Елена Фили – Детектив в ритме кастаньет. 23 детектива в испанском стиле от участников курса Елены Бриолле «Секреты испанского детектива: страсти и приключения» (страница 15)
– А вторая карта? Которая означает потерю или предательство близкого человека, обман и преследование. Откуда взялась? – Никита посмотрел на Татьяну.
Она покачала головой.
– С пятью мечами? Мы когда чай сели пить, она уже там лежала. Фаина, похоже, только начала расклад…
«Но не закончила, – подумал Никита, – иначе увидела бы там свою близкую смерть».
Ирина Соляная.
ЧЁРНЫЙ МОНАХ
– Теперь наш проект закроют из соображений безопасности, – протянул Борис Антонович.
Глава администрации барабанил пальцами по подоконнику и задумчиво глядел в одну точку. Сморщенный на его спине пиджак, казалось, тоже горевал.
– Как нелепо вышло! – попыталась успокоить шефа Лиля. – Этот Кузнецов снял каску, чтобы селфи сделать. А ведь мы всех предупредили, что в пещере нельзя находиться без средств защиты. Надо же ему было упасть и удариться головой прямо о выступ!
Шеф вернулся за рабочий стол, сел в кресло и открыл блокнот. Он пробормотал что-то под нос, Лиля только и разобрала: «Был бы обычный человек, а то чиновник из областного департамента. Теперь следствие будет, журналисты понаедут, телевидение». От этих слов девушку покоробило. Столько шумихи подняли из-за того, что пострадала важная шишка? Лиля открыла галерею фото на смартфоне и посмотрела на свежую фотографию, сделанную у входа в пещеру: все в тёмных осенних куртках, одинаковых оранжевых касках. Пятеро безликих сотрудников областного департамента во главе с Кузнецовым. И по бокам два красных пятна – экскурсоводы Лиля и Виктор Афанасьевич в одинаковых куртках со светящимися в темноте полосками и таких же красных касках. Все улыбаются.
Она видела, что у главы больше нет к ней вопросов, но Борис Антонович что-то отмечал в блокноте, перелистывал страницы. Наконец он оторвался от своего занятия и кивнул на стул. Лиля села.
– Давай опять. Кто, что, где и когда.
– Уф, – выдохнула Лиля, – я уже и следователю говорила, и дьякону Буркину, и маме по телефону… И вам.
– Дьякон там опять был? – вскинулся Борис Антонович, – нёс свою околесицу про осквернение пещерного храма?
– Ну… – замялась Лиля, – было дело. Он даже отстал от группы и сам ходил по пещере. А потом тело помогал выносить.
Шеф постучал по столу карандашом.
– Нас было всего пятеро, не считая Буркина, – с ноткой раздражения в голосе начала Лилия, – Кузнецов, конечно, вёл себя как звезда экрана. Много шутил, делал бесконечные селфи на каждом разветвлении. Фотографировал все наскальные надписи, особенно потолочные. Вёл себя развязно, но потом я поняла почему. Он и наш экскурсовод Виктор Афанасьевич знали друг друга с давних лет. Вроде бы как обрадовались встрече.
– Вроде бы? – зацепился глава за реплику и пытливо взглянул на Лилю. – Кузнецов к нам приехал проект согласовывать по восстановлению комплекса. Почему Виктор промолчал, что знает его?
– Да этого Кузнецова кто не знает? Разве что Хосе Дукес.
Борис Анатольевич хлопнул по столу ладонью.
– При чём тут этот скандальный испанец?
– А разве я не сказала? Он в экскурсии не участвовал, но успел поссориться с нами. Очень возмущался, что мы шумим и создаём его драгоценным подковоносам невыносимые условия для зимовки.
Борис Антонович сжал губы скобкой и покачал головой из стороны в сторону.
– А не мог этот Дукес толкнуть Кузнецова?
– Нет, – улыбнулась Лиля, – хотя он за своих летучих мышей горой стоит.
Борис Антонович обвёл глазами кабинет и уставился на Лилю. Казалось, он нашёл виноватую во всём случившемся.
– Ну, теперь не только по области разнесётся весть! И в Испанию долетит!
Шеф уже накрутил себя и с каждым словом повышал тон:
– Я же сказал, что никого посторонних быть на осмотре не должно! Это не простая экскурсия… Чёрт бы вас побрал, и Виктора Афанасьевича в первую очередь!
Лиля выскочила из кабинета и закрыла за собой дверь. Она бросила испуганный взгляд на секретаршу. А та сделала круглые глаза и постучала по лбу кулачком, точно показывала, что у Лили в голове опасная пустота.
– Уволю к чёртовой матери! – кричал глава за закрытой дверью.
Эхо неслось по коридору за Лилей, которая не понимала от волнения, в какую сторону ей бежать. Ах да, на третий этаж. За свой стол в отдел культуры и туризма. Но зачем? Чтобы пересказывать всё случившееся начальнице отдела? Девушка предпочла выскочить на улицу. Она пересекла площадь и зашла в кофейню, где хихикали девчонки, вооружённые против вечного школьного голода круассанами и тыквенным латте.
– Мне как обычно.
Девушка приложила карточку к терминалу.
Толстая продавщица заговорщически подмигнула, протягивая кофейный стаканчик с крышечкой:
– А что, правда, что сегодня в нашей пещере какого-то туриста Чёрный Монах клюкой по голове огрел?
– Сплетни! – помотала головой Лиля и отпила немного кофе.
– Прямо там, сплетни! – возмутилась продавщица. – Я в шестой школе училась, так у нас в шестьдесят втором водопровод тянули по двору, так трактор в яму провалился.
– Какой трактор, какая яма, какая пещера! – прервала её Лиля и закатила глаза. – Тётя Зоя, это же просто чушь!
– А ты послушай. Это была часть засыпанного хода от нашей Воскресенской церкви к пещерному храму. И там нашли огроменный клад! Кэгэбэшники приехали, двор оцепили, всех детей домой отправили. А ночью пришёл Черный Монах и клюкой убил охранника, а клад забрал.
Школьницы навострили ушки и придвинулись к кассе.
– Бред, – отрезала Лиля.
– Моя бабушка тоже рассказывала, – вступилась незнакомая старшеклассница. – Чёрный Монах каждого убьёт, кто посягнёт на меловой храм. Нельзя сокровища пещеры трогать, нельзя раскопки вести. Потому третий ярус и обвалился.
– Тоже Чёрный Монах виноват? – усмехнулась Лиля и вышла из кофейни.
Она двинулась на стоянку, где был припаркован её слабо пыхтящий «фордик». Ей хотелось поговорить с кем-то здравомыслящим, а кроме дьякона Буркина Лиле на ум никто не приходил. Что-то неясно мучило и тревожило её. Служба в Воскресенском храме закончилась, но Буркин часто допоздна оставался на подворье. Он не гнушался взять метлу и убрать двор, подрезать розы, прополоть клумбы. И хотя при храме хватало помощников, Буркин не торопился домой, где его ждала располневшая жена и орава детишек. Буркин встретил Лилю насторожённо.
– Борис Антонович тебя прислал? – спросил он и кивнул сам себе.
– Нет. Гнетёт что-то, – призналась Лиля.
– Пойдём чай пить. Он и хвори прогоняет, и сердце успокаивает, – без улыбки сказал Буркин и без всякой логики спросил: – У следователя была?
– Была. Он услыхал про легенду о Чёрном Монахе и теперь допытывается, мог ли кто-то по голове Кузнецова огреть.
Буркин завёл Лилю в небольшой домик, где располагалась православная читальня. Там без присмотра закипал чайник. Уютно пахло цветущей геранью.
– Из чёрных монахов в пещере только я и был, – вздохнул Буркин, – вот и подозреваемый готов.
– Шутки у вас… – поёжилась Лиля и оглянулась.
На столике у окна лежали сушки, посыпанные маком, домашние пирожки, надломленные посередине. Может, кто-то искал с повидлом, а нашёл с капустой и есть не стал?
– Вижу, вижу, что расстроилась ты, – вздохнул Буркин, – но я тебя утешу. Кузнецов не собирался подписывать вам проект финансирования. Когда мы тело несли в машину, ваш экскурсовод подобрал папку. А в ней докладная была, что так, мол, и так… Не представляет исторической и культурной ценности, туристический потенциал минимальный.
– Вы сами это прочитали? – удивилась Лиля.
– Прочитал. И потом следователю отдал папку. Там было толстое экономико-правовое обоснование. Листать его мне было некогда. Но подпись нашего главы и слово «ознакомлен» я рассмотрел.
Буркин поверх чашки посмотрел на девушку, он явно наслаждался эффектом, который был произведён его словами.
– А Борис Анатольевич рассчитывал, что первый транш будет миллионов девяносто… – усмехнулась Лиля, – получается, он знал про папку. И мне не сказал.
– За такую папку могли и убить, – впервые улыбнулся Буркин.
«Вот так успокоил! – думала Лиля, грустно качая головой и машинально давя на тормоз возле пешеходного перехода, – но если глава всё знал и Кузнецова убили, то папка пропала бы в первую очередь. Но чиновника не убили, он упал сам. Я же видела. И папка лежала рядом. Фу, какая ерунда в голову лезет! Чтобы наш Борис Анатольевич замыслил устранение человека, да ещё таким экзотическим способом? В жизни не поверю!»
Но жучок сомнения остался, и расстроенная Лиля весь вечер не находила себе места. Она несколько раз проверила рабочий чат, но глава ничего туда не написал и угроз об увольнении не повторил. Девушка устроилась на диване под пледом с «Легендой Донских пещер». Эта книга давно была выучена наизусть, хотя об их родной меловой пещере автор написал всего две главы. Лиля собирала материал, чтобы отправить его составителю сборника для последующего переиздания. Фактов накопилось немало, но как их структурировать, Лиля пока не знала. А ещё она хотела работать не девочкой на побегушках, а экскурсоводом. Но ей доверяли водить только группы школьников, которым нравились весёлые байки о тайных кладах и их искателях, мистические истории о первых пещерокопателях и Чёрном Монахе. Группы туристов, иностранных спелеологов поручали Виктору Афанасьевичу. Он заученно бубнил одно и то же, не заботясь о том, что кто-то слушает его рассказ уже не в первый раз. Но её коллега работал в отделе культуры всю жизнь, а вчерашняя студентка истфака Лиля – без году неделя. К тому же отец устроил её на работу по знакомству с главой, и авторитета девушка пока себе не заработала. Потому-то Лиля усердно занималась краеведением, копила материал для сборника и вела страницу в социальной сети о меловой пещере как будущем туристическом комплексе. Девушке казалось, что её усилия не пропадут даром, а будут замечены главой и когда-то он поощрит её если не повышением до экскурсовода, то хотя бы доверит замещать Виктора Афанасьевича.