Елена Гром – Измена. Неправильная сказка (страница 20)

До сих пор ломит при воспоминании о той боли, что принесло падение с небес, осколки розовых очков до сих пор жгут роговицу. Я не хочу больше так любить. Не хочу больше быть слепой. Теперь я вижу слишком ясно. И точно не поддамся на его провокации. Он для меня никто. Никто…

Утром у меня много дел. Выдраиваю квартиру до покрасневших рук. Мне нравится убираться. Нравиться смотреть на чистые поверхности без разводов и пыли. Нравится, что можно чем — то занять голову. Телефон пиликает несколько раз, но я не обращаю внимания. Не хочу знать, кто.

Так бы и дальше прибиралась, но звонок в дверь нарушил планы. Бросаю тряпку в воду и иду в коридор. Если это Костя, то я не открою. Не в том виде, не в том состоянии.

Подхожу к двери, вздрагивая от нового звонка и смотрю в глазок.

В тело пулей проникает нерациональное разочарование. Это Катя. Скорее всего будет требовать отчета о вчерашнем. Я тут же открываю, тереблю волосы ее сынишки, потом улыбаюсь подруге.

— Ого, да ты вся в мыле.

— В прямом и переносном смысле.

— А телефон утопила в идеально чистом унитазе. Чего трубку не берешь?

— Не слышу, — делаю звук на колонке потише. Как дела?

— У тебя хочу спросить. Закрыла гельштат?

Закрыла ли… Кажется только сильнее расковыряла рану, которая кровила эту всю неделю.

Ставлю чайник, листаю любимые печеньки Левы.

— Не уверена. Еще и с Никитой пришлось объясняться.

— Так, я не поняла. Вы собираетесь разводится?

— Да! — в этом я точно уверена! — думаю да. Но боюсь, как бы он не помешал моей работе. Вел он себя, словно я ради него пришла на это мероприятие.

— А разве нет?

— Нет! Я пришла… Давай не будем о нем.

— Ну как не будем. Он извинился перед тобой? Ну… За прошлое?

— Кто? Громов? Серьёзно думаешь, что он чувствует себя виноватым? Да и в чем он виноват? В том, что у меня на глазах шоры были?

— Ты из-за него в психушку попала на фоне потери ребенка.

— По-моему за это нужно винить мою психику, а не его. Кто из-за измен хочет покончить с собой? Только полные дуры. Так что я рада, что мы расстались. Было бы гораздо хуже оказаться в таком положении, уже имея детей. А так… Пережила и дальше пошла.

— Да уж. Измена для тебя прямо шоком была, хотя я неоднократно тебе говорила…

— Да говорить можно что угодно. Человек пока своими глазами не увидит, не поверит. Особенно я, настолько верящая своему Косте. Давай закроем тему. Как у вас с Сашей?

— Нормально. Он дом хочет брать.

— Ты не хочешь?

— Чтобы совсем свихнуться, а ему фривольно тут жилось на квартире. Мне кажется у него девка появилась. Поможешь вычислить? — вдруг говорит она, а я чаем давлюсь.

— А что тебе эта девка? Он и раньше вроде гулял…

— Ну Ань, ну не тупи. Одно дело бабы, которых он менял как перчатки, а тут что — то постоянное. Если он со мной разведется… Может можно его социальные сети взломать. Хотя бы понять, кто это.

— Ладно, попробую пробить. У меня был один хакер знакомый, — вздыхаю я. Чего я точно еще не делала, так это закон не нарушала. Но ради Кати можно и рискнуть. Хотя сейчас хочется напомнить, что развод это не самое страшное…

Утро понедельника у меня начинается с поиска Никиты. На телефон он не отвечает. Сообщения висят не прочитанные. Вчера я его игнорила, сегодня он меня.

— Привет, Гладышева, чего тебе, — раздраженный редактор поднимает голову от документов.

— Никиту не видели? Мне ехать надо, в Усть — Горск.

— Ты не едешь.

— В смысле. У меня там интервью, — дыхание перехватывает. Это все Громов. Я кожей чувствую.

— Без разницы. Ищи материал в Новосибирске, на эфиры нам пока и так хватит.

— А Никита…

— Его отправили в другой город снимать наводнение.

— Громов? — злюсь я, шипя как змея. Редактор кивает. — А заграничные поездки?

Скотина! Так и знала!

— Сказал рассмотрит. Слушай, ты его жена, может сама поговоришь с ним?

— Поговорю, — хлопаю дверью. — Поговорю так, что мало не покажется!

Я топаю к лифтам, там поднимаюсь на этаж руководителей.

— Привет, Ань, — здоровается со мной Кристина, бессменный секретарь руководства. — Ты записана.

— Ты скажи, что Гладышева пришла, Громов пригласит, — почти ору и тут открывается дверь. Костя, что удивительно улыбается. Чем еще больше бесит.

— Ну вот, наконец у тебя голос супружницы прорезался, думал не дождусь. Проходи, Анюта. — встает он сбоку, а я прямо кожей чувствую интерес Кристины, а значит скоро вся студия будет знать, что мы с Громовым женаты. — Кристина, никого не впускать, у нас важное супружеское совещание.

Глава 22

— Супружеское совещание? Серьезно? — топаю каблуками по ковру. Мельком кабинет рассматриваю. Костя тут явно не стал обживаться, ничего нет связанного с его действительностью и успехами. — Завтра вся студия будет знать!

— А я разве не прав? Мы не женаты?

— Это временное недоразумение.

— Не думаю, что ты так просто от меня отделаешься, — усмехается он и вдруг подходит вплотную. Я тут же встаю в позу и выставляю руку вперед. Упираюсь в пуговицы его рубашки, чувствуя как бьется сердце под ладошкой. Сильно. Глубоко. Мое собственное вскачь. Ноги немеют.

— Не приближайся. Не смей, — чееерт, почему мой голос такой сиплый, почему язык сам тянется губы облизать. Где мой чертов контроль!? Вернись! Ну почему он такой дьявольски красивый. Какая — то вопиющая несправедливость!

— А что? Боишься прямо здесь ноги раздвинуть? — скользит он по мне взглядом. Нервы — оголенные провода. Еще немного и вспыхнут.

— Хватит! Я уже не та наивная дурочка. Шесть лет, Костя! Шесть. Тебе даже неинтересно было как я жила.

— Ты так думаешь?

— Я это знаю! Ровно через год я отказалась от твоей финансовой поддержки, и ты перестал ее присылать.

— Ну да. Продолжай жить в своем розовом мире, — почти шепчет мне в губы, а я отворачиваюсь. Отхожу подальше. Он как магнит, притягивает. Скотина. Почему он на меня так действует? Это нормально или мне нужен психиатр.

— Что тебе нужно?

— Что мне нужно… Ты нужна. Как и всегда была нужна.

Чушь! Бред! Мне хочется закричать, что это неправда! Что он лжет. Как и делал это всегда! Столько раз признавался в любви и всегда лгал. Но я молчу. Он меня читает как книгу открытую. И если я буду выбрасывать каждую эмоцию он поймет насколько я уязвима.

— Это твои проблемы. Ты мне больше не нужен. Как видишь, я больше не беспомощна и справилась со всем сама. Даже смогла взять ипотеку.

Он кивает. Даже не протестует!

— Малыш, я даже не сомневался в тебе. Ты большая молодец.

— Зачем ты это говоришь?

— Потому что это правда. Ты проделала огромную работу и над собой, и в своей профессии. Это достойно уважения. Я не шучу. Я горжусь тобой.

Нюра внутри меня буквально взлетает в небо, расправляя крылья. Но Аня не верит. Пусть он и полностью серьезен.