Елена Грасс – Контракт для няни. Пункт 7.1. Любовь исключена (страница 6)
– Прекратите оба! – неожиданно повышает голос мама. Но потом снова начинает говорить тише. Она совершенно точно в отличие от меня боится гнева отца. – Валера, не надо так! – она вжимает в плечи свою шею, когда говорит это, и я понимаю, что её сопротивление – лишь вялая попытка снова занять нейтральную позицию.
– Хватит лебезить перед этой неблагодарной. Говори! – практически орёт отец. – Ей на самом деле пора! Или пусть живёт здесь и оплачивает кроме коммуналки ещё и аренду. А если нет, значит, пусть выметается!
– Я здесь живу наравне с вами.
– Не наравне! Я здесь собственник и прописан! Мать тоже собственница и прописана! А ты никто! Ты прописана у своей бабки. Вот и езжай по адресу своей прописки!
Отец, высказав всё то, что так давно хотелось, тоже замолкает.
Мы оба смотрим на маму и ждём, что ответит она. Теперь её слово будет главным.
– Ну! Говори!
– Мама… если это правда, тогда ты мне это скажи! Сама!
– Доченька…
Её доченька абсолютно дежурное слово, в котором нет ни любви, ни ласки, а только попытка сгладить очередной острый угол.
Ясно… Мне всё понятно. В принципе, ничего дальше и ждать не стоит.
Конечно, я цеплялась за надежду, где она заступится за меня, но я ошиблась.
Ладно, пусть будет так. Я хотя бы так попыталась докричаться до отца, а она ни разу и этого не сделала.
Да, это неожиданным образом привело к тому, что меня выгоняют из дома. Но я ни о чём не жалею.
Напротив, теперь я буду знать, что у меня нет семьи. Ни матери нет, ни отца.
Да, мне действительно пора собираться на выход. В этом доме мне больше делать нечего.
Глава 7
Остановившись у подруги на ночь, я не могу решиться на поездку к бабушке.
Я не уверена, что ей понравится моё внезапное появление при условии последнего конфликта из-за мамы.
Да, я действительно прописана у бабушки с малолетства, но как окончила школу, общаемся мы довольно редко по причине взаимных обид.
Она обижается на маму, что та не слушает её. А я обижаюсь на бабушку за её злой язык.
Бабушка часто критикует дочь, обвиняя ту в отсутствии силы воли и, как она грубо, но метко выражается – в отсутствии «мозгов».
Но даже несмотря на то, что я с ней согласна, я не могу смириться с оскорблениями в адрес матери.
Хотя теперь, мне кажется, что я совершала ошибку, оправдывая маму.
В моём случае получилось, что я-то за неё горой, а она за меня…
Ладно, не буду думать о грустном. Завтра найду себе жильё и начну жизнь с чистого листа.
Пока что мне нужно прийти в себя после этого предательства.
Чувство одиночества накрывает с головой от осознания, что теперь у меня никого не осталось.
Я совершенно одна.
Смотрю на телефон, гипнотизируя его в надежде на мамин звонок и извинения.
Однако телефон молчит.
Усталость накатывает тяжёлой волной, но мысли не уходят из моей головы, а лишь раскручиваются ещё сильнее.
Я понимаю, что теперь, с появлением необходимости платы за жильё, мои расходы резко вырастут, и это значит только одно: нужно срочно найти дополнительную работу.
Отработав утреннюю смену на основной работе, я, едва переступив порог квартиры подруги, открываю браузер в поисках подходящих вакансий.
Пока не могу представить, что мне искать. Может быть курьером на часы, может быть официанткой в кафе.
Пока гадаю, взгляд цепляется за одно из объявлений.
Условия для моего положения в нём выглядят более чем приемлемо: гибкий график работы, недалеко от дома. А кроме того, там указано, что работа на часы!
«В стабильно развивающуюся компанию требуется уборщица на неполный рабочий день. Инвентарь и униформа за счёт компании».
Читаю дальше, пробегаю глазами по списку требований. Ничто меня пока не смущает.
Напротив, как раз в моей голове тут же складывается чёткий и вполне реалистичный план: я смогу успевать на эту подработку как раз после своей основной работы.
Понимание того, что я теперь постоянно буду работать, меня не пугает. Работа спасёт от собственных мыслей.
Да, мне, несомненно, будет невероятно тяжело, но я отлично понимаю, что выбора у меня не осталось.
Набрав в лёгкие воздух, набираю номер отдела кадров, указанный в объявлении.
– Здравствуйте, – стараюсь говорить уверенно. – Я видела, что вам требуется уборщица?
– Да. Вакансия ещё свободна. Расскажите немного о себе.
– Я работаю воспитателем, кроме того, учусь на заочном…
– Девушка, и вы уверены, что сможете ещё и уборщицей работать? – с сомнением спрашивает сотрудник кадровой службы.
– Да, уверена. Меня тем и привлекло ваше объявление, что работа на часы.
– Ну раз уверены… В таком случае приходите. Поговорим. Если вас устроят условия, работа ваша.
Прощаюсь с собеседницей и улыбаюсь. Счастливо потираю руки и надеюсь на то, что и с жильём я решу вопрос также просто.
Слышу звонок и вижу, что это входящий от бабушки.
– Здравствуй, Соня.
– Здравствуй, бабушка.
– Как твои дела?
– Нормально, – дежурные фразы.
– Соня, я не хочу ходить кругами. Я скажу напрямую. Твоя мама позвонила и сказала, что ты поссорилась с отцом. Он выгнал тебя из дома?
– Да, это так.
– Ну почему ты не пришла ко мне? Где ты ночевала?
– У подруги. А не пришла, потому что… – что мне ей сказать? Что я не хочу слушать очередные возмущения по поводу поведения моей мамы? Мне и без того тяжело. Зачем лишний груз на мои плечи?
– Ты можешь мне не отвечать, я сама знаю, – говорит без всякой агрессии бабушка. – Последний раз мы не очень удачно с тобой расстались. Но ты извини меня за это. Я просто очень переживаю за вас, девочки.
– Я знаю, бабуль, – смахиваю непрошеную слезу.
– Я очень переживаю, потому что до сих пор считаю, что твоя мама сделала неправильный выбор, когда пустила твоего отца обратно.
– Бабуль, именно об этом я и сказала ей вчера.
– Правда?!