Елена Инспирати – Тьма в объятиях света (страница 49)
– Я не проиграл. Просто, – он сделал паузу, как будто действительно задумался, – перестал чувствовать. Дышать стало легче, когда все то, что тревожило меня, вмиг испарилось. Я не откажусь от легкости, которая внутри меня появилась, не откажусь от силы, которая была дана мне с рождения, и применю ее правильно. Ты не стоишь того, чтобы все это вновь потерять.
Брайен говорил так, будто не притворялся. В груди даже кольнуло от его последних слов, и я испугалась, что попала в ловушку собственных мечтаний.
– В тебе больше не осталось света?
– Не знаю. Возможно, что-то есть, отрицать не буду. Меня не совсем посвящают в то, что происходит с моим организмом.
Ради представления и собственных эгоистичных желаний, я поднесла руку к груди Брайена, положила ее на сердце и сама придвинулась так близко, что кончик носа коснулся ткани его толстовки.
– Не поверю, что все кончено, – прошептала я, ластясь к нему и надеясь, что Правитель понимал мои посылы, как нужно. Если бы я с порога накинулась на Брайена с агрессией, то мы вряд ли звучали бы правдоподобно. – Не поверю, что ты способен так поступить.
– Кажется, ты забыла, что я все-таки темный.
Брайен оттолкнул меня, и я разрыдалась сильнее.
– Зачем это все было нужно? Зачем я тогда доверилась тебе?! – вопрос прозвучал громко, с надрывом.
Совершенно неожиданно для меня Брайен одной рукой взял лист с ручкой, а второй схватил меня за запястье и повел к столу.
– Вы, светлые, все до отвращения наивные. Ты думала, что я все это время любил тебя? Верила, что наши встречи имеют долгосрочную перспективу?
Он включил настольную лампу и быстро написал что-то на листочке. Я и забыла совсем, что он теперь может находиться при включенном свете.
– Да, потому что я любила тебя. И люблю сейчас. Я не отдам тебя Правителю.
Я опустила взгляд вниз и прочитала вопрос.
«У тебя действительно все хорошо?»
Брайен отдал мне ручку и, пока я писала ответ, сказал мне спокойным, но унизительным тоном:
– Я не принадлежу Правителю или тебе. Пойми, что никто не проиграл и не выиграл, я просто выбрал правильную сторону. К твоему сожалению, оставив таким образом тебя без опоры. Но мне плевать.
«Все хорошо. Мы здоровы. Ты как? Я помогу тебе всем, чем смогу. Ты не один».
– Уходи, – пролепетала я, представляя свою реакцию, если бы верила в его слова. Мне бы хотелось заткнуть его, встряхнуть или прогнать. – Оставь меня, раз тебе плевать. Брось меня прямо сейчас, раз между нами все кончено.
Я упиралась ладонями в столешницу, с силой сжимая ее пальцами, и в нетерпении ждала, что напишет Брайен. Но вместо четкого объяснения появилась короткая фраза.
«Все под контролем. Просто дай время».
– Сначала ты родишь, и мы заберем этого ребенка себе. После чего я лично избавлюсь от тебя.
На последних словах, которые откровенно напугали меня, рука Брайена накрыла мою. Он не сжимал ее, а касался невесомо и едва ощутимо, но как же сильно это влияло на меня.
Я почти не дышала, наслаждаясь этим контактом, и мысленно благодарила его за смелость и стойкость. Меня медленно начинало плавить, ноги подкашивались, а он держался и тем самым заставлял меня продолжать с новыми силами:
– Вы не получите ребенка.
– Тебя не спрашивали.
«Я заберу вас обеих, как только стану Правителем. Никто вас и пальцем и не тронет».
– Убирайся отсюда, пока я не…
– Не затопила эту комнату своими слезами? Ты хоть попрощалась со своей семьей? Я думаю, они бы хотели повидать дочку в последний раз.
Я забрала ручку у Брайена левой рукой и с непривычки начала неаккуратно писать, одновременно с яростью говоря:
– Я возненавижу тебя!
Мое собственное сердце заныло от сказанных слов. Фальшь в интонации, в произношении никто не мог заметить, кроме Брайена, который чувствовал, как меня трясет, и видел на лице все мои внутренние муки.
Я почти закончила фразу. Почти написала то, что действительно хотела сказать.
«Я тебя л…»
Он остановил меня, после чего ниже написал.
«И я тебя».
– Куда хуже безразличие, Аврора. Именно это к тебе я испытываю, – поставил он точку.
У меня просто больше не осталось сил сдерживаться. Я начала рыдать сильнее и естественнее, что было весьма кстати. Только совсем не из-за того, во что должен был верить Правитель.
Мне было невыносимо стоять настолько близко с Брайеном и не иметь возможности сказать все, что я хочу. Даже прикоснуться к нему не могла так, как требовало все нутро. Веяло такой ностальгией, что становилось еще паршивее.
Я перевернула ладонь под ладонью Брайена, и, к моему огромному счастью, он позволил мне сплести наши пальцы. В это же мгновение, когда в груди стало еще тоскливее и одновременно теплее, он быстро поцеловал меня в макушку.
Мы оказались на тонкой грани, когда уже любой шаг мог сделать хуже. Только понимание этого помогло мне отпустить его.
Я до сих пор ощущала его прикосновения на себе, фокусировалась на чувствах, которые хранились в этих мгновениях, в короткой, но такой важной для нас переписке.
Мне его не хватало, но крупицы, которые он смог дать мне сейчас, помогут мне пережить разлуку с надеждой на скорую и полную разговоров, прикосновений и поцелуев встречу.
– Девушка, мы приехали. Девушка!
– Что? – Я резко выпрямилась.
– Я говорю, что мы приехали.
С переднего сиденья на меня смотрел таксист. Он мягко кивнул в сторону двери, и я наконец-то окончательно пришла в себя: голова кружилась, но мысли прояснились.
– Прошу прощения.
Я быстро расплатилась и покинула автомобиль, все еще сонная. Даже не поняла, как уснула по дороге от Бэйли к торговому центру, где хотела примерить найденные в интернете штаны для беременных. Нужно было срочно купить что-то вкусное и подзарядиться, чтобы выдержать шопинг в одиночестве. Дэйва задерживали на работе, а Джой я позвать не могла.
На самом деле на другой конец светлого мира меня приманила не только нужда в обновке. В социальных сетях одного магазина с уходовой косметикой я увидела на фотографии сотрудников весьма знакомое лицо. Я побывала в разных отделах, в разные дни, учитывая график, но так и не столкнулась с нужным человеком. Осталась финальная точка.
Взяв молочный коктейль с карамельным сиропом в отделе со сладостями, я побрела по широкому коридору, разглядывая вывески и витрины. Меня привлекли яркие буквы, кричащие о скидках в том самом магазине косметики, и я замедлилась. В это время мимо меня пролетела девушка в форме консультанта.
Взгляд сразу зацепился за нее, и я подумала сначала, что мне привиделось, не поверила собственным глазам. Даже поморгала несколько раз и подошла ближе ко входу, чтобы рассмотреть сотрудницу, которая секунду назад неслась по торговому центру, а сейчас вежливо приветствовала клиентов.
Это была Амелия.
Никаких сомнений: в паре метров от меня стояла подруга, о которой мы не слышали уже долгие месяцы. Она ничуть не изменилась и все так же старалась продемонстрировать свою женственность, даже когда суетилась.
– Не может быть, – выдохнула я, переступив порог магазина. Я надеялась встретить ее, но все равно сомневалась, что получится.
Я не знала, стоит ли подойти к ней, нарушить ее затянувшиеся прятки. От волнения у меня даже ладони взмокли и щеки покраснели, и, чтобы освежиться, я приложила стакан к лицу.
Внезапно я почувствовала тяжесть в животе. Затем нарастающей силы спазм. Это не могли быть схватки, ведь примерная дата родов стояла только через пять недель.
От дискомфорта я все же нахмурилась и схватилась за живот. В таком состоянии меня и заметила Амелия. Ее лицо побледнело, а глаза налились тревогой, когда я скрючилась от нового приступа боли.
Глава 20
Хорошо, что мне не показалось. Амелия была реальной, и красноречивый бейдж на ее блузке только подтверждал это. Она попросила другую девушку проконсультировать покупателей, а сама направилась ко мне достаточно смело для человека, пытающегося всячески избегать встреч. Я столкнулась с ней с показной невозмутимостью и с намерением скрыть тревогу, хотя и обрадовалась, что именно она обратила на меня внимание.
– Аврора, что с тобой? Какой у тебя срок? – затараторила она. – Неважно. В любом случае едем в больницу.
– Амелия, как же я рада! – воскликнула я, когда увидела слишком много заинтересованных лиц. Необходимо было усыпить их бдительность, потому что некоторые добропорядочные персоны уже собрались вызвать «Скорую». – Сколько месяцев мы не виделись? Должно быть, очень много! Я так соскучилась! А что насчет тебя?
Я приобняла подругу и продолжила уже шепотом ей на ухо:
– Ни слова о больнице.