Елена Белильщикова – Русалка для тёмного принца (страница 4)

На последней секунде волна вдруг опустилась, будто передумала пожирать. Она мягко скользнула на берег, тут же отступая назад. На мокром песке осталась лежать хрупкая девушка со светлыми волосами.

Глава 2. Нейтан

Нейтан

Как только волна выбросила на берег девушку, буря утихла. Море превратилось в спокойную мрачную гладь до самого горизонта, ветер затих, а с тяжелых свинцовых туч полил дождь. Холодные капли упали стеной, и я подхватил девушку на руки. На удивление, волосы и одежда были полностью сухими, хотя ее и принесло море.

Она слабо застонала сквозь сон. Тонкие пальцы инстинктивно сомкнулись на складке моей рубашки. На секунду я замешкался, глядя на нежное лицо в окаймлении светлых волос. Губы, розовые, как два лепестка, чуть разомкнулись, а длинные ресницы задрожали.

Луна. Так она представилась тогда. Имя? Прозвище? Неважно. Оно было под стать фарфорово-бледной коже, настолько светлой и чистой, что казалась сияющей изнутри.

Я заскочил в расщелину пещеры. Здесь дождь уже не добрался бы до нас. Только кое-где слышалось, как тихо капает вода. Я пошел вглубь пещеры, как по узкому коридору. И вот он расширился, открывая глазам огромный грот. Вся гора, древний вулкан, была полой изнутри. Здесь спокойно помещался мой небольшой замок. Сейчас через жерло над ним проникал не только слабый свет, но и дождь, так что я поспешил занести Луну внутрь. Не хватало еще, чтобы она промокла! На щеках и так горел лихорадочный румянец, а дыхание было рваным и больным.

«Волнуюсь за нее? Отлично! Два года прошло, а я так и не забыл ее. Свою сказку на одну ночь. И что в итоге? Божество решило, что она – мое истинное желание?!» – мысленно зашипел я на себя, злясь на нежность внутри. Нежность, которая непрошеной иголочкой кольнула сердце просто от того, как трогательно Луна прислонилась ко мне. Совсем, как птенчик, замерший в ладонях.

В замке я занес ее в одну из спален, уложив на широкую кровать. Длинные шелковистые волосы рассыпались по постели. Лицо осталось таким же безмятежным. Я потянулся ко лбу Луны. Черт, горячий!

Тихо скрипнула половица. Я рывком обернулся. В дверной проем всунулась детская мордашка. Черные непослушные вихры обрамляли насупленное лицо, а сам мальчишка пытался спрятаться за косяком.

– Фил, заходи, не бойся! – окликнул я.

Фил еще сильнее нахмурил темные брови. По-кошачьи зеленые глаза смотрели угрюмо, колюче. Худенькие ручонки сжимались в кулаки. Сколько бы Фил ни уплетал за обе щеки, все равно оставался тощим. И как бы ни выпячивал грудь, что ему уже почти десять, смотрелся младше своих лет.

– Кто это? Ты убил ее? – буркнул Фил, подходя ближе. – Или украл?

– Фил, я не… не такой плохой, как ты думаешь, – я тяжело вздохнул, понимая, что все равно не достучусь до этого ершистого мальчугана.

С первого дня знакомства Сандра рассказывала о том, что на Земле у нее есть сын. Маленький мальчик, оставшийся сиротой, когда она погибла, возродившись уже здесь. Всякий раз при упоминании Фила ее глаза блестели от слез, и я тайно искал ритуал, чтобы перетянуть ребенка сюда. Забрать с Земли, где его ждал только приют.

Я нашел нужное заклятье. Оно хранилось в запретном отделе королевской библиотеки. Войти туда мог только один человек – хозяин артефакта. Тогда я еще являлся им. Вот и отыскал сложный ритуал, позволяющий выдернуть человека из другого мира. Правда, использовать не успел. Планировал провести после свадьбы. Такой себе подарок своей королеве.

Тогда мне и в голову не могло прийти, что ритуал пригодится для другого. Когда Сандра свергла меня, я выдернул Фила в наш мир, чтобы поставить вопрос ребром. Ей – ребенок, мне – королевство.

Вот только магия с попаданцами вечно работает странно. И в нашем мире Фил оказался в обличье детеныша пантеры. Котенка-переростка с угрюмым взглядом и колючим характером.

Я потратил немало сил и нервов, чтобы вернуть ему человеческий облик хоть частично. Однако действовало это только в пределах замка. Стоило Филу сделать шаг за порог, и он снова превращался в зверька. Вот нам и приходилось уживаться вместе, пока я искал способ его расколдовать. И уже тогда сообщить о нем Сандре. Ведь толку говорить ей сейчас? Забрать его из моего замка она все равно не сможет. Только вцепится в лицо за то, что ее ребенок оказался заколдованным.

Так что пока Фил жил со мной. И сейчас, как обычно, сверлил меня взглядом исподлобья.

– Это Луна, – не удержавшись, я поправил прядь ее мягких волос. – Ее выбросило на берег после шторма.

– Ух ты! – Фил аж подпрыгнул, чуть ли не хлопая в ладоши. – У нас разбился корабль! А вдруг это были пираты? Вот бы сбежать с ними!

– На четырех лапах? – усмехнулся я.

Азарт в глазах Фила погас. Он надулся, забираясь на край кровати. Я вздохнул. Ляпнул, не подумав. А ведь расстраивать Фила совсем не хотелось. Несмотря на вредный характер, он был хорошим мальчишкой. Все чаще я жалел, что Сандра родила его не от меня, что это не мой ребенок. И нельзя оставить его при себе, учить пускать воздушных змеев и вырезать игрушки из дерева.

– Она вся горит, – Фил ляпнул ладошку на лоб Луне. – Копыта не отбросит?

Я поморщился. Пользовался, паршивец, что ругать его невозможно, вот и вел себя, как хотел!

– Принеси эликсиры из шкатулки, – попросил я. – Нам нужно вылечить ее.

Фил серьезно кивнул и убежал за лекарствами. Тем временем я налил из графина прохладной воды, чтобы положить влажную тряпочку Луне на лоб. Она слабо улыбнулась сквозь сон. Эти губы… Сколько месяцев я мечтал снова поцеловать их!

– Все будет хорошо, – я легонько сжал ладонь Луны. – Я вытащу тебя. То, что мне послали тебя, а не какой-нибудь артефакт… это только моя ошибка.

С ее ресниц сбежала слезинка. Я замер, а сердце сжалось от вины. Только-только встретил Луну вновь и сразу расстроил. Но тут она заметалась головой по подушке. С моих губ помимо воли сорвался вздох облегчения. Ничего не слышала – и хорошо.

Фил прибежал, протягивая эликсиры. Он суетился рядом со мной до поздней ночи, помогая менять компрессы и смешивать лекарства. И даже потом вредничал, не желая идти спать, хотя зевал пять раз в минуту.

– Когда она очнется, я тебя обязательно позову, – пообещал я, взъерошивая его волосы. – Иди. А я не отойду от нее ни на шаг. Обещаю.

Луна

Я парила в темноте. Непривычно легкой, как земной воздух. В то же время мои волосы разлетались по нему, как в воде. Они все еще слегка светились розовым. Я с удивлением провела по себе ладонями, поняв, что расшитый ракушками топ исчез. Вместо него появилось светлое платье из почти невесомой ткани. Оно спускалось до пят и немного парило вокруг моих… ног? Великий Марити, ноги!

Я шевельнула ступнями, но лодыжки тут же пронзила острая боль, будто надрывалась каждая клеточка под кожей. С губ сорвался стон, на глаза от неожиданности навернулись слезы. Я упала бы, если бы под ногами была опора.

– Такова плата для каждой русалки, которая решила выйти на сушу, – раздался гулкий мужской голос. – Для каждой гарпии, отринувшей свои крылья. Для каждого сатира, променявшего свои копыта на пару ножек… Мне подвластно все это. Вопрос только в цене. И забрать тебя от жениха – принца Айрина – не так уж сложно.

Он шел сразу отовсюду. От низкого глубокого звучания бежали мурашки. Инстинктивно хотелось пасть на колени.

– Марити… Благодарю тебя, всемогущий! – выпалила я, склоняя голову, вспоминая все, что узнала в храме.

– Рано благодаришь, девочка, – в голосе Марити слышались и улыбка, и грусть. – Это все – чужеродное для тебя. И повезет, если ты вовсе сможешь стать на них без крика. Ты отринула море, но посмотрим, примет ли тебя суша.

– Примет! – я прижала ладони к бешено колотящемуся сердцу. – Я сделаю все, что нужно! Я не хочу оставаться в воде! Не хочу быть марионеткой!

Мой голос стал особенно звенящим, пронзительным, а на глаза навернулись слезы. Я услышала тяжелый усталый вздох. Взгляд заметался по сторонам: все пытался отыскать Марити. А он был нигде и повсюду.

– Ты хочешь к своему королю… – голос начал становиться тише, будто удаляясь.

– Нет, великий Марити, не хочу, – осторожно проговорила я, грустно опуская взгляд. – Я в глаза не видела своего жениха, хотя нас и помолвили с пеленок…

– Хочешь, – оборвал меня Марити. – К другому королю… к своему. Я помогу тебе, Луна, но смотри, не пожалей о своем истинном желании.

Голова закружилась. Я начала падать куда-то в темноту. В ней мне мерещился водоворот, в котором то и дело мелькали знакомые лица. Они расплывались, как в кривых зеркалах. На искаженных чертах плясали розовые блики от моих волос. Я вертелась в воде, чувствуя, как все тело горит от жара.

– Лучше бы ты осталась в храме, жемчужинка! Теперь каждый захочет использовать тебя! – протянула ко мне руки Ариадна.

Едва я шарахнулась от нее, меня попытался схватить дядя.

– Неблагодарная девчонка! – прошипел он. – Я пристроил тебя в лучший храм нашего моря, а ты…

– А ты захотел продать меня подороже, дядюшка! – с обидой выкрикнула я.

«Этого не может быть на самом деле! Их здесь нет! Это… это просто кошмары, бред!» – сказала себе я.

И все-таки вскрикнула, когда на пальцах дяди внезапно появились звериные когти. Совсем не характерные для русала! Я рванулась в сторону, вскрикнув от боли в ногах. И чуть не угодила в «объятья» тети, которая щерила неестественно острые, как у акулы, зубы.