Елена Буревестник – Ты ушла, а я осталась (страница 1)
Елена Буревестник
Ты ушла, а я осталась
Моей дорогой доченьке Тасеньке –
эту книгу я посвящаю тебе.
Моему небесному Ангелу.
Моя дочь с небес
Смотрит мне вослед,
И нельзя сдаться теперь.
Один день с тобой —
Вся жизнь в глазах твоих,
Цвета неба и звезд.
Один поцелуй
На всю долгую жизнь.
Можно ли любить так сильно ту,
Которую видела один миг.
Предисловие
Я благодарю моих дорогих подруг – Юлию, Ольгу и Лидию – за то, что были рядом в моём горе и помогали мне в самые трудные минуты. Я благодарю близких и родных, врачей в роддоме, психологов и фонд «Свет в руках». Особая благодарность моему супругу и старшей дочери. В самые тёмные времена мне было теплее от вашего присутствия рядом.
Введение
Я пишу эту книгу для того, чтобы прожить, прочувствовать до конца ту невыносимую боль, которая принесла потеря ребёнка. Есть и другая причина – я хочу оставить память о моей доченьке, проявить её в этом мире, который она так и не увидела. Чтобы те, кто прикоснётся к этой книге, знали: жила-была девочка Таисия, у мамы в животике. Она росла, крепла, готовилась сделать свой первый вдох, который, к сожалению, так и не случился. Не случилась вся эта прекрасная и удивительная жизнь. Я искренне надеюсь, что те девять месяцев, что она была у меня под сердцем, ей было хорошо, что она чувствовала нашу любовь, и что это было счастливое время в её короткой жизни.
Я буду рада, если мои слова окажутся кому-то полезными, если они откликнутся в чьём-то сердце или просто дадут ощущение: «Ты не одна». В моём случае, с медицинской точки зрения, это перинатальная потеря – гибель плода на 39-й неделе. Но эмоционально – это бездна горя и ощущение, что часть меня умерла вместе с ней. Мой ребенок не получил свидетельства о рождении, не получил свидетельства о смерти. Будто бы её и не было вовсе. У меня есть лишь справка, подтверждающая факт рождения мертворождённого ребёнка.
Я написала эту книгу спустя полтора года после произошедшего, и в ней я постараюсь шаг за шагом описать все этапы, которые прошла и которые помогли найти в себе силы жить дальше.
Глава 1. Ожидание. Надежда. Беременность
В ожидании тебя
Первую дочку мы ждали долгих восемь лет. Врачи, книги, психологи, молитвы, советы с форумов, психологические курсы, спорт – чего только не было пройдено и сделано. Одна замершая беременность на раннем сроке и, как приговор, вердикт врачей: бесплодие. Причину тогда так и не нашли. Но вопреки всему, в мои 33 года, это случилось – беременность, роды, и вот она, живая и здоровая дочь Мирослава, у меня на руках.
Наверное, поэтому, когда я стала планировать второго ребёнка, к врачу на консультацию не пошла. На тот момент мне исполнилось 36 лет. Правильно ли я поступила тогда? Не знаю. Я делала так, как чувствовала, как считала нужным в тот момент. Я «поймала дзен» и стала делать то, что делала незадолго до первой удачной беременности: спорт, йога, прогулки на свежем воздухе, немного психологии и, главное, спокойствие. Я не хотела лишней суеты вокруг. Восемь лет ожидания первого малыша научили меня терпению. Тогда мне казалось: беременность — это естественная часть жизни, зачем что-то проверять? Я просто приступила к делу. И чудо произошло: вторая доченька зародилась практически сразу, через четыре месяца после того, как мы начали с мужем планировать. Я была счастлива. Это была внутренняя, тихая радость.
На момент начала беременности наша семья жила в жарком климате. Мой супруг работал на строительстве крупного объекта, и я с дочкой переехали вслед за ним, чтобы быть вместе. Я не работала, была в декрете и наслаждалась материнством.
Практически весь первый триместр беременности пришёлся на палящее лето. После наступления беременности, мне стало тяжело переносить высокую уличную температуру. Поэтому первые два-три месяца я гуляла со старшей дочкой только утром и вечером, когда спадала жара, а днем почти всё время мы сидели дома.
Беременность
Моя вторая беременность, ожидание Тасеньки, началась с токсикоза на втором и третьеммесяце. От тошноты меня спасали напульсники. Как я о них узнала – меня в полетах укачивает. До появления первой доченьки я часто принимала аптечные препараты от укачивания, а когда родилась Мира, то в первый наш полёт я взяла напульсники от укачивания, и они сработали. Поэтому, когда я забеременела Тасенькой, я решила проверить, будут ли напульсники помогать от токсикоза. И они сработали. Не полностью, но значительно облегчили состояние. Легкая, фоновая тошнота, которую можно было терпеть. С этим можно было жить, делать домашние дела, заниматься старшей доченькой.
Еще с первой беременности в моей памяти жила фраза, сказанная врачом: «Беременной нужно вести себя как хрустальная ваза». Мне эта фраза не понравилась. И всё же в первую благополучную беременность, я была максимально осторожной. Минимум стресса, гимнастика, прогулки на свежем воздухе, спокойствие внутри и снаружи, отсутствие поездок и полётов, не поднимала тяжести.
Но в эту беременность я не ощущала такой хрупкости. Не чувствовала, что должна быть «хрустальной вазой». «Разве беременность – это болезнь?» – нашла я контраргумент. Мне приходилось порой поднимать старшую дочку, весь быт и заботы о ребёнке лежали на мне, да и стрессов было неожиданно много. В первый триместр, если бы не токсикоз, ко мне вполне могло бы примениться словосочетание: «Коня на скаку остановит, в горящую избу войдёт». Я чувствовала себя сильной.
После первого триместра, с отступлением токсикоза, мы с супругом воспользовались моментом и стали часто путешествовать по выходным: ездили в горы, исследовали соседние города, а однажды осуществили давнюю мечту – побывали в Каппадокии. Там мы были вчетвером: муж, я, дочка Мира и дочка Тася у меня в животе. Это была чудесная поездка, наполненная радостью.
В тот период, за первый триместр и начало второго, мне довелось трижды обращаться к врачу в чужой стране, где мы тогда жили:
На девятой неделе я почувствовала напряжение и боль в животе, начались лёгкие, кровянистые выделения. Помню своё чувство страха: «Это всё, конец?». Когда я приехала в больницу, выделения прекратились. На УЗИ мой малыш. Такой маленький и чудесный. Сердце бьётся, и он шевелит ручками и ножками. После УЗИ врач произнес: «Сейчас всё хорошо. Если начнётся кровотечение – приезжайте». В той стране не принято сохранять беременность до двенадцати недель. Мне прописали лишь фолиевую кислоту и отправили домой. А я чувствовала, как живот напряжен, и по ночам ноги стало сводить судорогами. В аптеке я купила не только фолиевую кислоту, но и добавила магний. И тогда я решила устроить себе неделю полного покоя. Я позволяла себе отдыхать, почти полностью отстранилась от домашних дел, перестала поднимать старшую дочку и вообще – любые тяжести. То ли магний оказался эффективным, то ли подействовал мой отдых, но спустя два-три дня напряжение в животе прошло, судороги ног прекратились по ночам, и мне стало лучше. Магний я пила почти до тридцать второй недели, пока врач в женской консультации не сказал, что постоянно пить его нельзя, нужно делать перерыв.
На двенадцатой неделе – УЗИ и сдача анализов. На УЗИ – всё идеально. Сообщили пол – девочка. Моя подрастающая, здоровая, красивая девочка. Сделали много снимков на УЗИ, будто устроили целую фотосессию. По анализам крови тоже всё было хорошо.
На девятнадцатой неделе, перед перелётом, мне понадобилась справка. И снова УЗИ, анализы. Моя малышка – любимая и уже такая ощутимая. Всё было хорошо.
Вот и двадцать недель моей беременности. Я чувствовала себя активной и полной сил. Пришло время улетать на Родину без возврата. Я этого ждала. Тосковала по родным местам, по близким людям, по языку, природе. Хотела донашивать беременность именно дома, встать на учёт в ту самую женскую консультацию, где уже наблюдалась, когда была беременна старшей дочерью. Мы улетали всей нашей разросшейся семьей: с огромным багажом, собакой и двумя кошками.
Перелёт прошёл спокойно. Единственное, что меня обеспокоило, сильно опухли ноги. Это стало для меня неожиданностью. Я не надела компрессионные чулки и даже не подумала о них. Спустя много времени, уже после потери, один из близких родственников мне сказал, что причиной трагедии стал именно этот перелёт. Мне было горько и не приятно слышать эти слова. Ведь у меня было разрешение врача, я чувствовала себя хорошо, и никаких явных противопоказаний не было.
Я вернулась на Родину: сделала УЗИ в перинатальном центре и встала на учёт в женскую консультацию. К своему участковому врачу попасть не удалось, так как она была в отпуске, и меня направили к другому специалисту. Врач акушер-гинеколог была в возрасте, приятная, добрая и одновременно безразличная. Анализы читала вскользь, не заостряя внимание.
К сожалению, на основании той диагностики, которая была, выводы не делались – ни врачом, ни мной. Я сняла ответственность за разбирательство в анализах и обследованиях, доверившись полностью врачу. Это была моя ошибка. Мне следовало самой внимательнее следить за своим состоянием. По назначению врача я пила витамины: йод, фолиевую, витамин д, а в третьем триместре – железо.