Елена Беляева – Шах и мат (страница 1)
Елена Беляева
Шах и мат. Повесть о любви
Елена Беляева рассказывает о столкновении реальностей, когда для неё любовь была актом абсолютного доверия, но чем она стала для её избранника? Откровенная история зрелой женщины, которая осмелилась отдаться своей любви, невзирая на все сложности, имеющихся детей и законного супруга. Книга-рефлексия, в которой автор предлагает понаблюдать и решить, что же делать с поздней любовью к молодому человеку, когда разница в возрасте более 20 лет.
Внимание: содержит нецензурную брань!
(18+)
© Беляева Е.Ю., 2026
© «Пробел–2000», 2026
Я вышла из вагона метро и повернула к эскалатору. Час-пик. Люди возвращаются с работы, а я иду в театр. Да, одна. И не потому, что не с кем, а потому, что для меня это особое удовольствие.
Я полюбила своё одиночество и тщательно его оберегаю при том, что у меня замечательная семья – муж и дети. Дети всегда готовы составить мне компанию, но я этим не злоупотребляю. Муж – и рад бы, но он на войне.
От кого же оберегаю своё одиночество? От всех посторонних, которых до болезни в моей жизни было всегда слишком много – друзья, коллеги, соседи, однокурсники, одноклассники…
Болезнь изменила многое, если не всё. Я научилась ценить себя, свои силы, своё время. Я перестала раздавать себя, свои ресурсы бездумно. Перестала включаться в чужие проблемы, перестала жалеть и сострадать, спасать и защищать, поддерживать морально и «чем могу» людей, которые не имеют отношения к моему самому близкому кругу. А он стал очень узким, я хорошо его подчистила – исключила лишние контакты, свела максимально к нулю пустое общение.
Нет, я не стала замкнутой и чёрствой. В этом смысле я осталась прежней, но теперь уже – не для всех. Инстинкт самосохранения наконец-то сработал, и это в пятьдесят лет! Почему не раньше? Так не было времени остановиться, подумать, понять, что не так во мне, в моей жизни. И меня остановили…
А сейчас, всё еще красивая и уже почти здоровая, уверенная в себе и благополучная, стабильная и чистая эмоционально, я с особым наслаждением получаю удовольствия, которые восстанавливают меня и духовно, и физически. Получать же такие удовольствия в одиночестве, без необходимости с кем-то это обсуждать, делиться своими эмоциями и разбавлять их еще чьими-то – особый кайф, и я себе его позволяю.
Я поднималась на эскалаторе, погруженная в свои мысли и ощущения. Новое дорогое пальто прибавляло мне радости. Оно объективно выделяло меня из толпы своим цветом, кроем и посадкой на моей фигуре, которая осталась стройной, несмотря на стрессы, роды и годы. Я не рассматриваю людей в толпе. Созерцая происходящее вокруг, я остаюсь в своём мире. Чужие взгляды меня не смущают, я к ним привыкла.
Вдруг чей-то особо пристальный взгляд зацепил фокус моего внимания или я его почувствовала, но увидела только спину крупного мужчины в куртке и шапочке, уже проезжавшего мимо вниз. Сердце слегка ёкнуло и тут же успокоилось. Я давно не позволяю своим нервам и воображению шалить в подобные моменты – все, важные для меня люди, мне доступны, остальные – лишние.
Вышла из метро и, повернув налево, пошла по Большой Садовой к театру. До спектакля ещё оставалось время. Я полезла в сумочку за электронкой, но тут пиликнул телефон, достала и его с легким раздражением: «Кому, что надо?»
«Привет. Шикарно выглядишь», – прочитала я сообщение в Вотсап и не поверила своим глазам – впервые за столько лет этот чат «заговорил» с другой стороны.
«Так это был ты на эскалаторе», – написала я.
«Не узнала?»
«Не рассмотрела», – ответила я и убрала телефон в карман.
Я как почувствовала, что после этого «не рассмотрела» он ничего не напишет. Я всегда его чувствовала, только не всегда сама себе верила, за что и поплатилась…
Сердце забилось чаще, руки слегка задрожали. Мне надо было присесть. Я направилась в театральный сквер. Нашла достаточно уединённую, свободную скамейку и закурила электронку, уносимая памятью в прошлое.
Проводила сестру на поезд «Москва – Ульяновск» и уже спускалась в метро, когда зазвонил телефон. Это был Андрей – мой бывший коллега.
– Алё? – ответила я бодро, в своей манере.
– Привет. Хотел узнать, как ты? – раздался его приятный голос, в котором прозвучала радость слышать меня.
– Всё отлично, отдыхаю с удовольствием.
– А я уже вышел на новую работу! По своему направлению. Работаю теперь в Архитектуре, в самом центре Москвы – с гордостью доложил он.
– Какой же ты молодец, я так за тебя рада!
– Вот только пошёл сегодня на обед в ближайшую кафешку, сел за столик, а тебя рядом нет, и так мне грустно стало, что аж на слезу пробило. Дай, думаю, позвоню Елене Юрьевне, как она там? – сообщил Андрей причину своего звонка, и тут же добавил: – Может, встретимся как-нибудь, погуляем?
– Почему бы и нет? – согласилась я с радостью. – Когда тебе удобно? Я теперь свободна априори.
Мы договорились встретиться в это воскресенье в моём любимом Коломенском. Я как-то пообещала ему показать Велесов овраг, в котором он ни разу не был.
Андрей пришёл в наше учреждение на должность специалиста в прошлом июле. Скромный, воспитанный парень разительно отличался от остальных сотрудников. Он не курил, не хамил, не искал компании, а кропотливо трудился над документами в своём кабинете и каждый раз, когда я заходила к нему по вопросам своего отдела, испуганно смотрел на меня и улыбался. Я потом часто со смехом вспоминала эти «мои любимые испуганные глазки».
Такой милый мальчик. Я взяла над ним шефство, и он с благодарностью это принял. Начал мне открываться. Выяснилось к тому же, что Андрей играет в студийном театре, пригласил меня на свой спектакль, я с удовольствием приняла его приглашение. Парень явно талантлив, к тому же невероятно начитан и умён, обладает шикарным чувством юмора, высокий, хорошо сложен, при этом скромен, тактичен и деликатен. Так началось наше общение.
Вместе ходили обедать, вместе шли до метро после работы. Андрюша, можно сказать, прописался в моем отделе, и все это уже принимали как должное – нашу дружбу. Вначале пытались подшучивать, но со временем перестали – мы не давали повода для глупых пересудов. Да и вообще – я дружила со всеми нашими ребятами, и они знали, что это реально со мной возможно без всяких подтекстов.
Весело и хорошо было нам на любимой работе, пока не начались репрессии нового руководства по отношению к команде опального старого зама, к которой непосредственно относилась и я. К тому же, я умудрилась вписаться в разборки между новым руководством и начальником отдела персонала из старой команды, которую подвели под статью.
Следом подвели под статью и начальника моего отдела, выкинули на улицу ещё нескольких сотрудников. Очередь дошла и до меня. Андрей поддержал, встал на мою сторону открыто, за что тоже оказался в чёрном списке у руководства.
Ну, да и Бог с ним. Всё, что ни делается, всё – к лучшему. Мы ушли с Андреем из нашего учреждения в один день – 15 марта. Я за себя вообще не переживала, переживала только за него, но он вырулил ситуацию очень быстро и красиво – и месяца не прошло, как уже вышел на новую работу, по своему же направлению, и теперь работает в солиднейшей организации Москвы, в самом её центре.
Был в нашем старом коллективе один интересный персонаж, с которым я часто дискутировала на эзотерические темы в присутствии Андрея – Шпакин, по прозвищу Демон. Он увлекался вопросами теософии и магии, знался с «настоящими ведьмами», с которыми очень хотел меня познакомить, но я тактично отказывалась, аргументируя тем, что ещё не чувствую себя готовой серьёзно вникать в «магические дебри», а несерьёзное отношение к таким вещам, считаю, чреватым.
На самом же деле, мне просто не нужны были подобные знакомства, на своём пути в этом направлении я предпочитала оставаться одиночкой. Шпакин сыпал проклятиями в адрес нового руководства, а я старалась остудить его праведный пыл:
– Ты же не знаешь, какие силы оберегают этого мудака, а вдруг «ответочку» выхватишь? Успокойся, мы можем только уйти на максимально выгодных для нас условиях или обратиться в суд. Префекту я написала, шороху навела, теперь они ещё больше хотят от нас избавиться, но уже готовы предложить нам разумные отходные, я соглашусь. Не хочу по судам нервы мотать.
Но Шпакин, «воин тьмы», сдаваться не собирался. У него в арсенале были обряды и ритуалы, на них он делал «ба-альшую» ставку. В этом и расходились наши позиции – в методах «войны». У меня уже давно сложилась своя философия, основанная на собственном опыте и принципах.
В возрасте за сорок я уже точно знала, что в моей жизни мистика имеет место быть. События, не всегда объяснимые известными законами, сопровождали меня с самого детства. Я много раз выживала в самых тяжёлых обстоятельствах и двигалась дальше, как будто меня кто-то свыше вёл и оберегал. Вот только почему и для чего?
Я начала в этом разбираться самостоятельно. Изучая соответствующую информацию, пришла к выводу, что таких дам, как я, раньше сжигали на кострах. Исходя из своих убеждений и воспитания, я понимала, что любая сила – это оружие, а для его применения необходимы нормы и правила, иначе хаос – то, чего я терпеть не могу. К своему изумлению, я обнаружила, что есть такие Правила. И Кодекс есть. Распечатала их и положила в сумочку.