Елена Белова – Сам дурак! или Приключения дракоши (страница 37)
Я почти жалобно оглянулась на Даррину. Драконша совершенно по-человечески подмигнула:
– Не бойся. Давай.
Не бойся. Нет, ну вы видали такое? Ей, может, и ничего страшного, но я… я первый раз в жизни буду высиживать яйцо!
Я посмотрела на яйцо. Бело-желтое, теплое даже на вид, оно тихонько лежало в той самой колыбельке-холодильнике, нашем подарке. Не шевелилось, конечно, не пищало… Яйцо как яйцо, большое только. Но оно же невозможно хрупкое! Я боюсь!
– Сандри, ты собираешься его греть или как?
– Ты же не хочешь, чтобы детеныш замерз? – просунулась в пещеру голова мамы Риррек. – Смелей.
Ой… Я придвинулась поближе. Еще шаг, еще. Коврик с колыбелькой в середине оказался совсем рядом. Ну и? В смысле как на него… сесть?
– Я же его раздавлю!
– Не раздавишь, – очень терпеливо объяснила Риррек. – У тебя возле шеи есть такое углубление. Опускайся на коврик так, чтобы яйцо попало как раз в эту ложбинку. Там чешуйки очень мелкие, кожа мягкими складками обволакивает детеныша и пышет теплом. Все будет хорошо. Ну давай.
Зажмурившись, я осторожно присела на коврик. Так, словно он весь был из этих яиц. Ничего не хрупнуло. Так. Где там это углубление? Господи, где у меня вообще шея? Так, спокойно, не нервничаем… Яйцо – вот. Шея – вот. Углубление… ага. Теперь надо просто правильно попасть… о-па! Есть!
– Теперь ноги подогни.
– А? – Честное слово, в ушах шумело так, что слова я слышала как через водопад. Нервы-нервы.
– Подогни ноги. Ты устанешь стоять в такой неудобной позе. Надо присесть. Ну смелее, все правильно. Все нормально… Умничка. Вот так, посиди, а мы пошли…
Я выдохнула. И тут же вдохнула обратно:
– Эй, а вы куда?
Риррек как-то ехидно расправила-сложила крылья:
– Во-первых, Даррине нужно немного отдохнуть. Во-вторых, ты должна пообщаться с детенышем наедине. Так принято. Ты же его будущая приемная мама.
– Хорошо… Ой, подождите! А что ему говорить?
– Что хочешь!
И они исчезли за порогом. А я осталась. В полной непонятке, что теперь делать и как общаться с этим… ребенком в скорлупке.
Эта неделя вообще пролетела как-то по-сумасшедшему быстро.
Маги все еще оставались в драконьем племени. Вопрос с ненормальным черным магом так и не решился, поэтому «комиссия по встрече» каждый вечер улетала на полигон и торчала там до рассвета. Но чертов Ставинне как провалился куда-то! Ни в кошмарах больше не снился, ни так не являлся… Никаких попыток прорыва, никаких тревожных сигналов на привязках. Тишь да гладь, как зимой в змеюшнике, когда заготовки для сумок и туфелек спят.
Поляну обследовали вдоль и поперек, не нашли ни следа, ни привета. Единственное, что показалось необычным одному из драконов, – это какая-то забавная дрессированная зверюшка, которая кувыркалась на травке, но моментально рванула в кусты, как только ее заметили. Маги клялись, что никого не дрессировали и о зверюшке никакого представления не имеют. Может, госпожа Радиликка? Госпожа Радиликка, не выносившая даже намека на свои приключения с медведом, тут же заявила, что дрессирует пока только мужа, но желающие могут записываться… Желающих не нашлось. Я наконец вспомнила о крысохомяке и пристала с вопросами – может, это ему вздумалось кувыркаться в то утро? Но нет, тот был куда мельче (как выразились драконы – «с чешуйку малыша») и больше походил на землеройку, чем на хомяка. То есть на поляне сходили с ума уже два странных зверька.
Рик, правда, почему-то встревожился, когда я ему рассказала про мохнатую заразу, и полдня меня про нее выспрашивал. Как он смотрел, да как двигался, да встречала ли я на своей планете что-нибудь такое же… Остальным магам новость тоже не понравилась – они обыскивали поляну и все вокруг нее несколько дней подряд. Но растолковывать, в чем дело, не стали.
Что? Почему я не узнала? Вас бы на мое место! И так хлопот по горло. С самого утра, как только я первым пламенем почищу зубы, над купелью появляются знакомые белые крылья, и учитель Беригей тут же начинает «восполнять прорехи в моем образовании». Я узнала и кто такие номихи, и кто такие русели, и… что? А, вам тоже рассказать? Да пожалуйста.
Значит так, номихи. Тоже местные жители. Чуток пониже людей, и в общем, очень похожи. Но они чуть потоньше, и у них особенные волосы. Растут не только на голове, но и на шее, на плечах и даже на спине. Такая грива, типа львиной. И раньше, говорят, у них в этой шерсти прятались отравленные иголки. А сейчас остались только у мужчин. Ну вот. Они живут не в городах, а в тихих поселках и на фермах. У них особые домики – земляные. Номихи выращивают не только коров и баранов, но птиц, и каких-то пушистых зверьков, которые каждый год сбрасывают шкурку. По слухам, в хозяйстве у номихов разводят даже рыбу и жемчуг. И еще у людей с ними договор на озеленение пустыни. Примерно на двести лет рассчитан.
Теперь про руселей. Они еще меньше ростом, Рику по грудь. Их мало, живут по лесам, речкам, болотцам. Когда-то они вроде как были морскими жителями – жили у берегов крупного острова. Но очередной черный маг как-то колдонул – и не стало острова… Пришлось переселяться. Поэтому они до сих пор могут дышать под водой. Меняются с людьми на ягоды-грибы и особый лечебный мох. В деревнях им не всегда верят, обзывают русалками и подозревают во всяком таком… нехорошем. Например, в сманивании парней. В последние пятьдесят – шестьдесят лет русели стараются дружить с магами.
Есть еще вольфы, но те держатся наособицу – в лесной глуши. С людьми, драконами и остальными общаются редко. И про них мало что известно.
Кстати, про мой гениальный план я Рику пока не рассказала. Сюрприз будет. Сейчас он все равно этого не оценит. Маги все время спорят про Ставинне. В смысле не могут понять, куда он делся и почему перестал рваться домой. То ли он понял, что не пробьется, и потому не пытается больше. То ли он умер при попытке вернуться. То ли перенесся, но силы потерял… То ли от перенапряжения его не в наш мир выбросило, а к противным типам из Нижней сферы, которые поджидали должника с громадным нетерпением. Короче, вариантов – как моделей на кастинге, а с проверкой туго. Сплошные нервы…
Словом, ковен волнуется, Гаэли нервничает, Рик с друзьями драконье поселение пятым кольцом защиты обносит, а меня вообще увешал побрякушками, как елку новогоднюю. Амулеты на защиту и «рассеивание чар». Уф.
И в клане Южных Скал хлопот полно. Лето кончается, продзапас нужно не только собрать и купить, но и уложить в кладовки. На носу День невест, девчонки пересматривают «приданое», повторяют значки-метки кланов, правильные приветствия, хозяйственные рецепты. Мол, невеста должна быть не только красивая, но и вежливая, и хозяйственная. Вот.
А еще Даринка наконец надумала яйцо отложить! Эррек от радости полчаса над поселком летал, как воздушный змей, а потом смотался к Островным и выменял у них три корзины ее любимых ягодок.
Я села поудобнее. Вытянула крыло, разминая мышцы, потом второе. Сложила… Теплая скорлупка яйца почему-то успокаивала. Ну что, малыш, поговорим? Со стороны будет смотреться смешно. Но тут ведь папарацци нету.
– Э-э… – Я покашляла. – Привет, малыш.
Яйцо, конечно, ничего не ответило.
– Ты меня пока не знаешь… вот. Мы сейчас познакомимся. Я Александра. Мы с твоей мамой – друзья. И с папой…
Тишина. Может, лучше помолчать? Нет. Сказано же – пообщаться. Вдруг это важно?
– Я вообще не отсюда. Мои родители далеко.
И очень удивились бы, застав меня за таким делом.
– А у тебя все хорошо. У тебя есть и папа, и мама. И приемных мам будет много. И все тебя любят, хоть ты еще не родился… И я тоже.
Через вход в пещеру было видно небо. И горы. Светлые, красивые… без дыма, без пожара.
– У тебя все будет хорошо. Ты никогда не останешься один… Не будешь болтаться по всяким тусовкам, чтоб найти неизвестно кого… кого тебе не хватает.
Что-то сдавило горло. Эй-эй, что такое? Еще расплакаться не хватало! Тихо-тихо, тебя пригласили с ребенком сидеть или пожар устроить?
– Санни… – донеслось от входа.
Рик?! Что он здесь…
Рик смотрел как-то странно. Он давно здесь? Что он слышал?
Он вдруг оказывается рядом – в два шага. Кладет руку на мою щеку. Обожжется ведь!.. Но обжегся или нет, ладони он не отдергивает. Стоит и держит.
Прошло, наверное, минуты две – раньше заговорить не получалось, – пока я смогла загнать непонятно откуда взявшиеся слезы обратно и спросить:
– Ты… почему здесь?
– Да вот…
– Решил помочь высидеть дракончика?
– Нет. Саша… есть новости.
– Какие?
– Надо собираться. Ковен хочет еще раз проверить. Словом, мы улетаем.
– Куда?
– Будем жить в городе. Помочь собрать вещи?
Глава 8
Провожать меня высыпало все племя.
У моей пещеры уже переминался с лапки на лап… ой, с ноги на ногу мастер Гаэли, на краю площадки, подальше от суеты, нетерпеливо поглядывали на солнышко остальные улетающие маги (один что-то выговаривал Рику), а я все торчала у порога. Что значит – почему? Вас бы сюда…
– Леди Александра, сколько времени вам еще нужно? – спросил седой Маэссе.
– Счас!
Я все еще собиралась. Ну да, до сих пор! Твою ж косметичку… У меня реально не было ни одной свободной минутки: собираться пришлось скоренько, так что суеты было выше крыши. Нет, я вообще-то думала: чего собирать-то? У меня все вещички влезут в один мешок, и то неполный. Человечьи вещи. Пара платьев, две рубашки (одна – Рика), двое штанов (одни снова Рика) и всякая мелочь типа расчески, косметички, зеркальца, поющих кристалликов… Ну немного же, правда? Пять минут на запихивание всего этого в мешок, потом еще пять минут на поиски одной пропавшей вещички (а вот не скажу, какой, нечего любопытничать), и свободна.
Ага, как бы не так!
Сначала в пещеру заявился счастливый папа моего ребенка. Ну Эррек, папа вчерашнего яйца, а вы что подумали? И потребовал стоять спокойно – он, мол, должен вручить мне «арр-о», дар названой матери. Я не успела рот открыть – а этот шустрик уже наклонил голову к моей шее, и оп-па! Что-то маленькое, как чешуйка, отлепилось с его шеи и пришлепнулось на мою. Начешуйник оказался чем-то вроде драконьих клипс, только клейких. У взрослых, поживших драконш на шее целые узоры из таких. Я только наладилась сказать спасибо, как драконья докторша Риррек просунула голову в пещеру и заявила, что нечего в Девичьей купели оставлять свои вещи – и пихнула мне еще один мешочек. Там был запас лечебной глины – лекарство от ран и ушибов. Кхм… А нехилый такой мешок.
Я уставилась на странный подарочек, не зная, что и думать. Риррек постаралась меня утешить и сказала, что это так, чисто на всякий случай, может, оно и не понадобится… ну она, мол, на это надеется… но голос у нее был какой-то не очень уверенный.
Потом братец Гарри неторопливо перетащил к порожку два мешка чешуи (третий я сдала в фонд клана), собираясь нагрузиться по полной программе. Маги уже облегченно вздохнули – они тоже подумали, что на этом с прощанием все. Ага, как же. На площадку посыпалась малышня, и стало шумно-весело-тесно.
– Сандри, а ты надолго?
– Мы скучать будем…
– А Нидира подсунула Йорку чпуху в пустую тыкву. Только ее не Йорке нашел, а его мама.
– А Йорке ей пообещал клей-сок в постель подлить…
– Сандри…
С малышней явился белый учитель Беригей и нагрузил магов каким-то целебным сеном, а меня… ой, я даже не знаю, как это назвать. В общем, такую штуку – крупный камушек в кольце мелких. Сказал, амулет. Сказал, двое суток над ним работали. Сказал, полезный.
Пока маги выпутывались из травы (ахали, восхищались и причитали, что отблагодарить сейчас нечем), малышня с секретным видом сообщила, что у них тоже есть для меня подарочек – и подпихнули что-то булькающее. Я удивилась… но это оказалось совсем другое: в плотно завязанном мехе для воды, оказывается, рыскали «чалики» – икринки мочалок. Их, мол, надо выпустить в новый бассейн – есть ведь у людей горячие бассейны – и у меня всегда будут мочалочки…
Я спросила у Рика, будет ли у нас горячий бассейн (жалко, если крошки-мочалки погибнут). Шаман посмотрел на товарищей (тех сплошь охватил кашель – ну прям все поголовно жертвы птичьего гриппа) и с каменным лицом ответил, что горячий бассейн будет обязательно.
Приемные мама и папа тоже приготовили подарок по драконьим понятиям – красивую коробочку из золотистого металла – набор красок и специальных кистей-иголок. Мол, приличному дракону полагается иметь свой наборчик, чтоб татушку расширять-дополнять. А я, по их словам, обязательно скоро что-то натво… совершу поступок, «достойный увековечения». Тогда и пригодится…
Ага. Ну и ладно. Я посмотрела краски – там было четырнадцать цветов, просто двойная радуга. И целое отделение кисточек-иголок. Все аккуратно уложено, блестит на солнышке. Ну не прелесть, а? Еще одна косметичка, только драконья. Причем лично моя. Прелесть.
– Сандри, – оторвал меня от красок братец Гарри, – тут с тобой еще кое-кто пообщаться хочет.
– Кто? О…
Вот с ним я, честное слово, не знала, о чем говорить. Худой синий дракон был, по местным понятиям, полным инвалидом. Крыльев у него не было. Не повезло парню – попался Золотым Мантиям, которые по-тихому себе новое убежище готовили, да еще несколько раз сбежать пытался. Они и озверели… Вот же гады, а? Сколько ни возилась с ним Риррек, сколько ни пробовали подлечить маги, но крылья пока не отрастали. Бедняга Ршенни был очень тихий, почти не разговаривал и все время норовил забиться в тихий уголок, чтобы там смотреть в небо. Я, как из бассейна выбралась, пару раз его старалась растормошить, вытащить из пещеры на вечерние посиделки, погреться на солнышке, с девушками пообщаться. Развеяться малость, что ж он все один да один. Жалко было, и вообще… Все ж таки в одной пещере живем, Дебрэ и Риррек ему половину моей постели отдали, так что мы, считай, френды по кровати и почти родственники. Но он все от меня прятался, отнекивался, и в конце концов я оставила его в покое. Ну как в покое… я детвору на него напустила. Тем «нет» говори не говори, а они все равно будут рядышком торчать, смотреть наивными глазками и подсовывать «дяде» что-то вкусненькое. Так что Ршенни последние пару дней вроде стал оттаивать, даже развеселился разок – это когда неугомонные детишки его превратили в горку для катания.
А теперь вот опять – стоит, молчит, и глаза – будто у него последнюю мочалку отбирают. Грустные…
– Сандри, – начал он и замолк. – Сандри… послушай…
Я послушала, но он больше ничего не говорил. Только хохолок дергался.
– Сандри…
– Что? – на автомате переспросила я… и затихла. Э-э, что-то мне не по себе стало – звучит очень знакомо. Кто там болтал, что лучше замуж за дракона пойдет, чем за всяких скрытников – нате, распишитесь в получении. Если я что-нибудь понимаю, то это оно – предложение крыла и сердца. То есть даже не крыла. Ой-ой. Гарри тоже что-то просек – взъерошился весь, на меня посмотрел виновато: я, мол, ни при чем. И Рик к нам голову повернул.
– Сандри… – охрипшим голосом повторил дракон… и безнадежно опустил голову. – Извини. Гарри, отдай ей.
И ушел. Я чуть не рванула за ним. Потом опомнилась и глянула на Гарри:
– Что «отдай»? Что это вообще было?
Братец развел крыльями:
– Вот.
«Вот» оказалось колечком. Для хохолка, специальным, белого и золотого металла с зеленым узорчиком. Красивое. Только я смотрела на него, как на дешевую помаду – вроде и все нормальное, а все же что-то не то. Девочки в бассейне не раз сплетничали про подарки девушке в «знак серьезных намерений». Правда, про колечки там не было.
– Не поняла. Он… он это зачем?!
– Влюбился он. Ты разве сама не видишь? Не нервничай ты, он все понимает. Ты оборотень, он нет, ты здорова, он пока бескрылый, и вообще, ты любишь другого. Все он понимает. Это вроде как прощального подарка. Обозначает что-то вроде: «Ты прекрасна, и пусть тебе будет хорошо с другим».
Я офонарела. Прощальный? Надо же, а я и не заметила, как…Минутку… бескрылый? В смысле инвалид. Ага… Я посмотрела на занавеску, за которой Ршенни сейчас наверняка изучал потолок, потом глянула на Рика. И шаман кивнул. Понятливый он у меня.
– Леди Алексан… – возмущенно завопил один из чародеев, когда я развернулась к ним хвостом и потопала за Ршенни. Но Рик положил нервному мэну руку на плечо и принялся что-то втолковывать – ласково так.