Елена Добрынина – Непреодолимые обстоятельства (страница 45)
— У меня был хороший учитель. — Слезы все-таки потекли из глаз, как она не пыталась сдержаться. Это было невыносимо — выдержать его присутствие рядом. Это было мучительно, это было тяжело. — Чего ты хочешь, Рус? Почему никак не оставишь меня в покое?
Он коснулся губами её щеки. Дорожка от слез пролегла на бархатной коже вниз к подбородку.
— Ты — эгоист, Рус. Ты хочешь, чтобы я призналась, что чуть не умерла без тебя? Чтобы рассказала, как жила долгие годы, вспоминая твои руки, твой взгляд? Ты хочешь узнать, как я мучилась? Да, я чуть не сошла с ума. Я презирала тебя и любила, я хотела быть с тобой. А твоя жена? Я ненавидела её всей душой. Только какой в этом смысл? Что тебе даст мое признание? Ещё капельку превосходства над бедной дурочкой, которая чуть умом не тронулась, когда увидела вас на стоянке ресторана на обручении? Которую отшили, будто навязчивую девку. — Ольга закрыла глаза, чтобы не смотреть на него. Эта боль, которая жила в ней все эти годы, прорвалась сейчас вместе со слезами. — Ну вот, ты услышал. Этого довольно? Или тебе нужно ещё мучить меня, Рус?
Он коснулся ее губ, и Ольга поплыла. Она не могла сопротивляться — не осталось ни сил, ни желания. Это признание вытянуло из нее все нервы, вынуло всю душу.
— Маленькая моя. — Шептал он, касаясь губ. — Маленькая. Булочка моя.
Ольга потонула в его словах, потерялась во времени. Сознание туманилось. Он был рядом. Ей казалось, они не в машине на обочине шоссе, а десять лет назад у Рустема дома. Он целует ее, обнимает, называет ласково. Просто надо закрыть глаза и прошлое вернется, словно не было этих лет. Она вновь задорная девчонка Лелька, которая решила обуздать диковинного зверя — электрический самокат.
Рус целовал ее губы — тягуче, долго, и она поддалась. Так хотела ответить еще там в тесной прихожей станции, но сдержалась, обида и совесть не дала. А сейчас не смогла устоять.
Он совсем сошел с ума, когда понял, что она ответила. Целовал жарко, жадно, присваивая. Руки блуждали под худи, касаясь нежной, тонкой кожи и от прикосновения мужских пальцев по ней бежали мурашки. Рустем что-то шептал ей, перемежая ласковые слова бесконечными поцелуями. Она выгнулась, потянулась к нему, обнимая. Как же было хорошо сейчас — не думать, ни о чем не помнить. Только его голос и руки, только его губы, ласкающие каждый сантиметр кожи. Ольга даже не заметила, когда Рустем успел разложить пассажирское сиденье, но спинка поехала, меняя положение.
— Как я тебя хочу, маленькая, — шептал он, а ее накрыла волна дрожи. Она не знала, то ли от этих слов, то ли того, что воздух в машине остыл и холодил обнаженную кожу. Да и какая разница?! Как же хорошо! Пусть этот миг просто никогда не заканчивается!
«
Луч света в кромешной темноте салона ударил в потолок.
Звук мелодии от звонка разорвал тишину, возвращая Ольгу в реальность. Она вдруг осознала себя в машине Руса, на разложенном пассажирском сидении внедорожника. На том самом месте, где всегда ездит жена. Выставила резко руки перед собой, отталкивая его. Рустем отпрянул, не понимая, что происходит. Взгляд его в этот момент был сумасшедшим.
— Макс звонит. — Прошептала Ольга и все происходящее вмиг навалилось на нее невероятно тяжким грузом.
Она — полуголая, худи и куртка валяются где-то на заднем сиденье, смартфон на коврике под ногами вибрирует и вопит, как сумасшедший, детской песенкой. Макс сам поставил эту веселую мелодию миллион лет назад на звонок со своего номера. Словно ледяной водой окатили. Ольга попыталась подняться, сесть, но Рус не дал.
— Неважно. Позвонит и перестанет. Иди ко мне, малыш.
Неважно. Неужели ей неважно? Слова эти отрезвили. Ей звонил Макс, ее муж Макс, а она в это время таяла в руках другого. Господи!
— Отпусти! — Резко сказала, приподнимаясь. Потянулась за телефоном, но взбешённый Рустем перехватил руку.
— Ты сейчас серьезно? — Он смотрел ошарашено, еще не придя в себя. Дышал тяжело, ноздри его раздувались.
— Серьезней некуда! — Ольга оттолкнула Алимова, устанавливая между ними дистанцию. — Не трогай меня! Не прикасайся!
Она, наконец, дотянулась до кофты, натянула худи через голову, поправила волосы. Подняла телефон с пола и, зацепив куртку, вышла из машины.
Глава 11. Суровая реальность
— Привет, котенок! Ты чего трубку не берешь? — Спросил Макс, когда Ольга дозвонилась ему.
— Не слышала, в машине музыка играла. — Соврала. В какой уж раз она врала?
— Вы едете еще?
— Да, немного осталось. Скоро будем в поселке. А ты что делаешь? — Поинтересовалась Ольга.
— Готовил снаряжение, завтра вставать рано, напомни там Рустему, — рассмеялся Макс.
«Господи, если бы он знал, что только что чуть не произошло», промелькнула мысль. Ольга испугалась этой мысли: «Нет, он не должен узнать, ни за что на свете!»
— Хорошо. — Выдавила кое-как. Имя Алимова еще отзывалось почти физическими ощущениями — следы от его поцелуев еще горели на ее губах адским пламенем.
— Ладно, я пойду спать под киношку, а ты напиши, как будешь в номере.
— Конечно. — Закончила разговор Ольга. Она продрогла, ее знобило, а голова раскалывалась.
— Люблю тебя! — Сказал привычно Макс.
Ольга сглотнула. «И я!» — произнесла еле-еле, как будто через силу и нажала на кнопку «отбой».
Неужели, она и правда, не любит Макса? И все это время просто обманывала себя? Нет, она обожала мужа, и головой, и сердцем понимая, что он — лучшее, что с ней случилось в жизни. Нельзя сомневаться в этом. Нельзя! Чертов Алимов, как змей-искуситель взялся из ниоткуда, отнял ее волю, спокойствие и чуть не лишил совести. Хорошо, что Макс позвонил. Он — реально лучшее, что с ней случилось. Он ее спас!
Мимо, со стороны Чегета, по шоссе проехала машина, освещая Ольгу фарами. Девушка не успела даже разглядеть ее, как следует. Ей лишь показалось, что авто притормозило на секунду, а потом помчалось дальше, набирая ход.
Ольга продрогла. Да что там?! Ее била дрожь! Как сейчас возвращаться в машину? Как ехать дальше? Она замешкалась на секунду, словно набираясь сил, а потом, выдохнув, направилась к заднему сиденью внедорожника.
***
Когда за Ольгой захлопнулась дверь, Рустем яростно ударил кулаком по рулю. Почему же с ней так сложно! Чертов Потапов! В одну секунду все разрушилось, развалилось. Возбуждение переросло в раздражение. Рус хрустнул костяшками пальцев, соображая. Он видел, как Ольга в свете фар ходила по обочине, улыбалась в трубку, что-то говорила. Надо было выбросить телефон из машины, сломать, заткнуть ей рот поцелуем, не дать опомниться.
Он яростно потер лицо руками, приходя в себя. Он и сам потерялся во времени и пространстве, когда целовал ее. Он так хотел ее, что сводило зубы. Но момент был упущен. И вряд ли еще когда-то представится.
Ольга договорила, помедлила немного, а потом пошла к заднему сиденью. Рус усмехнулся: даже не удивительно.
***
Джалиля поругалась с мужем. Прождала его в поселке битый час. Уже и дождь сменился снегом, началась метель, а его все не было. Когда наконец, он забрал ее, чтобы увести в соседний городок, совсем стемнело. Джалиля была недовольна, но как бы там ни было, а высказать своё раздражение не могла. Не положено.
На очередном повороте, когда муж притормозил, опасаясь гнать по скользкой дороге, она увидела на обочине стоял огромный внедорожник. Джалиля знала всех жителей посёлка, ни у кого такой машины не было. Зато на таком авто разъезжал новый гость, которого она встретила у домика Ольги. Пока муж выруливал, она успела заметить разгуливающую у авто девушку. Волосы растрепаны, а куртка накинута как попало, впопыхах. И, о боги! Джалиле показалось, что это — сама Ольга Потапова.
— Смотри-ка, Аскер, как на нашу горную принцессу похожа.
Муж был близорук. К тому же, он был увлечён дорогой и тем, как вырулить на скользком полотне.
— Ай, Джалиля! Не зря люди говорят, что ты — сплетница! — Отмахнулся муж. — У Макса такой машины отродясь не бывало, он на УАЗе ездит. И с чего бы Ольге таскаться с чужими мужиками. Она — приличная женщина.
Аскер всегда симпатизировал Потаповым. Они производили впечатление счастливой семьи. Да и не замечены были никогда ни в каких историях. Джалиля хмыкнула, мол, ага, приличная. Но именно нового гостя она застала на станции Ольги. Говорить ничего не стала, Аскер все равно не поверит. Но мысль эта крепко засела в её голову.
***
Хлопнула дверь, и Ольга уселась на сиденье, сдвигая детское кресло в сторону. Стало мерзко от самой себя. Сидя впереди, она забыла обо всем на свете. А нужно было всего лишь обернуться и увидеть свидетельства другой, семейной жизни Рустема. Она — просто наивная дура. Десять лет прошло, а она по-прежнему верила ему. В этот момент Ольга была безмерно благодарна Максу за звонок. Обычное беспокойство, доехала ли она, такое привычное, обыденное, спасло её в шаге от пропасти.
— Садись вперёд, не трону. — Усмехнулся Рус, но, даже предлагая, знал, что все напрасно.
— Нет, спасибо. — Ольгу хватило лишь на два слова.
Рус включил зажигание, вырулил с обочины, помчался по скользкому шоссе. Он летел на приличной скорости, но её это не пугало. Пугало совсем другое. Мысли крутились вокруг того, что произошло.