Елена Федина – Призрак Малого Льва (страница 52)
Он посмотрел на нее.
— Да. У меня две дочери.
— Большие?
— Такие, как ты.
— А я хочу сына. Ну что за жизнь у женщин…
— Это у вас, — сказал Коэмвааль.
— А у вас?.. Вы… вы откуда?
— Пойдем, — улыбнулся он, — я покажу.
Аурис удивленно встала. Он накинул ей на плечи одеяло и вывел ее на балкон. Была уже полночь, час Картангра, в стылом черном небе горели яркие, дрожащие от холода звезды.
— Видишь вон ту звездочку у горизонта, между двух вершин?
— Да. Вижу.
— Это Вилиала.
— Вы оттуда?!
— Да, детка. Я оттуда. Мы все оттуда.
У Аурис от тоски и волнения защемило сердце. Мир вдруг повернулся к ней совсем другой, волшебной гранью.
— И у вас есть лодки, которые плавают в звездном море?
— Есть.
— И у вас там не жарко и не холодно, всегда цветут сады, и никто никого не обижает?
— Почти что так.
— И белая богиня у вас живет?
— Ну и каша у тебя в голове, — усмехнулся Коэмвааль.
Он поправил на ней одеяло и крепко обнял.
— Тебе не холодно? Нет? Хорошо… Тогда послушай, что я тебе расскажу.
Аурис прослушала небольшую лекцию о строении солнечной системы и об истории лисвисов. Солнце оказалось огромным огненным шаром. Вокруг него вращались планеты. Вилиала была второй, а Тритай — третьей, он был дальше от солнца и для жизни почти не годился. Тем не менее, три столетия назад лисвисы стали его осваивать. Сначала это были лишь станции по разработке месторождений, потом появились отдельные жилые поселки…
Аурис узнала, откуда берутся день и ночь, зима и лето. Почему холод сменяется жарой, а темнота — светом. Мир как будто перевернулся для нее, и ей было непривычно и неуютно в новой реальности.
— А как же Намогус? — спросила она с сомнением.
— Нет никакого Намогуса, — жестко сказал Коэмвааль, — есть солнце, оно действительно источник жизни.
— А жрецы? Разве они об этом не знают?
— Все они знают, девочка. Просто им так удобнее.
— А белая богиня? Ее тоже нет?
— Есть. Но она не богиня. Просто женщина гораздо более совершенного чем мы народа. Мир очень сложно устроен, Аурис. Я не могу тебе все объяснить за одну ночь… К тому же пора спать.
Ей хотелось все обдумать, но усталость оказалась сильнее. Аурис зарылась лицом в пуховые подушки и забыла обо всем на свете.
На рассвете ее разбудило привычное чувство тревоги. Она подумала, что если не вернется рано утром, пока все спят, ей снова влетит от хозяйки. От этой реальности никуда было не деться. Утро пришло и все расставило по своим местам. Звездная сказка кончилась.
Наскоро одевшись, она вышла из спальни. Коэмвааль спал в гостиной на диване, на дневной подушке, прикрывшись пледом. На столе так и стояли остатки вчерашнего ужина, даже злополучный поднос. С утра все казалось не таким уж загадочным.
— Сказочник, — подумала Аурис, печально глядя на спящего Коэмвааля, — но добрый. Лучше всех.
После обеда Лаунавээла вызвала ее к себе.
— Рассказывай, — строго сказала она, — что у вас там было?
— Не подумайте ничего плохого… — смущенно проговорила Аурис.
— Самое плохое было еще при мне, — усмехнулась госпожа.
— Простите.
— Ладно. Ты прощена. Так что у вас там было?
— Господин дал мне какое-то лекарство, потом накормил. Потом я спала.
— Он расспрашивал обо мне?
— Нет, вэя.
— Странно…
Она была в алом домашнем халате, распахнутом на груди, белые волосы распущены. Вид у нее был вполне мирный и уютный, но по всему было заметно, что она нервничает.
— Вот что, Аурис. Сегодня ты пойдешь со мной снова. Надеюсь, ты не упадешь больше в обморок?
— Нет, вэя. Я скорее умру!
— Так вот: перед тем, как принести глинтвейн, капни в один фужер вот из этой фляжки. И поставь его перед Коэмваалем. Чтоб не перепутать, возьми разные, красный и синий. Красный — мне, синий — ему. Поняла?
— Поняла, — пробормотала Аурис, — а что это?
— Не твое дело.
— Вея, если вы хотите убить его…
— Дурочка, — усмехнулась Лаунавээла, — если б я хотела его убить, я дала бы тебе вон ту бутылку. Помнишь, что случилось с колокольчиком? А в этой фляжке всего-навсего приворотное зелье. Ему грозит не смерть, а пылкая любовь.
Она сказала это с легким презрением. Не то к нему, не то к себе.
— Вы хотите, чтобы он полюбил вас? — ужаснулась Аурис.
— Я хочу то, что я хочу, — отрезала госпожа.
— Но… так нельзя, вэя! У него жена и две дочери. И он совсем непохож на любителя развлечений! Неужели вы его так любите, что готовы пойти на обман?
— Что ты знаешь о любви? — усмехнулась Лаунавээла.
Аурис потупилась. Ей нечего было сказать. Она ровным счетом ничего не знала о любви.
— Ты когда-нибудь влюблялась с первого взгляда? — вдруг спросила госпожа, глаза ее вдохновенно вспыхнули, — так чтоб испугаться самой себя? Так, чтоб мир перевернулся? Так, что если бы он только протянул руку…
— Вы имеете в виду Коэмвааля? — обреченно спросила Аурис.
— Нет, — неожиданно ответила Лаунавээла, — совсем не его.
Видимо, ей очень хотелось рассказать кому-то о своей любви. Выплеснуть чувство, которое не давало ей покоя. Для этого сгодилась и молчаливая служанка.
— Тогда зачем…
— О! Это совсем не то. Он мне нужен, вот и всё. Он должен взять меня на Вилиалу. И я добьюсь этого.