Что ж ты такого в стихах нашептал,
что взволновался целый квартал?
Выплеснул небо, закрыл портал
И спать.
«Я не выше вас. Я просто птица…»
Я не выше вас. Я просто птица.
Я летаю в небе. Я – летаю!
Я люблю вас всех. Я всех простила,
Если это чувство не взаимно.
Я не ниже вас. Я просто море.
Я у ваших ног. Ах да, простите,
Я раскинулось так непристойно,
Ваши туфли трогаю без спроса.
Я молчанье. Я опять молчанье.
Я молчанье о простом и вечном,
А ещё о неслучайном встречном,
Но об этом не сейчас. Не время.
ОСЕННЕЕ
Слегка пьяна, взволнована, легка,
Любовница курчавого поэта,
Танцует осень на поминках старика —
Болезненно-удушливого лета.
Прохладой веет от её волос,
И в пёстрых юбках заблудился ветер.
Танцуй, красавица, тебе так много слёз
Судьбою уготовано на свете.
Но это после. Нынче не остыл
Ещё сентябрь, и веселится осень.
Взметнулись юбки! Боже, что за стыд —
Она уже наряд готова сбросить!
Не знает, глупая, что ей недолго ждать.
Придёт другая, холодней и строже.
Ей – царствовать. Тебе же – лишь плясать
И для неё готовить трон и ложе.
Снегурочка
У нас ноябрь – уже зима,
И вдвое короче дни.
И если я не уйду сама,
То ты меня прогони.
Когда землей овладеет лед,
Все блекнет, как в кислоте.
А то, что выжило, предстает
В пугающей наготе.
Морозом скомкана мишура —
Мир бабочек и стрекоз.
Воланы, рюши и веера.
Упали к ногам берёз.
И больше нечему укрывать
Корявость древесных рук.
И сразу ясно, кому плевать,
А кто, как и прежде, друг.
Лишь те, кто смог сохранить огонь
Без фальши и мишуры,
К груди прикладывают ладонь,
Смеются и жгут костры.
В моей душе не найдешь тепла,
Я стылым ветвям сродни.
Я сотню раз тебе солгала,
И ты меня прогони.
«Разве ты отличаешься чем-то от прочих?..»
Разве ты отличаешься чем-то от прочих?
Плечи, родинки на груди,
волосы, в волосах бигуди.
Среди ночи
загорелся экран. Гляди! 
