Елена Федина – Сердце Малого Льва (страница 163)

— Дура, — вздохнула Кантина, — сейчас не время ломаться. И ни одного Прыгуна на планете, чтобы защитить нас…

И в этом она была права. Никакой защиты у них не было.

— Господи, какая мразь! — в повисшей тишине схватилась за голову Ингерда, — неужели через всё это придется пройти?!

Она не могла не заметить, как жадно уставился на нее этот Улпард, объявивший себя царем Аркемера, Плобла и Пьеллы. Гордые землянки не знали, что такое насилие или просто безысходность. Они выросли в мире, где у женщин равные права с мужчинами, и не привыкли приспосабливаться. Все происходящее просто не укладывалось в их умных, красивых головках. Зела с Кантиной понимали друг друга лучше. Они-то видели всё…

— Кошмар какой-то, — обречено сказала Миранда, — неужели мы никогда не проснемся от этого бредового сна?

Анастелла всхлипывала. Всегда выдержанная Флоренсия сидела с совершенно серым лицом, Кантина нервно теребила свои браслеты, Ингерда стискивала виски…

В это время по комнате словно пронесся ветер. В тот же миг посреди ковра образовался запыхавшийся Герц. Сначала все женщины онемели от неожиданности, никто просто не мог его узнать. Зеле показалось, что это юный Леций стоит перед ними в молодежно- студенческом одеянии — простой белой водолазке и черных джинсах. Она даже ахнула.

— Вот вы где! — обрадовался гость, — ну слава богу! Все в сборе? Даже Канти?.. Это хорошо… мам, ты как?

Ингерда смотрела с изумлением, голос-то она узнала, но всё остальное!

— Ты что, мам? Это же я!

— Герц? — как при наваждении она помотала головой, — это ты?!

— Да я это, я, — внук усмехнулся озираясь, — правда, сам себя не узнаю… стены что ли грохнуть, чтобы вы поверили?

— О, господи, ты живой!

Ингерда вскочила и бросилась к нему.

— Рыжий! Ты! — визгнула Анастелла от радости и тоже повисла на нем.

За ней вскочила Миранда. Зела и сама была готова к нему кинуться. Любой из Прыгунов мог стать спасением, даже этот сумасбродный мальчишка.

— Спокойно, девочки, спокойно! — сказал он высвобождаясь, — сначала я всех вас вытащу, потом будем целоваться.

— Сыночек! — Ингерда тем не менее целовала его во все доступные места, — мальчик мой… как же ты? Откуда ты? Где ты был?

— Мамочка, — все-таки отстранился он, — ты же знаешь, что я разгильдяй и пьяница. И управы на меня нет. Я проспал эксперимент.

— Слава богу!

— Вот уж точно! Повезло как идиоту.

Зела с удивлением смотрела, как он изменился. Дерзкий мальчишка всё еще сидел у него внутри, но в отсутствие других мужчин ему срочно пришлось стать взрослым. Этот разгильдяй и пьяница был их единственной защитой и последней надеждой.

— А что с нашими мужьями, ты не знаешь? — спросила Миранда, — говорят, установка просто исчезла?

— Говорят, — кивнул Герц, — постараюсь это выяснить потом. Сначала надо вас вытащить, — он почему-то взглянул на Зелу, — кто первый?

— Не спеши, — громко сказала Кантина, все обернулись к ней, — послушай умную женщину: если ты нас сейчас вытащишь, то потеряешь всё остальное. Пока мы здесь, мы можем что-то узнать и предпринять. И о твоем спасении Рой не подозревает. Ты что, хочешь так сразу засветиться?

— Но я же не могу допустить… — возмущенно двинулся к ней Герц.

— Придется допустить! — жестко перебила она его, — мы тут не в игры играем! Придется научиться терпеть и смиряться, наследник, а не только взрывать стены. Это легче всего!

— Она права, — погладила сына по плечу Ингерда, — тебе лучше затаиться на время и хорошенько всё разузнать. У нас слишком сложная задача: спасти Эдгара, освободить планету, и если Прыгуны живы — спасти их. Ради этого стоит потерпеть, сынок.

Лицо у Герца нервно подергивалось, прекрасное, юное личико с нежным румянцем и голубыми глазами. Зела понимала, как ему сейчас трудно. Терпеть наследник не умел вообще.

— Ладно, — покривился он, — прикинусь мальчиком из обслуги. Мне надо быть с вами во дворце. Мало ли что.

— А другие слуги тебя не выдадут? — спросила Ингерда.

— Они? — Герц посмотрел на нее насмешливо, — меня?! Да ты что!

— Это правда, — согласилась она со вздохом, — все вампиры тебя обожают.

За дверью снова послышались шаги и голоса. Они явно приближались. Но теперь это уже не так пугало. Герц быстро подошел к Зеле, она заметила, как горят его глаза.

— Ты только ничего не бойся, поняла? Я буду рядом. Этот гад тебя получит только через мой труп! А я пока живой! И сам тебя люблю!

— Иди, — грустно улыбнулась она и погладила его по розовой щеке, — надеюсь, вам не придется с ним драться.

5

Лучше всего было затеряться на кухне. Повара готовили пир для победителей, остальные слуги крутились поблизости. Герц тут же был облеплен со всех сторон, как только появился.

— Тише вы, кровососы! — улыбнулся он, — дайте сначала что-нибудь заглотить, три дня ничего не ел.

— Господин жив! Господин цел! Господин с нами! — искренне радовались все и суетились вокруг него.

Эта радость немого отогрела его сердце.

— Меня тут нет, понятно? — предупредил он, подкрепляясь тарелкой супа и чувствуя, что они тоже от него подкрепляются, — не вздумайте проболтаться этим дикарям! Теперь я такой же как вы… эй, Флигги, убирай свои присоски и принеси мне форму.

— Простите, господин, — смутился Флигги.

Герц быстро восстановился. В кладовке для круп и консервов он переоделся в серый комбинезон с красными нашивками, обычную дворцовую форму для слуг-мужчин.

Пришлось расстаться и с ботинками Льюиса: чтобы ходить бесшумно слуги носили мягкую обувь, больше похожую на тапочки.

— Какую только гадость на себя не напялишь! — вздохнул он и присел на ящик с макаронами, — а теперь выкладывайте по очереди, кто что узнал.

Дворцовые сплетни уже донесли, что дикари прилетели на шести кораблях: трех теверских и трех виалийских. Прибыли они с какой-то планеты под названием Шеор, но где она находится, никто не представлял. Командовал дикарями Улпард, только на самом деле главным был не он, а какой-то новый Прыгун Рой. Он другой, не дикарь, и у него полно сине-зеленой энергии. Помогают ему аппиры, они вели корабли и они же переводчики. Язык простой, его можно освоить за два часа, если господин поможет. Рой дал им программу со словарным запасом шеорцев, он хочет, чтобы слуги понимали новых хозяев.

— Помогу-помогу, — поморщился Герц.

Он предчувствовал колоссальные нагрузки: все слуги теперь остались на нем, а ведь была еще Эния!

— Предусмотрительный этот Рой!

— О, да, господин!

— Он поселился во дворце?

— Да. В покоях вашего отца.

— Та-ак…

— А Улпард со своим другом Доронгом — в покоях вашего брата.

Зубы невольно скрипели.

— Понятно.

— А госпожа Оливия — в покоях вашей сестры, господин.

— Какая еще Оливия?! — рявкнул он несдержанно, но потом опомнился, надо было иметь бесконечное терпение!

— Госпожа Оливия Солла, напарница Прыгуна Роя.

«Подружка Льюиса», — понял он, — «та самая девица из Центра».

— И эта тварь живет в комнате Риции?!

— Да, господин.

Какое тут могло быть терпение? Герц вскочил, потом снова сел, потом расплавил взглядом банку с консервами, завоняло паленым жиром.

— Ну хорошо… — помотал он головой, — а кто живет в моих покоях?