Елена Ха – Побег в сказку и свекровь в придачу (страница 28)

— Подождите меня здесь, я осмотрюсь, — тихо прошелестела знахарка и исчезла, практически растворилась в ночной мгле.

Ксюше стало не по себе, она впервые задумалась: как ведьма будет искать след, она же не следопыт? Пока они собирали отряд, беседовали со старостой, попаданку больше волновали другие вопросы: жив ли Тимофей, можно ли его спасти, и что случилось с Настей? Но оказавшись ночью в лесу в компании ведьмы, ее душа затрепетала от страха иного рода.

Неожиданно где-то слева ухнула сова, и Ксюша вздрогнула всем телом, едва не упав в обморок.

— Не бойся, нынче год хороший, волкам хватает еды, они к людям не полезут, — попытался успокоить девушку Митяй.

Стало только хуже. Теперь Ксюша с еще большим ужасом всматривалась в окружающую ее тьму, до боли в висках вслушивалась в едва уловимые звуки леса. Внезапно перед ее взором предстала ведьма, в тусклом свете месяца ее морщины и мясистый нос казались зловещей маской древних идолов, вырезанной из дерева. Девушка от испуга снова схватилась за сердце.

— Чо дрожишь, как осина в дождь. Сидела бы дома у печи, раз трусиха такая, — проворчала Агриппина Аристарховна и, махнув рукой дружинникам, добавила, — пошли. Есть след.

Почти час они шли без тропинок, через буераки и заросли. Лес был таким густым, что сюда не проникал даже блеклый свет ночного светила. В чащобе стояла практически кромешная темнота. Ксюша не понимала, как так легко передвигаются дружинники и ведьма, сама она шла на ощупь. Ветки хлестали ее по щекам, цепляли одежду, рвали волосы из растрепавшейся косы. Она все чаще задумывалась, что Агриппина Аристарховна права, с чего она вообще решила, что должна возглавлять этот поход.

«Митяй справится сам с разбойниками, а ведьма точно доведет их до цели. Но возвращаться уже поздно. Дороги домой одна я не найду», — мысленно ругала себя попаданка.

Неожиданно ведьма встала столбом, растерянно осмотрелась и бухнулась прямо на кочку мха.

— Что случилось? — присев рядом, с беспокойством спросила Ксюша.

— Устала. Старая я. Чую, они где-то рядом. Но след не вижу… — призналась тихо свекровь на ушко своей неугодной невестке.

— А как ты видишь? — так же тихо спросила Ксюша.

— Человек оставляет свое тепло там, где проходит. Я его вижу. Этот след постепенно исчезает, мир поглощает наше тепло. Но здесь были люди недавно, я не вижу, потому что истощились силы. Старая я уже…

Ксюша сжала руку свекрови и решительно сказала:

— Тебе просто нужно подкрепиться!

Она осмотрелась, рядом за старым трухлявым пнем, похожим на рогатого лешего, был черничник. Ксюша стала рвать ягоды в ладошку, мысленно желая Агриппине Аристарховне набраться сил и найти сына. Насобирав горсть, она вернулась к ведьме и протянула чернику ей прошептав:

— Приятного аппетита!

Знахарка хотела отмахнуться, но что-то во взгляде невестки заставило ее послушно съесть ягоды.

— Спасибо, — буркнула она, смотря на Ксюшу исподлобья.

— Сосредоточься на тепле. Вдруг они уже так близко, что ты почувствуешь их самих, а не след, — предложила невестка.

Знахарка кивнула и решительно сказала:

— Отойдите от меня на десять шагов.

Все послушно отступили. Ксюша интуитивно держалась ближе к дружинникам, ей было страшно остаться один на один с лесом. Где-то снова ухнула сова, а сразу за ней раздался странный смех ехидны.

Ведьма тут же подскочила со своей кочки и указала узловатым пальцем в ту сторону, откуда слышались эти неприятные звуки.

— Это они. Пьяный человеческий смех я не спутаю с криком животных, — пробормотала ведьма сама себе под нос и, ловко перелезая через поваленные деревья, устремилась вперед.

Через пять минут впереди между деревьев замелькали языки пламени и стали доноситься обрывки тихого разговора.

— Так ему и надо… хотел нас обмануть, да сам пропал, — пробулькал писклявый голос.

— Да, хорошо мы сегодня покуражились. Жаль, трех парней потеряли… — откликнулся бас.

— Мы отомстили. У них все полегли!

Агриппина Аристарховна замерла, вцепившись в руку идущей рядом невестки. Ксюша тоже остановилась, всматриваясь в пятно света впереди. За деревьями хорошо была видна поляна, на которой стоял небольшой сарай, перед ним горел костер. У костра грелись два мужика, один почти такой же огромный как староста, второй хлипкий и мелкий, росточком ниже Ксюши. Чуть в стороне от костра стоял столб, и к этому столбу был привязан Трофим. Рубашки на нем не было, как и живого куска кожи. Весь в крови и грязи, он обмяк, удерживаемый только веревками. Вокруг него на земле валялись обглоданные кости и огрызки огурцов, свекольная ботва и подгнившие капустные листья.

— Эти животные заплатят за издевательства над моим сыном, — прохрипела рядом Агриппина Аристарховна, — Их рода зачахнут в муках, предки сами откажутся от таких бесчеловечных потомков. Не будет им покоя ни в Яви, ни в Нави!

Ксюша ощутила пронизывающий холод и едва устояла на ногах, а ведьма скривила губы в усмешке и обратилась к Митяю:

— Я вас привела куда надо. Теперь дело за вами!

Глава 13

А было все так…

Митяй отодвинул женщин за ближайший мощный дуб. И практически сразу Ксюша услышала свист стремительно летящих стрел, за ними последовали хрипы с поляны. Попаданка выглянула из-за дерева и увидела, как дружинники, тихо и быстро перебегая между деревьями, выскочили к костру. Двое проверили караульных разбойников, из груди которых торчали стрелы, двое стали обходить сарай, четверо нырнули внутрь, двое остались у двери. В сарае было удивительно тихо. Как будто ничего не происходило, но когда Митяй через три минуты вышел наружу, он вытирал о полы рубашки окровавленные руки.

— Чисто! — тихо объявил он.

— У нас тоже, — откликнулся один из дружинников, выходя из-за сарая.

— Можете выходить, — крикнул Митяй, явно обращаясь к женщинам.

Ксюша тут же, не раздумывая, кинулась к мужу, но неожиданно ее обогнала приземистая старая знахарка. У столба уже возились с узлами двое соратников воеводы, но взволнованная мать растолкала их в стороны, и сама развязала веревки, что удерживали ее сына у столба. Трофим стал заваливаться, тут подоспела Ксюша и подхватила мужчину, аккуратно укладывая его на землю.

Знахарка молча безумными глазами осмотрела, а потому еще и ощупала, и обнюхала сына. Вывод ее вызвал вздох облегчения всех присутствующих:

— Поверхностные раны. Жить будет. Без сознания он из-за продолжительной боли. И это хорошо. Ты, — ведьма указала своим скрюченным пальцем на Ксюшу, — Посмотри в сарае чистые тряпки и что-то расстелить здесь не помешает, хорошо бы чистое. Я пока шла, собрала кое-какие травки. Их нужно запарить, и полученным отваром обработать раны.

Ксюша послушно кинулась выполнять приказ свекрови. В данной ситуации она полностью доверилась старой ведьме.

— Ты! — обратилась знахарка уже к Митяю, — отправь своих, найди всех дружинников, что сопровождали моего сына сегодня. Если они дышат, они будут жить, чего бы мне это ни стоило! — зловеще произнесла Агриппина Аристарховна.

— А как же моя сестра и Семен? Они где? — тут же обратилась Ксюша к Митяю, пока он не убежал исполнять приказ ведьмы. Девушка как раз вышла из сарая, неся охапку найденного в сундуках чистого белья.

— Семен здесь, и Агафья тоже, а Насти нигде не видать, — откликнулся один из дружинников, что заходил в сарай.

— Так спросите у кого-нибудь из них, где она! — возмутилась Ксюша.

Бравые воины замялись, и Митяй с сожалением ответил:

— Они уже ничего не скажут. Наша задача была спасти воеводу и уничтожить разбойников. Они и так уже много бед натворили.

— А как же Настя? — беспомощно всплеснула руками Ксюша.

— Хватит причитать. Помоги мне с Трофимом, как только мой сын будет в безопасности, помогу тебе сестру найти, хотя думается мне, что она не заслужила твоих хлопот… — проворчала Агриппина Аристарховна.

И Ксюша послушалась. Они вместе запарили травы, обмыли истерзанный кнутом торс воеводы обеззараживающим отваром, переложили его на белье, добытое девушкой.

Трофим лежал чистый на чистом. Глубокие, грубые по краям раны на его теле пугали, но дышал он ровно, лицо, правда, было белее первого снега, даже губ почти не было видно, они слились в своей бледности с обескровленной кожей.

Ведьма взяла его за руку, закрыла глаза и замычала, мрачно и монотонно. Темп ее странного пения ускорялся, и она начала раскачиваться в такт ведомого только ей ритма. Ксюша ощутила первобытный страх, наблюдая эту странную картину. Дружинники давно разошлись. Митяй оставил с женщинами четверых, на всякий случай. Остальные пошли искать товарищей, пострадавших вместе с воеводой, и за телегой, чтобы перевезти Трофима в село.

Когда Агриппина Аристарховна замолчала, Ксюша с удивлением увидела на щеках мужа румянец. Дежурные дружинники перекрестились.

— Ну, давай искать твою сестру. Заодно, может, узнаем, что же здесь произошло! — вставая, объявила знахарка.

Когда свекровь обернулась, Ксюша с ужасом увидела, что волосы у лица женщины побелели. Это была не просто старческая седина. Смотрелось это так, будто весь цвет из знахарки ушел.

Агриппина Аристарховна, не обращая внимания на округлившиеся глаза свидетелей ее ворожбы, скомандовала:

— Отойдите все от меня на десять шагов. Попробую услышать Настасью.