Елена Федина – Сердце Малого Льва (страница 162)

Норки погрузилась в горячую воду бассейна. Местные правители умели наслаждаться, всё было предусмотрено, даже подушечка под голову.

— Госпожа хотеть вина или сок? — спросила карлица.

— Госпожа хотеть домой, в Аркемер, в лес, в свою дуплину! — усмехнулась Норки.

— Я… плохо понять, госпожа.

— Знаю. Я тоже себя не понимаю!

Времени на купание было мало. Улпард собирался осматривать планету на летающей колеснице, пока не стемнело, Норки было страшновато мчаться по воздуху быстрее птиц, но до ужаса интересно. Она немного успокоилась под струями воды, к тому же вспомнила, как много женщин завоевал ее порывистый жених, но все равно при этом мечтал только о ней.

Вспомнила, как он примчался ей на помощь по ледяной реке, как сидел у ее постели, когда она бредила… к тому же эту рыжую красавицу он обещал шаману Рою.

Горячие струи воздуха просушили ее кожу. В отливающих фиолетовым цветом зеркалах ее сильное, тренированное тело выглядело превосходно, черные волосы спадали до самого пола, даже служанка обомлела, когда расчесывала их.

— Госпожа нимфа!

— Кто такая нимфа?

— Лесное божество.

— Это верно…

Карлица встала на скамеечку и накинула ей на плечи блестящий, расшитый каменьями халат. Норки изумилась его красоте, хотя уже привыкла тут всему изумляться, примерила его и была просто потрясена тем, что ткань сама подобралась по ее фигуре.

— Госпожа прекрасна! — подобострастно заявила Кеция.

От разговора с ней почему-то подташнивало. Вообще эти шустрые аппирские слуги как- то странно действовали на нее, они были покорны и услужливы, казалось, им совершенно всё равно, каким господам служить, но от них моментально хотелось избавиться.

Норки полюбовалась собой и решила, что почти не уступает рыжей царице. Ей захотелось примерить еще какой-нибудь наряд, и она заглянула в комнату с одеждой. Карлица притопала следом.

— А чьи это покои? — поинтересовалась наконец Норки, поражаясь обилию разноцветных костюмов и париков, — кто здесь жил?

— Господин Аггерцед, — ответила Кеция, — младший сын наш правитель.

— Сын? — это было совсем уж неожиданно, — зачем ему столько париков и красок? И эти юбки?

— Господин не любить быть как все.

— Странный царевич, — усмехнулась Норки, — вы вообще все странные.

Сумерки сгущались. Женщины высказали друг другу уже всё, что можно, и теперь терпеливо ждали своей участи. Анастелла тихо плакала в углу, Миранда и Флоренсия шептались на диване, Ингерда, совершенно окаменевшая и суровая, сидела в кресле у камина, а Зела смотрела в темное окно.

Сальные взгляды ввалившихся дикарей ей совершенно не понравились. Возможно, остальные этого просто не поняли, но она-то насмотрелась в своей жизни на хозяев-мужчин, для которых женское тело и женская любовь — только товар или военный трофей. Эти были совершенно дикие и невоспитанные, понятия не имеющие ни о какой культуре, они даже одеты были в кожу и шкуры, как первобытные охотники.

И такая чума обрушилась на бедную Пьеллу! Мокрый снег прилипал к стеклу и стекал вниз, оставляя полоски. Город плакал.

Зела знала, что жить ей осталось недолго, она смирилась с этим еще в больнице. А теперь это даже приносило облегчение: хотя бы о себе можно было не беспокоиться. Куда уж хуже?

Она горько сожалела сейчас только об одном: что Ричард так и не узнал о том, что она хотела ему сказать в больнице, что он так поспешно ушел тогда, даже не оглянувшись, и не услышал перед смертью, что она любит его больше всего на свете. Как глупо и как чудовищно досадно они разминулись!

Как глупа она была и как самонадеянна! Как небрежно растоптала свое счастье! Думала, что сможет всё вернуть, что всё успеет… но мир взял и перевернулся. И не дал ей шанса всё исправить!

Жалости к себе у нее больше не было, Зела поняла, что никогда уже больше не заплачет и не проронит, подобно этому городу за окном, ни слезинки.

За дверью послышались шаги и голоса. Все дружно вздрогнули. Ничего хорошего случиться не могло, поэтому ждали только плохого.

— Фло, у тебя каких-нибудь таблеток нет? — с отчаянием спросила Миранда.

— Ты эти суицидальные замашки брось, — строго ответила ей Флоренсия, — нам не травиться нужно, а планету спасать.

— Как?!

— Пока не знаю. Но мы вообще мало что знаем.

Они знали, что мужья их погибли во время эксперимента, что планету захватили какие- то дикари с неизвестного Шеора, что всё это давно готовилось неким Роем, что все военные объекты парализованы, вся служба внутренней охраны и земная комиссия — в безвременье, все посольства под арестом, связи с другими мирами нет. Этого было достаточно для полного отчаяния.

Двери распахнулись. Косматые стражи втолкнули в комнату возмущенную Кантину.

— Лагуски недобитые! — ругнулась она, спотыкаясь.

Дверь за ней закрылась.

— Фу-у! — облегченно вздохнула жрица, обводя всех взглядом, — добралась-таки до вас! И тут дискриминация! Всех жен сюда, а меня — нет! Пришлось закатить им скандал…

— Тебе что, делать нечего? — усмехнулась Ингерда, — смывалась бы отсюда, пока эти обезьяны думают, что зеленых жен в природе не бывает.

— От них не очень-то смоешься, — ответила ей Кантина, — и потом, у меня другие планы.

Она была в своем роскошном золотом платье, диадеме, браслетах, серьгах, с меховой накидкой на плечах, с вызывающе подведенными глазами, вырядилась как на подиум!

— Какие планы? — с презрением спросила Зела, — соблазнить их главаря или этого Роя?

Ей стало тошно от одной мысли, что эта зеленая стерва будет находиться с ней в одной комнате.

— И от кого же я это слышу? — с вызовом посмотрела на нее Кантина, — от первой подстилки Наолы? Мне до тебя далеко, белая богиня, куда уж мне! Можешь не сомневаться, я бы сто раз отдалась этому мерзавцу во всех позициях, лишь бы это помогло вызволить Эдгара… но делать это придется тебе! Да-да! Потому что нужна ему только ты, и ради тебя он всё это затеял!

— Что ты болтаешь! — вспыхнула Зела.

— Что я болтаю? А разве мне он дарил ветки из Сияющей рощи? Мне этот пижон посыпал дорогу к дому розами? Да если б так, я бы давно уже вытащила у него этот пульт их под подушки!

Зела даже растерялась. Кажется, Кантина знала немного больше.

— Откуда такие сведения? — спросила она, сдвинув брови.

— А мы с ним уже побеседовали, — усмехнулась жрица, — этот гад весьма любезен, в отличие от своих обезьян.

— А ты, я посмотрю, очень шустрая, — покачала головой Ингерда.

— Конечно, — презрительно усмехнулась Кантина, — я — жрица Намогуса, и я всё это уже проходила… так что молчите и слушайте меня!

Она села на диван между Фло и Мирандой и деловито поправила накидку. Зела с отвращением вспомнила того типа с черной бородкой, который заявился летом к ней в гримерную. Он называл ее Ла Кси, явно намекая на ее прошлое, говорил возвышенные комплименты, но смотрел совершенно наглым, пошлым взглядом. И этот мерзавец полагал, что убив ее внука и мужа и посыпав ей дорожку розами, сможет получить ее?! Как надо презирать женщин, чтобы так думать?!

— Главаря ихнего зовут Улпард, — поведала Кантина, — он шальной, но отходчивый, большим умом не блещет, в общем, как большой ребенок. Им бы можно крутить и вертеть… но он влюблен в эту надменную куклу с кислой миной. Она его невеста. Хорошо бы ее куда- нибудь убрать — и шеорцы у нас под каблуком! Есть еще Доронг, его приятель. Этот просто полный идиот и кровожаден до отвращения. У него тоже большое влияние в войске, но женщины на него вообще никак не влияют. Маловероятно им попользоваться… Есть еще Гурбард и Страрх, тоже военачальники…

— Послушай, — перебила ее Флоренсия, — можно подумать, что мы на собрании шлюх!

— Тогда вы на собрании дур! — заявила жрица, — мы больше ничего не можем, а нам надо избавиться от этих образин и спасти наших мужей! Вы будете ломаться? Или вы знаете другой способ? Я так нет!

— Ты думаешь, наших мужей можно спасти? — взглянула на нее Ингерда.

— Эдгар жив, — с вызовом сказала Кантина, — если мы спасем его, он спасет нас… считайте меня, кем хотите, а я своего мужа вытащу! Между прочим, ваших тоже никто мертвыми не видел. Говорят, установка просто исчезла из зала, вот и всё.

— Это правда?! — чуть не подскочила Миранда, но потом сразу сникла, — тогда почему они до сих пор не вернулись?

У Зелы тоже забилось сердце. А вдруг?! Вдруг не всё еще потеряно и не всё так безнадежно?! Только почему они в самом деле не вернулись? И откуда столько наглости у этих дикарей? Они явно не боятся возвращения прежних хозяев.

— Узнать можно всё, — усмехнулась жрица, — только все секреты узнаются в постели. Уж поверьте моему опыту.

— Кантинавээла, — робко вставила Анастелла, — но мы ведь не умеем вот так…

— О тебе и речи нет, — отмахнулась жрица, — сиди и не высовывайся.

— Сиди! — добавила Миранда.

Зела поняла, что все смотрят на нее. Она догадывалась, о чем они думают.

— Нет, — сказала она резко, — ни за что! И не смотрите на меня так!