Елена Федина – Сердце Малого Льва (страница 169)

— Вы куда? В лес? Можно я с вами?

Элгира покачала головой.

— Нельзя, — сказал Ричард, — иди тренируйся.

Они прошли через всю деревню, по пыльной дороге, ведущей в княжескую столицу, через зеленое цветущее поле, через реку по узкому навесному мостику. Лес начался с кустарника и быстро перешел в сосновый бор. На залитых солнцем лужайках краснели меж зеленых резных листочков спелые ягоды, стрекотали кузнечики, гудели шмели, стучал дятел.

Наверно, это называлось раем.

— Спасибо, что вытащила меня, — сказал Ричард, присев на мягкую траву, — мне давно этого не хватало.

— Я знаю, — взглянула на него лесная ведьма, — тебе плохо.

— В жизни не чувствовал себя таким беспомощным, — признался он, раз уж она всё равно читала мысли, — я даже на чудо не могу надеяться.

Элгира подсела ближе, в ладони ее была земляника.

— Ты не спал всю ночь. Я знаю. Ты думаешь о красивой зеленоглазой женщине, которая тебя не любит. Мне это странно. Если б я не ждала своего мужа, я выбрала бы только тебя. А я вижу всех насквозь.

Ричард даже смутился от такой откровенности, не говоря о том, что он удивился.

— Разве ты не видишь, что я стар и ленив? — усмехнулся он.

— Ты болен, — сказала она, — душа твоя больна. Наш лес залечит эту рану.

— А давно ты ждешь своего мужа? — спросил он, меняя тему: обсуждать свою «рану» ему как-то не хотелось.

Ответ его изумил.

— Триста лет.

— Триста лет?!

— Да. Он не вернулся с охоты.

— И ты всё еще его ждешь?!

— Конечно.

— Васки живут так долго?

— Не все. Я не хочу умирать, пока не дождусь своего Паэлло.

Звучало всё это фантастически.

— Что значит, «не хочу»? — спросил он.

— Можно задержать старость, — спокойно сказала Элгира, — протягивая ему ягоды на ладони, — можно сохранить молодость. Но не все этого хотят, и не все этого достойны. Ключ Термиры горяч, он сжигает зло. Если зла в тебе слишком много, можно сгореть дотла. Он жизнь, но он и смерть.

— Интересно…

Ричард наклонился и съел у нее с ладони землянику. Как малое дитя. Он никогда еще не встречал такой женщины, такой светлой, такой мудрой, такой странной. И уж, конечно, сильной. Триста лет прождать своего охотника!

— Многие боятся Термиры, — сказала она, — и правильно делают. Да я никогда и не скажу им, где ключ.

— А мне? — поднял он лицо.

— Я тебя туда и веду, — улыбнулась ведьма.

Странно всё это было, как во сне.

— Считаешь, я достоин?

— Кто же, если не ты?

— Эх, Элгира! — вздохнул он с безнадежностью, — во мне столько зла!

— Это не то зло, — покачала она головой.

— Что ж, посмотрим. Терять мне всё равно нечего.

Они отдохнули и отправились дальше. Тропинки не было, Элгира уверенно находила дорогу среди деревьев, холмиков, топей и огромных мшистых камней, а он давно уже заблудился. Совсем заблудился: и в пространстве, и во времени, и в своих чувствах.

Только к полудню они пришли к лесному озеру, маленькому, прозрачному, гладкому как зеркало.

— Ключ не здесь, — улыбнулась ведьма, — он там, в камнях. Здесь ты искупайся, чтобы отдаться Термире чистым.

Жара была страшная. Ричард давно уже взмок в своих термостатных штанах и ботинках, рубашка к телу просто прилипла. Вода манила своей чистотой и прохладой. Чем-то вся эта сказочная страна напоминала родную Лесовию. Она и правда залечивала раны.

Он разделся и нырнул с крутого каменистого берега. Элгира тоже разделась и зашла в воду по пологому песчаному склону. Вышли они вместе.

— Идем, — она взяла его за руку, — всё будет хорошо.

Как послушное дитя, он двинулся за ней. В этом было что-то первобытное — бродить такими беззащитно-голыми по лесной чаще, а если еще учесть, что это не твоя планета и не твое время, то вообще пропадало чувство реальности. Где-то стоял в неподвижности его Эдгар, где-то его дочь страдала в лапах захватчиков, где-то наверняка домогались к его жене, а мальчишка-внук остался один за всех… а он преспокойно гулял по солнечному лесу!

Камни лежали будто нарочно, чтобы скрыть от всех волшебный источник. Он был в ширину не больше лужи и не глубокий. От воды шел пар. Элгира окунулась первая, нырнула с головой, но потом встала. Ей было по плечи. Ричард присел на край. Он вдруг подумал, а стоит ли? Зачем ему всё это нужно? Зачем какая-то молодость?

Дело было не в страхе, дело было в смысле. До сих пор ему было просто интересно, он шел как под гипнозом, зачарованный этим лесом, этим солнечным светом сквозь кроны, этим озером, этой женщиной из древних поверий… но были ли у него силы бесконечно тянуть лямку этой жизни? Неужели ему придется вновь помолодеть и всё начать сначала в этом чужом, первобытном мире?

— Ты уже пришел, — сказала она, отвечая на его мысли, — ты дошел, Ричард Серый Коготь.

Твой путь пролег сюда. Не мы определяем свою дорогу, это нам только кажется. На самом деле нас ведет судьба.

— Ну и виражи она закладывает, — усмехнулся он, но это образное выражение лесная женщина вряд ли поняла.

— Иди, — уже строго сказала она, — не искушай судьбу. И не дразни Термиру.

Ричард медленно окунулся в горячую воду источника. Вокруг вздымались глыбы серых камней, над ними простирались лапы сосен, а над головой сияло голубое небо. Где-то высоко-высоко кружили ласточки. «А почему бы, действительно, еще не пожить?» — подумал он, раскидывая руки и как будто впитывая в себя всю эту красоту, — «Небо всегда будет небом, и птицы будут летать в нем, и сосны — рваться в высь, и мхи — облеплять ленивые камни, и дятел будет стучать по стволам в звенящей тишине… и немало еще дел в этом прекрасном мире может быть у черного тигра, даже если Зела его и не любит».

Он окунулся с головой и пробыл под водой очень долго, сколько мог. Потом наслаждался дыханием, хватая ртом воздух. Элгира приблизилась и погладила его мокрые волосы.

— Скоро твоей седины не будет. Моей тоже.

Морщинки на лице ее разгладились, зеленовато-желтые глаза сияли. По вытекающей логике вещей он привлек ее к себе и слился с ней губами. Всё получалось как-то само собой, стремительно и естественно, словно и правда судьба уже выложила тропинку.

От прилива сил кружилась голова. Они лежали на цветущей опушке, на мягкой траве, под шелестящими кронами, под теплым летним небом… Грэф и не подозревал, какой рай он уготовил своим врагам!

Элгира была горяча и ласкова, озноб пробегал по коже от травянистого запаха ее мокрых волос, Ричарду было хорошо с ней и очень легко, но он привык совсем к другой женщине, и второй такой не было на свете. Зела была одна. Ему не хватало ее ослепительной красоты, ее бездонных глаз, нежной мягкости ее изумительного тела, его плавных линий, по которым с наслаждением скользит рука, его податливой гибкости, его полного соответствия ему.

Лесная ведьма была худенькая, незнакомая, неожиданная, где-то медлительная, где-то чересчур торопливая. Она была другая. А в целом всё прошло нормально, как у нормальных мужчины и женщины, оторванных от всего, когда на помощь им приходит вся красота природы. В какие-то мгновенья он был даже счастлив.

Где-то далеко, на берегу озера остались их вещи, а они всё лежали на траве беззаботно и беспечно. Элгира сплела венок из анютиных глазок и лютиков и надела себе на голову. Она была совсем как юная девушка в эту минуту. То ли счастье ее так украсило, то ли волшебный источник.

— Я думала, что я ждала мужа, — улыбнулась она, — оказалось, что я ждала тебя. Я триста лет ждала тебя, Ричард Серый Коготь. Я сразу тебя узнала.

— Я могу уйти, — предупредил он, — у судьбы крутые повороты.

— Это уже не важно, — глаза ее по-прежнему сияли, — ты пришел! Ты лучше всех! И ты был со мной.

— Ты странная, — сказал он, гладя ее плечо.

— Я древняя, — вздохнула она, — и всё понимаю.

— А я уже перестал что-то понимать, — усмехнулся он.

Элгира наклонилась и коснулась губами его груди.

— Ты великолепный черный тигр, Ричард. От тебя хорошо рожать детей, которые будут похожи на тебя.