Елена Есенина – Судьба правителей (страница 15)

Как русича главой поставил он — Митрополитом стал Иларион. Вдруг начал вспоминать он сорок третий. Могущество страны в тот год заметил — Что вся страна находится в расцвете, А православие у всех в авторитете. Раздробленность Руси прекращена, Роль лидера стране отведена. С ней дружбой дорожат другие страны, И князь меняет тоже свои планы. Раз власть единая теперь ему дана, Полуколонией считать себя нельзя — Он запретил так думать Византии, Пока ослаб заносчивый противник. Предпринял он визит в Константинополь, Встречал с почётом там его акрополь. Награбленное выдал император, Вернулись ценности священные обратно. Христианский Запад это оценил И за страною статус закрепил, Назвав её «Великая держава», — Вот Ярославу в чём хвала и слава, А для страны – незыблемый престиж! «Европа, соглашусь, ты в корень зришь!» Тут захотелось князю распрямиться, Величие ему своё не снится. Всё ж первенство забрать у Византии Не удавалось в православном мире. Князь повод ждал к военному походу, Всё год за годом подвергал расчёту, Он снаряжал пока свои войска И нанимал варяг издалека. И вот случился повод – смерть купца: Убили византийцы продавца. Войной пойти в тот год на Византию Он приказал решительному сыну: Владимир[31] был и опытным, и взрослым — Отцом посажен князем Новгородским. Не сомневался княжич ни на миг, Что тонкости военные постиг, Что будет триумфальным тот поход, Что слава впереди него пойдёт. По дереву стучали топоры, Спускались на воду военные ладьи. Помощником поставлен был Вышата — Начальник новгородского отряда. Ждала погибель всех их под конец — На смерть послал Владимира отец. Новинка греками была применена: Погибли тысячи от «жидкого огня». Горели в пламени, тонули новгородцы, Из шести тысяч восемьсот спасётся. Бежали сразу же наёмные варяги, Их испугали страшные ватаги Противника с метательным огнём, Горевшим и в воде, и под дождём. На море бушевал ужасный шторм, Все лодки опрокинул он потом. И только несколько непотонувших суден Прибило к берегу, спаслись в них люди. Спасённым оказался князь Владимир, За смерть людей нет почести гордыни — Но он был храбр и бился ещё долго, При отступлении спасая войско. Последний бой в Босфоре показал: