Елена Бережная – Оговорки по Ф. Как с нами можно, нужно и нельзя (страница 25)
Лично я не верю в любовь с первого взгляда, но примерно представляю, что люди за неё принимают. Однако я охотно верю в то, что при первой встрече может возникнуть доверие, которое не будет обмануто, и интерес, который не иссякнет. Чем не фундамент для любви?
Я думаю, что можно испытывать нежные чувства к огромному количеству людей. Но ради одних ты горы свернёшь, а для других у тебя не найдётся ничего, кроме слов нежности.
Тех, ради кого мы на многое готовы, обычно можно пересчитать по пальцам, потому что наши возможности не безграничны. А любовь к другим нежизнеспособна без любви к себе, которая подразумевает бережное отношение к собственным ресурсам.
Все те далёкие, едва уловимые, малознакомые товарищи, о которых мы много думаем, мечтаем и очаровываемся, самим фактом своего существования играют в нашей жизни одну важную роль: помочь нам присвоить определённые качества, чтобы прийти к внутренней целостности.
Это нормальный процесс. Напроецировали, помечтали, слились, а потом разочаровались, отошли подальше, присматриваемся.
Что-то не то.
Верните, как было.
Я на такое не подписывался.
Это что вообще такое?
И вот уже и объект вашего интереса не тот, за кого вы его принимали, и вы после этого немножко другой человек.
Но если у вас получится правильно присвоить то, что ваше воспаленное сознание успело другому приписать, вы обнаружите, что этот товарищ всё ещё стоит того, чтобы им интересоваться, даже несмотря на то, что ваши ожидания были обмануты.
И это будет ещё один маленький, но отважный шажок на пути к себе настоящему и реальным другим, которых тьмы и тьмы и тьмы, поэтому путь будет долгим — длиною в жизнь.
Партнёрство невозможно без любви к себе. Если ты любишь себя достаточно, тебя хватит и на другого. А если ты себя бесконечно жалеешь и тянешь одеяло на себя, сил на сочувствие другому уже не остаётся.
Партнер какое-то время будет тащить этот дисбаланс за счёт своих ресурсов, а потом заскучает или вовсе надорвется. Потому что все мы, даже если не проговариваем это вслух, ведём внутренний подсчёт своих вложений в отношениях. И если ожидаем, что нас будут любить за двоих, силы явно не равны.
Вкладываешься, отогреваешь этого недолюбленного волчонка, а он засовывает эту любовь поглубже в свою шкатулочку, не веря своему счастью и боясь, что скоро отберут, и ничего не дает взамен, кроме преданного щенячьего взгляда.
Партнёрство — это игра на равных. Не получится долго играть и уж тем более выиграть что-то ценное, если притворяешься взрослым, а способы коммуникации используешь детские. Зато с такими же, как ты, детьми, можно играть сколько хочешь, если не боишься получить совочком в глаз и песка за шиворот.
Вот эти вечные разговоры о женской слабости как необходимом условии удачных межполовых взаимодействий — как это обычно бывает на практике? «Могу сама, но пусть он сделает, пусть почувствует себя мужчиной». Так это не слабость, а самая настоящая манипуляция. Этакое позволение сверху. Но зачем притворяться слабой там, где слабости нет? И что толку от проявлений мужской силы, если она, оказывается, не очень-то и нужна?
Слабой можно позволить себе быть только рядом с тем, кому доверяешь. Когда точно знаешь, что он справится, и не придется вырывать друг у друга руль, потому что вас понесло не туда. А если вы доверяете своему мужчине и можете на него положиться, то вы тогда сильная или слабая?
Получается, что женская слабость, воспеваемая и мужчинами, и женщинами как желаемое, но вырождающееся качество, это способность расСЛАБиться и мудро реагировать на происходящее, не вмешиваясь с ненужным контролем в естественный ход вещей. А для этого нужна настоящая женская сила — чтобы такого мужчину распознать и не запутаться в вариантах, которые потом окажутся неподходящими.
Думается мне, что о женской силе и зрелости можно говорить тогда, когда женщине уже неинтересно смотреть на своё отражение в глазах мужчины, каким бы заманчивым и восхищенным оно ни было: она и так сама всё про себя знает.
Зрелость — это когда хочется видеть, как мужчина преображает мир и справляется с ролью творца, в какие пункты готов с тобой проследовать в совместном жизненном путешествии, насколько хорошо он ориентируется на местности, и совпадают ли ваши внутренние маршруты.
Нам с вами выпал жребий жить в выхолощенном мире, где такой естественной вещи, как взаимодействие с собственной телесностью, приходится учиться заново.
Наше тело. Хрупкое и сильное, чувствительное и выносливое, сложное и совершенное. Каким мы его ощущаем и ощущаем ли вообще?
Мы стараемся многое успеть и многое делаем на автомате. Не контролируем питание, откладываем профилактические обращения к врачу, неделями недосыпаем ради профессиональных свершений, игнорируем старые травмы. Но как бы мы ни относились к собственному телу и отражению в зеркале, нам придётся признать: тело — мудрое. Оно всегда найдёт способ сообщить нам, что с него хватит, и кое-кому пора замедлиться, чтобы пересмотреть свои привычки и жизненные установки.
А ведь мы не рождаемся с этой невосприимчивостью к сигналам собственного тела. Мы усваиваем её по мере роста и взросления. Сначала, когда наши «зеркала» — взрослые смотрят на нас оценивающе и критично, а потом — когда сами глядимся в зеркало и видим себя их глазами. Есть ли у нас при этом шанс заиметь позитивное самоощущение?
Как вы чувствуете себя в своем теле?
Сразу ли замечаете, когда оно напоминает о себе — болью, удовольствием, разлитым в мышцах напряжением, приятной расслабленностью, тонусом и бодростью, тяжестью в голове, комком в горле, жжением в груди?
Чего ожидаете от него?
Как заботитесь о нём?
Кто оно для вас — лучший друг, которого хочется поберечь, или случайный попутчик, с которым можно не церемониться?
Выбирайте телом, пишут знающие люди, и всё у вас будет хорошо. Тело не обманет.
А читатели недоумевают: ну, как же так — телом-то? Это ж будут отношения в формате «проходи, ложись и здравствуй».
Голову при выборе отстегивать не надо. И передергивать не стоит. Выбирать действительно должно тело, потому что если есть влечение, то всё остальное подтянется (при наличии интеллектуальных и прочих пересечений). А если телесного притяжения нет, тогда есть только двое людей с прекрасными душевными качествами, которые пытаются натянуть сову на глобус. И это главная ошибка — когда путают контроль полового влечения и его отсутствие. Если влечение есть, его можно направлять, а если нет — контролировать нечего, и остается только имитировать. Но это ещё никого счастливым не сделало.
Истина, как всегда, где-то посередине. Позвольте выбирать телу, включайте голову и сердце.
«Все, чему мы радуемся, о чем молимс я и чем дорожим, вследствие эмоциональных проекций приобретает психологическую ценность и выливается в привязанность» — пишет Элис Хоуэлл, автор книги «Астрология как инструмент психоанализа».
Привязанность — это всегда про тепло, заботу и участие. Близкие отношения без нее немыслимы. Именно благодаря ей мы понимаем, насколько человек для нас важен, ценен, незаменим. Но шансы вызвать взаимные чувства сводятся к нулю, а уже возникшие отношения портятся безвозвратно, когда привязанность путается с присвоением.
Присвоение — это тоже привязанность, но в утрированном виде, когда и забота душит, и участие чрезмерное и неуместное, и тепло не согревает, а обжигает, так что хочется отдернуть руку.
Когда мы принимаем присвоение и обладание за силу нашей привязанности к человеку, обратная связь от него может нас удивить. Вот же: мы его любим, затискать готовы, всё для него. Почему же он пятится и как будто не рад?
Когда мы привязаны, нам важен человек со всеми своими мыслями и чувствами. Когда мы кого-то присваиваем, его внутреннее содержимое нам не важно — он превращается в предмет, которым мы обладаем. В функцию, которую мы для него (часто неосознанно) отводим. Самого человека за нашими желаниями и не разглядеть.
Практикуя присвоение, мы транслируем человеку, что он ценен и важен только на наших условиях, не учитывающих его чувства и интересы или ограничивающих его искренние проявления.
Любовь немыслима без привязанности, а в присвоении нет ни грамма любви. Каждый хочет, чтобы в нем видели прежде всего человека, даже если в минуту слабости он и восклицает «держи меня крепко, не отпускай». Лукавит, шельмец! Либо будет героически страдать, либо при первой же возможности сбежит в пампасы. Никому не захочется быть энергетическим кормом для другого. Разве что тому, кто им уже стал, но пока этого не понял, принимая присвоение за искреннюю привязанность.
Представим, что отношения — это поход за грибами. Мало знать грибные места. Чтобы испытать все прелести грибничества, не заблудиться в лесу и набрать полные лукошки, нужно следовать трём важным правилам: