Елена Гарда – Книга II. Дар светоходца. Враг Второй Ступени (страница 2)

– А ведьмы? – подал голос Марик Варивода, – они тоже уважаемые? И ведьмачи?..

– Вы о тех несчастных, которых сжигали церковники? Которых обвиняли на том основании, что поганая ведьма в реке ни за что не потонет, в отличие от честной селянки, которая непременно пойдёт ко дну?

– Да, и о них тоже…

Кай снова подивился своему ощущению. Соломея Медвяна, высокая и стройная, в малахитовом платье и маленькой рогатой короне, выглядела совершенной высеченной из камня богиней.

Магистр Силы взглянула на него, вскинув бровь, и тонкая улыбка изогнула её губы. Он никому не рассказывал о своём впечатлении ещё тогда, увидев Главу Академии на подиуме в День знаний. Ни с кем не делил своих мыслей, и Кай заподозрил, что в этот момент с кем-то всё же разделил.

К клёну начали подходить неофиты со всей поляны.

– Ведьминский дар замкнут на стихийных силах природы. Эти связующие вы освоите на занятиях с Магистром Практик, в числе других, более техногенных. Истоки ведьмачества, если хотите, так же произрастают из друидских культов. Эта сила чистая по определению. Однако в наших широтах друидство не прижилось, их кодексы на ведьм не распространились… Ведьмачество скатилось к чёрной славе.

Откуда-то издалека послышался барабанный бой. Магистр Соломея повернулась на звук – «кажется им всё-таки удалось откопать омелу»…

Все засмеялись.

Соломея продолжила.

– Кем по сути своей были ведьмачи и ведьмы? Малограмотные люди с развитой интуицией. Их конёк – Поиск. Самые сильные – ведьмы урождённые. У таких на загривках бывает шерсть как грива, и есть хвост. Лично мне за весь мой век таких встречать не приходилось. Чаще встречаются наследные ведьмы, их знания от деда-знахаря, от бабки-ведуньи, из чаркниг. Такая сила передавалась не каждому, потому вскоре за ведьмами закрепилась репутация обманщиц, бесовских приспешниц, злобных и опасных существ.

– Это так? – спросила девочка с фамилией Подликант.

– Иногда так. Но нет в мире белого или чёрного. Могу лишь сказать, что наша Академия в прошлые каденции приняла нескольких выходцев из старинных ведьмаческих династий. Из них получаются очень чуткие порядочные маги.

– А физика силы? У нас с ними одинаковая? – спросила Дана, девушка из пары близнецов.

Соломея Медвяна на секунду задумалась.

– Никто не задавался целью массово сертифицировать дар ведьм. Но я думаю, большинство из них раскрылись бы в Луче. Способность к Поиску у ведьм врождённая, это иная форма обращения к силе, не нашей, более опасной. Мы предпочитаем не присоединяться к эфирам посмертий…

На лице Марика внезапно отразилось сильное волнение. Он повернулся к Соломее, будто желая что-то сказать, но остановился. И без слов стало ясно – он страшно хочет, но не решается задать последний и самый опасный вопрос.

Кай подумал, высока вероятность получения ответа, подтверждающего самые скорбные его ожидания.

Хорунжий покосился на Марика Вариводу и без раздумий этот вопрос задал.

– Что будет, если присоединиться… к эфирам посмертий? – спросил он Соломею.

После некоторой паузы Магистр осторожно ответила:

– Я встречала магов, которые освоили эти техники, практикуя их на грани… в синтезе с нашей Магна Квартой. Это в некоторых случаях удесятеряет их мощь. Но магия на посмертиях – страшное отречение, увечье моральное. Практически переход на другую сторону.

– Это так опасно?

– Опасно обращаться к силе, которая имеет не разум, но собственную волю.

– А какую волю?

– Единственным желанием посмертий остаётся возвращение к жизни. Смерть, как правило, не есть выбор существа, это форма насилия над волей к жизни. Вступая в контакт с такой сущностью, маг должен быть убеждён в перевесе – по мощи, по численности, моральном. Вы же не хотите поменяться с ними местами?

Хорунжий не ответил, глядя на неё со странным выражением лица. Ещё более странным, чем до этого у Марика.

Остальные неофиты замерли в молчании. Соломея снова встретилась взглядом с Мариком Вариводой.

– Между добром и злом выбор делает не кровь и не хвост, а сам человек. Пока ещё можно что-то изменить. В этом главная разница – между не можешь и не хочешь… И в жизни, и в магии. И последнее, в ведьминских семьях остались по-настоящему очень действенные техники. И мы, академики как они нас величают, можем кое-чему у них поучиться. Есть сферы и вовсе нам неподвластные. Во всяком случае, чтобы снять крепкий ведьминский наговор, надо очень постараться. А в Поиске нам их никогда не догнать.

– Вот так! – вырвалось у Марика Вариводы с одновременным ударом кулаком по воздуху. Все оглянулись. Он выглядел счастливым, по его лицу было видно, что он полностью удовлетворён.

Кай окинул взглядом разгорячённые и очарованные новыми открытиями лица сокурсников.

– А что было с такими как мы, когда Академия не собиралась? Как они учились… магии… – сипло уточнил из-за его спины дед Егор.

Соломея на мгновение опустила взгляд, Каю показалось, что эта тема ей неприятна.

Но она ответила:

– Необученцы – материал сырой и податливый. Ими просто управлять, поскольку собственный дар их страшит и ими же отождествляется с червоточиной, изъяном, формой физического или морального уродства. Неоправленный техниками, необузданный их дар развивается своеобразно, непредсказуемо. Он может вырасти в неконтролируемую великую силу, а может затухнуть и истощиться вовсе. Вы могли догадаться, что ваш дар привлекателен для многих третьих сторон. Многих манит богатство, слава, власть, кому что. Здесь мы с Арбитрами Состояний даём вам щиты, насколько успеваем корректируем ваш путь.

– А кто эти третьи стороны? – спросил Кай.

Прекрасное лицо Магистра ещё больше омрачилось. Она вздохнула.

– По-разному, от весьма скучных магнатов с коммерческими интересами до сильнейших Гроссмейстеров с аппетитом к безраздельному могуществу. Силы некоторых почти безграничны. Есть и сторонники идей евгеники. Желание создать идеального носителя дара и множить ценные классы сертификации толкает их к экспериментам с репродуктивными технологиями…

– Евгеникой занимались нацисты… – голос Музы Павловны заметно дрожал. – В голове не укладывается, что и среди магов…

– Увы. Всплеск мы получили в последние триста лет. На всей территории Европы, и, конечно, у нас, поскольку наши юные маги оказались вовсе беззащитными. За ними охотились, их тайно тестировали. Создавались целые исследовательские фермы. Необученцы использовались в качестве «сырья» для выведения улучшенной магической породы. Эти опыты были осуждены Магистерием и Арбитражем, их операторы были изгнаны и лишены регалий. Мы не должны вмешиваться в то, что создано Обитающим в неприступном свете. Мы лишь следуем вверх по Золотой лестнице. Таков наш путь к совершенству.

Студенты молчали, переглядываясь.

– Надеюсь, что больше ни в чью в голову это не придёт, – пробормотал дед Егор.

Магистр застыла со скрещёнными на груди руками, и вид у неё был в высшей степени холодный.

– Плутарх, Платон, Аристотель – почти все великие умы увлекались идеей создания идеальных детей от совершенных матерей и отцов. Человечество упорно в своих заблуждениях. Но напомню непреложное правило – и вы даёте эту клятву первой – маг полностью разделяет взгляды Академии. Ваша сила – дар. Но ваше обучение – долг. Если вам не по пути с Академий, вам даётся право заявить отказ.

Соломея сделала многозначительную паузу.

Неофиты будто невзначай покосились на краснощёкого Марика. Тот не сразу заметил их взгляды и, поскольку не понимал причины, сконфуженно пощупал штаны сзади и зачем-то поправил воротник. Кай про себя усмехнулся – успокойся, Марик, хвост не выглядывает. Грива тоже.

…

Магистр окинула взглядом парк и аллеи поблизости, затем, направив указательный палец с длинным как стилет ногтем в небольшую ложбинку меж корней, послала туда фиолетовый луч. На том месте через несколько секунд закипел источник. Ещё через несколько секунд пробился цветок.

– Он прекрасен и неповторим, поскольку задуман Обитающим в неприступном свете. И не требует копирования! Займите деревья.

Студенты, переваривая информацию и нервически переглядываясь, разошлись каждый к своему дереву.

Кроме групповых занятий на живой природе, с Магистром Силы Соломеей Медвяной неофиты встречались также индивидуально, и расписание для каждого было своим. Эти занятия не были учёбой в обычном смысле слова, они были похожи на посещение мозгоправа или гипнотерапевта. И состояли в коррекции.

Что это означает, никто особенно не понимал, но в Ботсаду Соломея, упоминала о щитах, даваемых неофитам вместе с Арбитрами Состояний. Похоже на то.

Обычно Кай замечал на столе Магистра знакомый сундучок с картотекой, который впервые видел на собеседовании. Оттуда проректор Ю. Л. Небесный доставал их персональные таблички с высеченной эмблемой Золотой лестницы – серебристого цвета пластины размером с небольшую тетрадку. Соломея использовала ряд пирамидок из разных горных пород, некоторые были прозрачные, некоторые гладкие, какие-то – рифлёные. Эти пирамидки при перемещении издавали разные звуки.

Соломея что-то замеряла, усаживая неофита на стул к себе спиной. Каю очень хотелось обернуться и посмотреть, что они показывают, но Соломея менять положение запрещала, просто выполняла свои замеры и длинным, тонким как стилет ногтем ставила отметки на пластине с твоим именем.