Елена Горелик – Имя твоё — человек (страница 82)

Заседание правительства официально считалось рядовым, но на деле… Одним словом, кризис. Как в экономике, так и в обществе. Власть, которая, казалось бы, гарантированно должна была достаться нынешнему премьеру, явно уплывала из рук. Причём, в руки, ещё более кривые и вороватые. «Эльф» не мешал, но и от помощи всячески увиливал. Кажется, его вполне устраивал неизбежный — с приходом к власти «оранжевых» — развал некогда великой страны. Оставалось плюнуть на инопланетянина и выкарабкиваться своими силами.

«В самом деле, хоть этому …недокоммунисту страну сдавай. И то больше толку будет. Чёрт… Ненавижу америкосов. Если им плохо, то всему миру должно быть ещё хуже. Не будь у нас ракет, уже давно бы пришли сюда менять нефть на демократию… А этот министр, прошу прощения, финансов — он что, не понимает, что ставку на доллар делать сейчас глупо? Ещё один вброс от китайцев — и Штаты накроет следующей волной кризиса. От кого он получает зарплату, спрашивается?.. Ладно, с ним вопрос решим чуть позже…»

Пока министр финансов докладывал о предполагаемых мерах стабилизации рубля, премьер обдумывал не только его возможную замену на более лояльную фигуру, но и о том, что делать на выборах. Сам бывший коммунист, он понимал, что верные ленинцы не упустят шанс вернуться к власти. Тем более, народ имел возможность сравнить преимущества и недостатки обеих систем, и сравнение это оказывалось не в пользу «демократии». Можно было заморочить головы молодёжи, выросшей после девяносто первого года, но с теми, кто мог сравнить прежнюю жизнь с нынешней, что прикажете делать? А ведь эти люди и есть главная надежда коммунистов. Дискредитация? Почти не работает, самим бы отмыться. Сделка? Уже «теплее», но всё равно не то. Предложить Западу какие-то дополнительные преференции? О, это они с радостью примут. Только на условиях полной капитуляции России… Одним словом, расклад у премьера был ещё тот. На поддержку «из-за бугра» рассчитывать не стоит: как только произносится волшебное слово «нефть», лидеры «цивилизованных стран» моментально забывают о своих прежних договорённостях и обещаниях. А тот, кто раньше был желанным гостем в любой столице, так же быстро превращается во врага рода человеческого.

Кажется, президент рассудил верно: любой ценой держаться за Россию. Другой вариант означает гибель.

Сделав министру финансов несколько едких замечаний, премьер хотел было передать слово министру внутренних дел, когда завибрировал мобильный. Этот номер знали немногие, и если уж кто-то решился побеспокоить премьера во время заседания кабмина, значит, случилось что-то …эдакое. Рука едва заметно дрогнула: звонил президент, лёгок на помине. Этот по пустякам беспокоить не станет.

— Прошу прощения, господа… Да, — премьер решил не афишировать перед министрами личность звонящего, ограничиваясь аморфными фразами. — Нет, я на заседании… Что?.. ЧТО?!!

Премьера редко видели таким побледневшим. Можно сказать, почти никогда. У министров дружно повытягивались лица, каждый тут же начал мысленно прикидывать, что могло стрястись и во что может вылиться конкретно для них. Но премьер, вместо того, чтобы подозвать своих доверенных людей и отдавать приказы, крикнул на весь кабинет:

— Кто-нибудь, включите телевизор! Скорее!

В каждом правительственном здании в обязательном порядке найдётся исполнительный «кто-нибудь». Большая плазменная панель, выключенная за временной ненадобностью, вспыхнула экраном, на котором появилась какая-то синюшная девица. Весьма симпатичная, надо сказать, вот только смертельно бледное лицо, тёмно-голубые губы и лёгкие синеватые тени вокруг глаз… Серебристый голосок, произносивший русские слова с заметным акцентом, вытеснил из кабинета все иные голоса. Трансляция явно началась не только что, самое начало было пропущено.

— …Тарина. Мы долго искали иных разумных, мы вэрили во встрэчу братьэв, раздэленных космичэскими расстояниями. Мы здэсь для того, чтобы помочь вам, чтобы научить вас новому и учиться самим, — бледнолицая девица склонила голову и снова выпрямилась. — Но эта встрэча не была бы рэальной бэз большой бэды. Дальшэ и большэ за мэня скажэт мой друг.

Фокус камеры сместился чуть правее… и у всех присутствующих в кабинете вырвался дружный вздох.

Человек. Женщина. Коротко стриженая и выглядевшая усталой. Но, чёрт подери, она, стоя, была сидящей в кресле бледной девице ростом по подбородок!

— Да-Рэй права, если бы не беда, этой встречи бы не было, — заговорила незнакомка, положив руку на плечо улыбнувшейся долговязой. Только сейчас все обратили внимание, что за их спинами маячат ещё несколько ненормально рослых фигур. — Для начала представлюсь по всей форме: Анна Сергеевна Нечай, гражданка Украины, уроженка города Днепропетровск, студентка ДГУ… наверное, уже бывшая. Зимой этого года меня похитили представители расы катэри. Да-Рэй была похищена ими с третьей планеты своей системы. Мы вместе бежали из плена и потом искали дорогу домой… В общем, это очень долгая история. Прибудем на Землю — расскажем. А пока тарийская делегация просит разрешения на посадку. Они прибыли с официальными полномочиями и намерены установить полноценный контакт между Землёй и Тариной. Я, как переводчик и консультант, готова сделать всё, чтобы этот контакт состоялся. И ещё… Если мои родные видят и слышат меня, пусть знают — я вернулась, я… скоро буду дома.

Она говорила по-русски совершенно чисто, если не считать малороссийского мягкого «г». Только голосок дрогнул, когда упомянула своих родных. Именно это, а не только габариты новых инопланетян, убедило его в том, что он имеет дело не с инсценировкой. Будь это проделкой Голливуда, пришельцы говорили бы по-английски и имели бы куда более экзотический вид. Благо латекс позволяет.

Новое смещение фокуса камеры — и вот уже перед ошарашенными людьми новый персонаж. Гуманоид. Рост чуть-чуть ниже среднего человеческого, жёлто-коричневая кожа, тонкие черты лица, связанные хвостиком длинные прямые волосы, совершенно чёрные, без белков, миндалевидные глаза и острые зубки потомка хищников. То, во что этот персонаж был одет, иначе как военной униформой не назовёшь. Да и каждым своим движением пришелец изобличал в себе воина. Этот говорил на своём языке, а давешняя женщина-консультант переводила. Он не сказал ничего неожиданного: представитель расы рунн, давно воюют с катэри, заключили с расой тари некое соглашение, готовы предложить Земле дружбу и взаимовыгодное сотрудничество. Это уже была вполне конкретная информация, но премьер думал сейчас о другом.

«Интересно, — подумал премьер, — где меня услышали, на небесах или в аду? Ведь это шанс, и какой! А эльф… Чёрт с ним, с эльфом, сам виноват».

— Мы будэм ждать отвэта, — снова заговорила долговязая девица в футуристическом кресле. — Судьба двух планэт зависит от того, что сэйчас скажут люди. До встрэчи!

Изображение подёрнулось рябью и сменилось синим прямоугольником холостого режима. Но ненадолго: медийщики быстро реагируют на разные неожиданности. На экране тут же появилась взволнованная дикторша.

— Вы только что видели прямое включение… — явная нестандартность ситуации сбила с толку даже эту профессиональную «говорящую голову». Дрожащие губки, бегающий взгляд, бледное личико, срывающийся голос. Изящная ручка тоже заметно дрожала, прижимая невидимый зрителям наушник. — Мне сейчас сообщают, что на каналах всех мировых агентств происходит то же самое… Трансляция велась через все спутники связи, на все страны и в Интернет. На русском языке! Если только это не шутка какого-нибудь сумасшедшего, то мы с вами только что стали свидетелями исторического события!..

Премьер не стал дослушивать сбивчивую речь дикторши. Ткнул кнопочку, дождался ответа.

— Ну, как тебе? — спросил президент.

— Мы должны встретиться, — сдержанно ответил премьер.

— А что делаем с …тем? Под замок?

— Разумеется. У меня к нему будет пара новых вопросов…

Новость всколыхнула человечество. Кто-то радовался, кто-то вещал о конце света, кто-то искал бункер поглубже, кто-то даже ничего не заметил, поглощённый своими заботами. Только в одном доме радость была безграничной и неподдельной. «Я вернулась. Я скоро буду дома». Каково было родителям, мысленно похоронившим дочь, услышать это?

«Ну и взгляд! Он меня сейчас аннигилирует, и скажет, что так и было».

Взгляд, которым Нойгеш одарил супругу после окончания передачи, действительно был весьма далёк от восхищённого. Опытный вояка ничего не сказал, но в присутствии тари и не требовалось сотрясать воздух: те прекрасно всё поняли.

— С нашей точки зрения Ань-Я поступила совершенно правильно, — заявила Да-Рэй, откинувшись на спинку тесноватого для неё кресла. — Для нас семья — это святое. Надеюсь для большинства людей и рунн тоже.

— Может быть, я и поторопился с выводами, но после такого заявления на У-Найте мои родные были бы тут же взяты под арест. Точнее, — Нойгеш криво усмехнулся, — под охрану. На Земле не так?

— Всё зависит от степени маразма властей, — сказала Аня, с виноватой улыбкой погладив мужа по руке. — Наши, конечно, те ещё штучки, но хватать моих родителей и орать: «Веди себя хорошо, а не то!..» — не станут. Скорее, приставят тайную «опеку» и будут следить. Не так уж и плохо, если хорошенько подумать.