Елена Долгова – Битва за Землю (страница 16)

— Пока не знаю, но обязательно узнаю. А тебе приказываю — больше в глухие уголки на «Горизонте» не соваться и никаких личных расследований не предпринимать. Поняла?

— Да. Но ведь мне дали поручение…

— Больше не дадут. С Чандой я побеседую, прочищу ей мозги. Да и вообще — я тебя спишу на другой корабль. На какую-нибудь безопасную госпитальную баржу.

— Почему?

— Потому что имею право. Чтобы узнать все причины — явись с докладом по регламенту. В приёмные часы, ко мне в каюту.

— Но я хочу остаться на «Горизонте»!

— Мало ли, чего ты хочешь. У нас тут война, а потому перевешивает целесообразность.

Эсперо явно не договаривал, и настаивать Соня не решилась, отложив разговор на потом.

— Спасибо, что пришли, — глухо пробормотала она.

— Не стоит благодарности. И не сомневайся — внучке Русанова я умереть не дам. — Эсперо криво улыбнулся. — Уходи, — добавил он. — С маяком сам разберусь.

Система пожаротушения включилась, поливая пеной всеми забытые мешки, но ядовитый дым мало беспокоил супервиро.

«Значит, крот сделал свой ход, — размышлял Кай, присев на корточки и рассматривая коробку с маяком. — Этот крот — занятный парень. Мог заложить бомбу, но поставил всего лишь это. Дрон пугал Русанову, но не убил. Зачем шпиону такая деликатность? На кого это похоже? Я бы сказал — на Чанду, но женщины исключаются. Так что, пожалуй, почерк Шандора, но это слишком простой ответ. Шандор — хитрый парень. Он не выдал себя так просто…»

Перед тем как уйти, Кай расплавил коробку выстрелом. Очутившись на мостике, он сменил совершенно обессиленного Дхами с красными глазами и прокушенной губой.

— Отдыхай, теперь моя очередь.

В пустоте космоса, где нет ни верха, ни низа, истребители продолжали свой смертельный танец. Каналы связи трещали от помех. ДР-шлем отключился. Ян убрал ставший бесполезным лицевой щиток, оставив только кислородную маску. Сеть линий исчезла. Искин корабля больше не подсказывал курс. Ян огляделся, оценивая пространство боя, и посмотрел на яркие индикаторы панели.

«По вам бьют торпедами с корабля-матки. Рассредоточиться». Приказ, переданный Вэньхуа, прозвучал у Яна в голове будто настоящий голос. Повинуясь штурвалу, истребитель пошёл влево; одна из торпед прошла совсем близко и взорвалась за кормой, угодив в скопление машин.

Взрывы в космосе не слышны; всё случилось в абсолютной, звонкой тишине. Два истребителя разлетелись на куски. Одного из пилотов разорвало при взрыве; второй повис в вакууме, бессильный хоть что-то сделать.

— Тридцать первому нужна эвакуация! — выкрикнул Ян и тут же вспомнил, что никто его не услышит — дар корабельного псионика был подобием передатчика, но вовсе не приёмника.

Перегрузка вдавила Яна в кресло. Обычному человеку она бы сломала рёбра, но супервиро лишь чуть поморщился; из носа на верхнюю губу потекла кровь. Истребитель противника висел на хвосте; пришлось отвлечься от корабля-матки и сосредоточиться на космической дуэли. Кем бы ни был противник, летал он изумительно. Попытки Яна уйти вправо, влево, выполнить разворот полупетлёй не приводили к результату — чужая машина продолжала болтаться за спиной. Всей сверхчеловеческой реакции Яна едва хватало на уклонение.

«Ладно. Посмотрим, кто из нас лучше». Ян сорвал обруч с головы и взялся за штурвал — мышцам он доверял больше, чем электронике. Управление сразу сделалось жёстче, но словно бы эффективнее — ограничения исчезли. Переключая маневровые двигатели, он заставил машину вращаться и одновременно бросил её в сторону низкой орбиты. Хаотические движения захваченного гравитацией истребителя, вероятно, сбили с толку преследователя. Посчитав противника сбитым, он сменил курс и попытался избежать гравитационного колодца. Ян ждал. Подбрюшье стройной машины показалось в прицеле лишь на миг, но супервиро этого хватило — цель полыхнула огненным цветком. Тело вражеского пилота на миг появилось в поле зрения — это был не криттер, а порабощённый гуманоид, возможно, даже человек…

Ян вздохнул с облегчением, насколько позволяла перегрузка. Стремясь не упасть на грунт, он развернул машину и оскалился от перегрузки. Капли крови из ноздрей упали на панель. Кости супервиро трещали; скрипели лонжероны истребителя; вибрация прошла по корпусу. Меркурианец почти стабилизировал полёт, когда увидел нечто редкое — настоящий корабль криттеров: кристалл-тетраэдр вне законов физики, без видимых двигателей, без лучевых пушек, сверкающую абстракцию в холодной пустоте.

«Так вот они какие», — успел подумать Ян Суньлин перед тем, как его собственная машина рассыпалась на атомы. Супервиро не получил ран — он просто исчез.

…Сражение на орбите Сирмы-Нова продолжалось двенадцать часов. Криттеры отступили, но третий флот адмирала Черенкова потерял пятьдесят три корабля. Потрёпанный, но уцелевший «Громовержец» дрейфовал на орбите. Стая ремонтных ботов, латая обшивку, облепила его со всех сторон. Разбитые туши крейсеров и фрегатов — те, что не рухнули на Сирму, — походили на скелеты: из лонжеронов обнажились оторванные части; мусор войны повис в пустоте.

Команда «Горизонта», не считая раненых, лишилась четверых супервиро. Три капсулы с телами и одна символическая пустая капсула после короткой похоронной церемонии канули в темноту.

«Костя, Рони, Зара, Ян. Третья жизнь… и такая короткая», — размышлял Эсперо, провожая взглядом яркие точки. — Лёгкого пути вам, братья, по звёздной тропе. Если она, конечно, существует'.

Связавшись с командованием и отдав распоряжения своим офицерам, Кай в одиночку телепортировался на грунт. Столица Сирмы-Нова дымилась. Уцелевшие солдаты планетарной обороны ставили госпитальные палатки.

Глава 7

Беглец

Небольшой корабль рассекал воздух над морозной равниной, то окунаясь в лёгкий туман, то сверкая металлическими бортами в лучах двух солнц Сирмы-Нова. Заснеженное плато постепенно сменилось скалами, затем — редколесьем и, наконец, — густыми зарослями южных лесов. На бреющем полёте Тр-Аэну казалось, что он ощущает запах хвои.

Он передал управление автопилоту, нашёл в нише бутылку воды, выпил её до дна и бросил вниз — туда, где в глубоком каньоне вилась блестящая лента реки. Недавняя атака криттеров едва задела эту местность — лишь кое-где остались пятна гари. Кэсси заставил флайер подняться повыше, а потом, повинуясь не необходимости, а лишь озорству, выполнил свой любимый трюк — «бочку» в воздухе. Пристегнутая к заднему сиденью женщина судорожно вздохнула, но не очнулась.

«Чёрт! Надо быть осторожнее…»

Тр-Аэн выровнял курс и немного сбросил скорость. Небо заволокло облаками; день становился пасмурным, и беззаботное настроение Кэсси угасло.

«Система „свой-чужой“ пропустит этот челнок, но посадка возле штаба республиканского флота кончится плохо. Охрана потребует документы, которых нет, после чего я снова окажусь „в гостях“ у любопытного майора Ру-Сафаро с его ментальным сканером».

Кэсси развернул челнок и снизился, выбирая более-менее ровную поляну для посадки. Такая нашлась, и вскоре опоры машины вонзились в мягкий дерн; взметнулась опавшая хвоя, в раскрытую дверь ворвались птичьи крики. Большая приземистая рептилия оскалила клыки и потащила своё длинное тело в кусты.

Кэсси спрыгнул на грунт с удовольствием — ступая не по снегу, а по траве. Цветущий луг упирался в отвесную скалу с прожилками лиловых кристаллов. Мелкие зверьки шевелились в кустах. Судя по туче, по ту сторону перевала накрапывал дождь.

«Нужно немного поправить свой вид, приблизить его к местным стандартам».

Тр-Аэн уколол себе стимулятор из аптечки флайера, потом взял в кабине ещё одну бутылку воды, тщательно умылся, удалив с кожи мраморную пыль. Чтобы скрыть метку «сорок восемь», вывернул наизнанку тюремную куртку, но подкладка оказалась слишком потрёпанной, а день — достаточно тёплым, и Кэсси, швырнув верхнюю одежду на камни, распылил её бластером.

Тактический браслет Кэсси скрыл под рукавом, но кобуру с бластером оставил на поясе, стёр технические записи челнока и, на прощание, захлопнул дверь кабины.

Женщина лежала навзничь на раскинутом плаще; она так и не пришла в сознание, и новый шприц стимулятора ничего в этом смысле не изменил. Смочив остатками воды край ткани, Тр-Аэн очистил лицо и руки раненой.

«Ничего интересного. Глаза закрыты. На вид — немногим старше совершеннолетия, скорее барышня, чем дама. Кожа очень уж гладкая».

Прекратив бесцеремонное разглядывание, Тр-Аэн снова завернул девушку в плащ и перекинул бесчувственное тело через плечо.

— Уходим, уважаемая. Навестим, так сказать, наших братьев по духу. Итак, во имя Республики! Запоминайте легенду. Я — истинный борец с Империей и настоящий герой Сопротивления — потрёпанный, нестриженый, одетый не по форме. Вы — несчастная жертва войны. Молчите? Прекрасно. Тот, кто молчит, лишнего не наболтает.

Скалы с наростами кристаллов пересекало узкое ущелье. Меж двух каменных стен вилась плотно утоптанная тропа. За ущельем начинался широкий спуск в долину, поросший папоротниками и фиолетовыми грибами. На её противоположном конце, под навесом, чуть мерцала круглая площадка общественного телепорта. Вокруг площадки маячили фигуры — судя по всему, не вполне настоящие солдаты, а обычные техники.