Елена Фирстова – Дрэго (страница 6)

В следующий момент еще трое волков получили серебряным хвостом.

И тут среди бурых шкур мелькнуло серебряное пятнышко. Дракона оттолкнулась от земли, расправляя крылья в прыжке. Пятнышко снова появилось на загривке одного из бурых. Это был Дрэго. Лиара, не колеблясь ни секунды, схватила братика и взмыла. Зубастая челюсть захлопнулась в сантиметре от ее хвоста.

– Здесь есть кто-нибудь кроме волков? – спросила дракона.

– Да! Пусти меня! Их надо спасти! – крикнул Дрэго и уперся передними лапками в кулак сестры, но та держала крепко, хоть и бережно.

– Плохо. Сиди тихо!

Дракона полетела вдоль берега. Она скользила так низко, что волки последовали за ней.

– Проклятье, – отозвался дракончик, но больше не пытался освободиться.

Он убрал меч и стал наблюдать за происходящим. Бурые преследователи бежали по скалам. Некоторые, увлекшись, поскальзывались и падали в море с высоты десятков метров.

Лиара отлетела на километр от деревни, развернулась и, убедившись, что твари покинули поселение людей, понеслась на них, изрыгая струю пламени. Стая не ожидала такой атаки. Первые сгорели. Следовавшие за ними завертелись и кубарем покатились по земле, пытаясь сбить пламя. И все же несколько хищников уцелело. Они бросились бежать и быстро скрылись в лесу. Преследовать их сил не было. Лиара села в сотне метров от деревни.

– Достали… – прошипела она и коротко и прицельно дважды плюнула огнем в оставшихся смельчаков.

Больше желающих отведать драконьей плоти не осталось. Разжав пальцы, Лиара бережно опустила братика на траву.

– Ты как? – спросила она, видя кровь.

– Ранен, но не смертельно. Прокушено крыло и задняя лапа.

– Надеюсь, они не ядовиты. Что будем делать теперь?

– Надо вернуться в деревню. Она обитаема. Думаю, что тебе можно быть драконом.

– Ну не знаю… тебя донести?

Лиара обратилась в девушку и собралась было взять дракончика. Но он выставил вперед лапку.

– Я сам дойду. Лучше помоги мне перевязать крыло.

Дрэго снял рюкзачки и достал из правого порошок и бинт. Присыпав раны на задней лапке, он ловко забинтовал ее. Затем подставил крыло сестре. Ей пришлось повозиться, так как раньше она никогда ничего подобного не делала.

Когда Лиара закончила, дракончик убрал остатки инвентаря на место, надел рюкзачки и, прихрамывая, пошел вперед.

В деревне кипела работа. Мужчины стаскивали трупы хищников за околицу, а женщины носили дрова для погребального костра. Дети бегали среди взрослых, выполняя нехитрые поручения. Все жители выглядели как самые обыкновенные люди, загорелые с темными кудрявыми волосами и немного грубым говором. Женщины в длинных платьях из небеленой ткани, мужчины в свободных рубахах и темных шароварах.

До Дрэго долетали слова «дракон», «девушка», «спасены». Услышав их, он зашагал увереннее. Лиара, наоборот, приотстала. Она наблюдала за жителями и вслушивалась в их голоса. Заметив дракончика, люди с радостными криками подбежали к нему и окружили.

– Ты спас нас сегодня! – произнес коренастый мужчина, в чьей бороде черноты было поровну с сединой, а правую руку пересекал шрам от локтя до кисти.

– Не я, – ответил Дрэго, обернувшись и ища взглядом сестренку, – а Лиара.

Сквозь собравшихся дракончик не мог увидеть спутницу. Однако многие жители успели приметить незнакомку. Она сидела на валуне в нескольких метрах от крайнего дома. Вид у нее был странный, даже отвратительный. Плотные брюки из неизвестной ткани, словно вторая кожа обтягивали ноги, а верх прикрывала тонкая нательная рубашка. Голые светлые руки торчали словно ветки березы.

– Она же человек! – возразила женщина, в чьи косы была вплетена нить синего жемчуга. – Мы видели дракона в небе.

– Да, – ответил Дрэго, – но это именно она.

– Но как… – начала женщина.

Она смотрела с подозрением, словно мать на сына-врунишку. Ее перебил коренастый мужчина, который заговорил первым.

– Спасибо вам за спасение. Чем мы можем отплатить?

– Не знаю. Разве что накормить.

– Что ж, пойдемте! – мужчина повеселел. – Меня зовут Мил. Я староста деревни.

Мил повел спасителей в самый большой дом. Первый этаж был сложен из неотесанных камней, а над ним возвышался сруб из потемневшего дерева. Окна с белыми ставнями и наличниками в красном переплете смотрелись празднично. На двери висел охранный знак в виде рыбы-солнца. Широкое светлое деревянное крыльцо со свежими царапинами чуть скрипнуло под ногами хозяина.

– Заходите! – сказал Мил, толкая выщербленную ветрами резную дверь.

Лиара не торопилась переступать порог. Она рассматривала окружение. Слева от крыльца начинался сарай или скотный двор, на воротах и стене которого сушились сети. Справа в бочке стояла мутная вода. Скорее всего, дождевая.

Из дома пахло копченой рыбой, хлебом и коровой. В коридоре висели упряжь, снасти и какие-то неизвестные инструменты. Ветер качал деревья, сквозь которые просвечивало солнце, а по чистым половикам на ступеньках прыгали световые пятнышки, от которых стало по-летнему тепло и уютно.

– Волки могут вернуться, – произнесла Лиара, заходя в дом и разуваясь. – Мы лишь поджарили одну стаю, но я видела их гораздо больше, правда, на севере.

– Тогда нужно побыть здесь какое-то время. Я не хочу оставлять всех в беде, – отозвался Дрэго, перебираясь через высокий порог.

– Дела в дверях не обсуждают. Поговорим после обеда, – произнес Мил и пошел в избу.

От его шагов скрипнули половицы.

– Как скажете, – пробормотала Лиара.

– Эх, надо отдохнуть, хозяин прав.

– Наверное.

«Как можно говорить об отдыхе в такой день? – подумала бывшая тень, поднимаясь по ступенькам. – Что, если это мы привели сюда хищников? Может, стоило дать бой раньше?»

Вместе с сестрой Дрэго зашел в комнату. Он выбрал широкий табурет из обточенного морем темного дерева и забрался на него. Это далось с трудом, ибо задняя лапка болела, а крыло не позволяло взлететь. Зато теперь дракончик никому не мешал и чувствовал себя в безопасности от быстро перемещающихся ног.

На соседний табурет села девочка, та самая, что первая заметила дракончика. Щеки ее горели, а в темных глазах светились лукавые искорки. Она что-то хотела сказать, но сорвалась с места и побежала к матери, которая ловко ворочала горшки в печи. Еще одна дочь, легкая и быстрая, расставляла миски и чашки. Под светлым платьем скрывались пышная грудь и широкие бедра. Из косы выбилось несколько прядок кудрявых темно-русых волос. Карие глаза и нос были точь-в-точь как у Мила. Она тоже поглядывала на дракончика с любопытством и молчала.

Лиара подошла к братику, наклонилась и прошептала:

– Потерпи до ночи. Когда все улягутся, я займусь твоими ранами, если позволишь.

– Хорошо…

Лиара заняла место на лавке и вскоре обнаружила перед собой на столе тарелку с какими-то моллюсками и водорослями. Довершала блюдо горстка томленых в печи овощей, похожих на капусту со свеклой. Несмотря на странный вид, еда оказалась сытной и вкусной.

После обеда гостям показали свободные комнаты. Дрэго досталась на втором этаже. Под крышей потолок был низким, и всем, кроме девочки и дракончика, приходилось пригибаться. Зато от печной трубы веяло теплом, а развешанные около нее травы вкусно пахли лугом. Лиаре же выделили закуток около кухни. За широкой дверью оказались лишь кровать, небольшой сундук, окованный железом, и окно.

– Здесь раньше жил мой брат, – сказала Лара, старшая дочь старосты.

– А где он сейчас? – поинтересовалась Лиара.

– Ушел, – грустно отозвалась девушка, словно он покинул их навсегда. – Так что ты можешь смело располагаться здесь.

– Спасибо.

Оставшись одна, Лиара растянулась на кровати и сразу уснула. Когда она открыла глаза, то не могла понять, где находится. Тьма была густой и почти живой. А маленький огонек боязливо жался к ладони, словно боялся этой черноты.

Лиара прислушалась. В соседней комнате кто-то храпел и посвистывал. Вдали, за закрытым ставнем окном, шумел океан да перешептывалась листва.

Время шло к полуночи. Дрэго все еще бодрствовал. Маленькая для людей комната казалась дракончику просторной и уютной.

Сняв с себя рюкзачки и меч, он дремал. Укушенные лапа и крыло ныли и не давали уснуть крепко. Переворачиваясь, он тихо постанывал.

Хозяева давно покинули кухню. С тех пор голоса смолкли. В тишине время тянулось бесконечно долго. Скрип ступеней заставил дракончика приободриться. Дрэго узнал Лиару по шагам, а потом увидел ее лицо, освещенное огоньком, словно от свечки. Только никакой свечки не было. Пламя колыхалось над ладошкой, а иногда стелилось по ней от резкого движения. В другой руке девушка несла кувшин.

– Как твоя лапка? Разреши мне осмотреть ее.

– Побаливает. Надеюсь, скоро пройдет, а то так и не усну.

Лиара села на пол и тихонько запела. Пальцами она осторожно взяла больную лапку, размотала бинты и промыла раны принесенной водой. Потом принялась за крыло.

Мелодия и голос обволакивали как колыбельная, заставляли следовать за ними, утешая и обнадеживая. Тепло рук успокоило боль. Через несколько минут, преодолев сладкое наваждение, Дрэго приподнял голову и обнаружил, что раны затянулись. Лиара же достала масло и мягко втирала его в свежие шрамы, окончательно унимая боль. Запах лесных ягод и мяты распространился по комнате.

Когда девушка закончила петь, Дрэго прошептал: