
Я ценю, что ты часто бываешь прав.
Но за мятной тенью твоих дубрав
Есть обрыв.
Я могу никогда туда не пойти.
Мягкий мох лежит на моем пути
И во всём, что дышит, один лейтмотив:
Здесь твой дом и рай.
Там же – чрево разлома рождает тьму,
И возможно там даже конец всему.
Потому ли я снова стремлюсь к нему
Вопреки уму?
Ты сжимаешь в молчании кулаки.
Снизу слышен шорох и плеск реки,
Кем-то потревоженные мотыльки
Рассыпают мглу.
Кто тот зверь, что глухо внизу рычит?
Нет, я не хочу его приручить.
Просто тьма, что гулко в груди стучит —
Тоже ты.
«У ног трёхвекового кедра…»
У ног трёхвекового кедра
Мы в спешке проживаем век.
Терзает в вечной жажде недра
Беспечный, слабый человек.
А лес, как страж, стоит над нами
И шепчет, будто с давних пор
Ведёт с небесными огнями
Неспешный, тайный разговор.
И в полусне вечерней неги,
Развеяв сказку зимних грёз,
Скользнёт с вершины шапка снега
От тёплого дыханья звёзд.
В цейтноте вечном и в загоне
Пройдёт наш суетливый век. 
