Елена Горелик – Имя твоё — человек (страница 81)

— Слушаюсь, капитан!

— Она неисправима, — ровным, без эмоций, голосом проговорил Нойгеш, когда тари, пригнувшись, пролезла в дверной проём и за ней закрылась тонкая раздвижная створка. — Живёт так, будто во Вселенной нет ни трусости, ни подлости. Хотя прекрасно знает об их существовании.

— Может, так и надо жить, а? — спросила Аня.

— Не знаю.

— И я не знаю.

— Тогда будем жить так, как нам нравится, — Нойгеш привычно провёл кончиками пальцев по спине жены, но та ответила ему рассеянным взглядом.

— Извини, — сказала Аня. — Я сейчас не могу.

— Я подожду, — произнёс Нойгеш. — Ты ведь знаешь, мне с тобой хорошо и без постельных игр.

Аня ответила ему слабой, почти беспомощной улыбкой. То, что ей очень повезло с мужем, она понимала прекрасно.

— На нас ополчатся все ревнители чистоты человеческой расы, — с невесёлой усмешкой сказала она. — Они не то, что инопланетян — они даже не каждого белого считают человеком.

— Плевать, — ответил муж. — Имел я их …в виду.

— Да, но как бы нам не пришлось перебираться на Тарину.

— Если у нас не останется другого выхода — переберёмся. Но до того я у них крови-то попью.

— Не расскажешь по секрету, что поручил тебе уважаемый Сайто?

— Не расскажу, но намекну… Понимаешь, тайон, я как бы не совсем на службе, но…

— Всё ясно, — улыбнулась Аня. — Чем я могу тебе помочь?

— Это первый официальный контакт Земли с иными мирами?

— Да.

— Тогда ты у нас на какое-то время станешь самой известной личностью на планете. Воспользуйся этим по максимуму.

— Не вопрос. Но приглашать Землю в руннийский доминион не стану.

— И не надо, — Нойгеш вдруг заговорил с пугающей серьёзностью. — Нам придётся вести опасную игру, дорогая, поэтому будь готова к любому исходу. Вплоть до бегства с Земли или смерти. Наш единственный шанс — тари. Нужно держаться за их спиной, не давая им наделать глупостей и не позволяя земным политикам добраться до нас самих. Твоя семья, как ты понимаешь, окажется под прицелом с того самого момента, как ты выступишь по всеземной сети. Прикрыть их смогут только тари, и то я не уверен в абсолютной надёжности такого прикрытия. Длинные сами могут оказаться мишенью, если поведут себя неправильно. Но я обещаю… Нет — я клянусь, что положу жизнь ради твоей семьи. Потому что по всем законам и моральным нормам это теперь и моя семья… Кто у тебя остался на Земле?

— Родители, бабушка с дедом, тётка, двоюродный брат… — машинально ответила Аня. И только сейчас до неё дошёл смысл слов, произнесенных мужем. — Это страшно, любимый. Их сделают заложниками…

— …твоей лояльности. Обычное дело. Поэтому я подкину нужную мысль Нар-Таю. Если он пристроит твоих к какой-то тарийской программе по контакту, вашим властям не так-то легко будет до них добраться. А ты как бы останешься в неведении. Договорились?

— Договорились… — вздохнула Аня. — А ты говорил — в нашей делегации нет политика. В зеркало посмотри.

— Чего я в том зеркале не видел? — хмыкнул Нойгеш. — Свою кислую рожу?.. Ты бы отдохнула.

— Сделай диванчик, посплю немножко…

Аня старательно гнала от себя неприятные мысли. Они могли увидеть Землю, охваченную войной — междоусобной или с катэри. Они могли прийти в мир, озабоченный лишь своими внутренними проблемами. Наконец Земля могла быть уже верным вассалом — или рабыней, что абсолютно то же самое — империи Каттэ, источником пушечного мяса для высокомерных «эльфов». Тогда тарийское посольство скорее всего встретят ракетным залпом… Но как бы там ни было, они уже ничего не могли изменить. Оставалось лишь надеяться, что судьба всё-таки не совсем законченная стерва.

— Успокойтесь. По предварительным данным никакого форпоста катэри на спутнике нет, — Нойгеш вёл себя так уверенно, что тари, напряжённо следившие за показаниями датчиков, почти перестали волноваться. — Есть слабый сигнал маячка одного-единственного разведчика, но для нас это не помеха.

— Не рискнут связываться? — спросил Каэ-Тал. — Мы безоружны.

— Зато на Земле вооружения до хрена. Мы ведь собрались выступить по земной сети, не выходя из «мёртвой зоны» их приёмников на спутнике? После того, как о нас узнает вся планета, катэри предпочтут затаиться.

— Мы запишем обращение, или выступим в прямом эфире? — поинтересовалась Аня. — Лично я за прямой эфир.

— Какая разница, тайон? Хотя… Прямую передачу вырубить будет куда проблематичнее, чем перехватить файл с записью, тут ты права.

— Меня беспокоит степень иммунизации, — подала голос медичка. — Тот комплекс микросимбионтов, который Ань-Я привезла на Тарину в своём организме, после двух иммунизаций — у катэри и на У-Найте — уже далеко не тот, что у обычных землян. Люди, которых мы захватили в плен, тоже прошли катэрийскую иммунизацию. Я не смогу гарантировать нам защиту от земных вирусов и защиту землян от нашей микрофлоры, пока не получу образцы с планеты. Это означает посадку в лёгких гермокостюмах.

— Но если мы ещё с орбиты возьмём пробы почвы, воды и воздуха в зоне возможной посадки… — сказал Нар-Тай.

— Как? Это не исследовательский корабль, здесь просто нет нужного оборудования.

— Чёрт, я об этом не подумала… — нахмурилась Аня. — Как-то не верилось, что рунн могли упустить из виду такой важный момент.

— Это прогулочная яхточка для путешествия по давно известным мирам, здесь аппараты для взятия проб не нужны, — Нойгеш не подал виду, что тоже корит себя за ошибку.

— Тогда гермокостюмы, — заключила Тир-Наон. — Десяти дней мне хватит. Если земные коллеги помогут, то я справлюсь и раньше.

— Мы потерпим, — согласно кивнул Нар-Тай.

Тари сидели на полу, скрестив ноги: так они меньше страдали от вынужденной тесноты и не очень сильно мешали экипажу. Но когда в рубку пожаловали — согнувшись в три погибели — Да-Рэй, Ян-Шис и Сан-Гир, там стало совсем неуютно.

— Мы всё настроили, — доложилась Да-Рэй, усаживаясь в кресло второго пилота. — Можешь начинать.

— Запускаю тест, — Нойгеш неодобрительно зыркнул на неё, но больше ничего не сказал. Бесполезно спорить с тем, у кого есть твердокаменные принципы.

Да-Рэй бросила короткий тревожный взгляд на подругу, но тут же успокоилась. Аня уже взяла себя в руки. Но что творилось, когда они подходили к Земле!.. Сейчас не было ни счастливых слёз, ни сплошных эмоций вместо связной речи при виде родной планеты. Время для этого миновало. Может быть, под маской собранного, хладнокровного пилота и прячется всё тот же раздрай, но держится госпожа Рили совсем неплохо.

Пока Нойгеш тестировал системы, сканировал частотный диапазон сигналов, исходящих с Земли, и занимался их расшифровкой, тари заканчивали последние приготовления к выступлению в прямом эфире. Они заранее договорились, что затягивать его не стоит. Короткую вступительную речь произнесёт Да-Рэй, лучше всех освоившая русский язык. Потом выскажется Аня. Затем будет выход руннийского офицера — тот ради такого случая вырядился в свой парадный мундир, с которым не расставался ни в каких передрягах. По-русски он выучил всего несколько слов, но жена любезно согласилась быть переводчицей. Прочие тари смирились с ролью живой декорации. Для первого раза достаточно, а там видно будет. Но сперва Нойгеш должен был вклиниться в земные информационные сети. Может, тари придётся отложить своё выступление на несколько дней — если ситуация на Земле окажется сложнее, чем предполагалось.

«Вклинивание» прошло достаточно гладко: кодировка земных сигналов ничем не удивила опытного руннийского хакера. На виртуальном мониторе рубки пошли передачи CNN, BBC, Аль-Джазиры, европейских, российских, китайских агентств… Аня могла переводить с русского языка, да кое-как, через два слова на третье, понимала по-английски. Минут через пятнадцать её удивление достигло максимального градуса.

— Слушайте, или я совсем идиотка, или Земля ничего не знает о катэри, — сказала она. — Ни словечка!

— Но на Тарине были земляне, — не менее удивлённо сказал Нар-Тай.

— Значит, катэри присутствуют на Земле тайно, — подвёл итог Нойгеш. — Это в их характере — действовать из-за спины местного правительства, если прямое вторжение по каким-то причинам невозможно.

— Ага, — хмыкнула Аня. — А наши придурки на это повелись. Небось, эльфы им наобещали плюшек в виде технологий… Что будем делать?

— Планы не изменились, — твёрдо сказал глава тарийского посольства. — Время играет против нас. Как только мы сможем вести всепланетное вещание, немедленно вклиниваемся в трансляцию и передаём своё сообщение. После чего наблюдаем за реакцией землян и ждём приглашения на переговоры.

— «Ввяжемся, а там посмотрим», как говаривал Наполеон. Который Бонапарт. Любимый, как насчёт спутников связи?

— Те, что висят под нами, уже под моим контролем, — отозвался Нойгеш. — Даже если ваши правительства попытаются прервать трансляцию, отключить спутники они не смогут. Останется только отключать энергостанции, — хохотнул он. — Учтите, я буду записывать ваше обращение. Потом запущу его в компьютерную сеть Земли. Так что ведите себя прилично.

Тари поулыбались, но тут же, помня о важности момента, сделали серьёзные лица.

— На счёт «пять», — скомандовал Нойгеш. — Все по местам. Приготовились… Один, два, три, четыре, пять… Мы в эфире!

Да-Рэй выпрямилась в кресле, глядя на неяркую светящуюся точку — фокус виртуальной видеокамеры…