Елена Белильщикова – Попаданка. Хозяйка врачебного кабинета для дракона (страница 25)

– Исчезни, Ральф, – прорычал Джаред. – Пока ты здесь, я всегда буду в тени. Ты ведь у нас лучший стражник. Вся слава тебе.

– Разве это имеет значение? Ведь самое главное в нашей работе – это защищать людей. Остальное второстепенно. Разве нет?

– Морали читать мне будешь? – зло выпалил Джаред. – А сам покрываешь Хелену, и совесть тебя не мучает! Чем она так хороша? Что стоит того, чтобы рисковать!

И тут Ральфа сорвало. Он сам не понял, как от ярости буквально потемнело в глазах. Ральф ударил Джареда. Так, что тот схватился за край стола. Совсем не приученный ни драться, ни сражаться. И куда лез в стражу. Джаред схватился за челюсть, стирая кровь с разбитой губы.

– Ни слова больше о Хелене, – процедил Ральф. – Иначе про этот шантаж узнает твой отец.

– Так ты выполнишь мои условия?

– Да. Закончу кое-какие дела – и да.

***

Ко мне приходили с разными хворями. И я привыкла, что моя магия вспыхивает по десять раз на день. Поэтому этот случай меня удивил… Колокольчики над дверью звякнули, внутрь зашел плечистые небритый мужчина.

– Это… того… нога у меня болит. Упал и коленом ударился!

Я привычно скользнула взглядом по полочкам с настоями и мазями. Но магия не откликнулась.

«В чем дело? – нахмурившись, подумала я. – Неужели тут не банальный ушиб, а что-то настолько редкое, что у меня нет подходящего лекарства?»

– Давайте я Вас осмотрю? – предложила я мягко. – Присаживайтесь.

– Что там смотреть?! – рявкнул на меня мужчина. – Просто дай мне что-нибудь от синяка и все!

Я моргнула, не понимая, с чего это на меня так набросились. Но быстро взяла баночку с нужной мазью. Она так и не засветилась в моей руке.

«Может, он не для себя ее взял? – хмыкнула я про себя. – Может, у него любовница ушиблась! И он не хочет говорить, чтобы это до жены не дошло!»

Эта мысль меня позабавила. Я спрятала улыбку, принимая от него оплату и убирая в ящик стола. Он закрывался на небольшой ключик, который я носила при себе. Ведь бывало, что заходило сразу много людей. Не хватало еще, чтобы кто-то забрал себе всю мою выручку!

Хмурый мужчина ушел. Я заметила, что на прилавке закончились мешочки с травами от бессонницы. Они улетали у меня в два счета. Да что там? Даже Шарлотта у меня их брала, чтобы заваривать себе на ночь! Я подтянула к полкам стул, чтобы взобраться на него. И потянулась к коробку, стоящему на самой верхней полке. Там хранились мои запасы.

Колокольчики над дверью снова звякнули. Я отвлеклась и чуть пошатнулась. И едва не полетела на пол. Если бы Ральф, зашедший внутрь, не оказался рядом со мной в долю секунды. Я опомнилась в кольце его рук.

– Осторожнее, Хелена. Иначе лечить придется уже тебя.

Он улыбнулся мне, но как-то… чуть натянуто. Я на секунду нахмурилась, не понимая, в чем дело. Но в следующую секунду попросту не сдержалась и потянулась к губам Ральфа.

– Нам нужно поговорить… – выдохнул он мне к губы после поцелуя. Почти измученно, почти иступленно. Я прикрыла глаза. Поговорить… о нас, наверно? Завтра я собиралась заняться бумагами о разводе. Ральф знал об этом. Что он хотел узнать? Что… будет с нами после? Когда я уже буду свободна, стану ли я его? Я не хотела отвечать словами. Суеверно боялась, что если скажу, то что-то пойдет не так. Я просто приподнялась на носочки и увлекла Ральфа в долгий поцелуй.

– Хелена… – выдохнул Ральф.

И сорвался тоже. Нас слишком тянуло друг к другу, чтобы противиться этому. Майя и Джез гуляли с Шарлоттой, они должны были вернуться только к ужину. А больше никого в доме не было. Правда… оставалась незапертой дверь? Но кажется, Ральф напрочь об этом забыл. Когда подхватил меня под бедра, усаживая на стол и снова целуя, целуя, целуя.

Поцелуи Ральфа были очень горячими. У меня дыхание перехватило от них! Он усадил меня на стол удобнее и вжался в меня всем своим телом. Я чувствовала – его страсть глубокая, затаенная, и вырвалась наружу она случайно. Ральф не планировал этого «тет-а» на столе. Наоборот, он всегда был таким сдержанным, таким… застегнутым на все пуговицы, что меня тянуло сорвать с него рубашку. И проверить, касаниями, укусами, поцелуями, будет ли он так же холоден и сдержан в постели. Как оказалось, нет. С губ Ральфа сорвался стон. Отчаянный, обреченный… он закрыл глаза, зажмурился изо всех сил, словно стараясь прогнать наваждение. И прошептал:

– Я люблю тебя, Хелена. Ты должна знать об этом. Люблю, по-настоящему сильно люблю! – В моей груди взорвались фейерверки. Как те, что так любили запускать люди на Земле. Ральф меня любит! Еще и открыто говорит о этом! Что же это значит?

«Это значит, что он вот-вот позовет тебя замуж…» – заговорил вдруг мой ехидный внутренний голос.

«А бумаги о разводе Томас так и не подписал… да, он обещал, и мило улыбался, когда ему нужно было вырваться из цепких лап Ральфа, но вот обещания свои он пока не спешит выполнять!»

Это расстраивало меня. Я не говорила с Ральфом об этом, не до того было. Хотя… если честно, я побаивалась этого разговора, зная взрывной характер Ральфа. Еще поедет к Томасу поговорить по мужски, и пришибет его ненароком! Или в тюрьму засадит… а я не хотела врать Джезу об отце. Ведь Джез частенько спрашивал о нем. Наверное, все таки скучал? И что я отвечу на очередной вопрос сына? Что Ральф посадил папу в темницу? Или покалечил? Или убил? Бр-р, нет, такого счастья мне не надо. Джез и Ральф неплохо ладили, и я не хотела разрушать их хрупкое доверие. Ведь знала, что у Ральфа своих детей не было, и ему сложно находить общий язык с чужими ему детьми. Но он старался.

«Да тебе просто жаль Томаса! Вот ты и не признаешься Ральфу и ждешь, когда Томас таки подпишет документы. А пока твой бывший – хотя пока еще не бывший – муженек – лишь тянет резину и не отвечает на твои письма…»

Лично, конечно же, я с Томасом не виделась и после подвала, не хотела видеться. Несмотря на все заверения о том, что Томас изменился к лучшему, и больше не станет дурить, я его побаивалась.

– Я хочу с тобой поговорить, Хелена. Это серьезно. – Вдруг отстранился от моих губ Ральф и я затаила дыхание, чуть не плача. Нет, нет, только не предложение руки и сердца, только не сейчас! Меня обуяла настоящая паника.

– Милый, ну что тратить сейчас время на разговоры? – Немного приторно мурлыкнула я, пряча страх. – Детей нет дома, давай насладимся друг другом и отложим все серьезные вопросы. А сейчас посвятим это время другому…

Ральф немного напрягся всем телом, я это почувствовала. Но когда мои губы накрыли его губы в долгом поцелуе, он умолк. И отдался сладостному процессу. По моей спине скользнули его ладони, тонкие сильные пальцы запутались в моих волосах. Я сама слегка плыла от его касаний, и почти забыла об опасности, когда…

– Но я должен сказать тебе кое-что важное… – Проговорил, даже не разрывая поцелуя, Ральф. И я чуть не выругалась сквозь зубы.

– Позже поговорим. – Уже жестче выпалила я, увлекая Ральфа за собой на небольшой кожаный диванчик. И там уже расстегивая его рубашку, чтобы провести ладонями коже, вместо тонкой ткани, увидела какое-то страдальческое выражение, застывшее на лице у Ральфа, несмотря на наши обоюдные ласки. Он что, обиделся на меня за то, что я его так горячо отвлекаю? Нет, не может быть… зато умолк. А значит, гроза миновала. Я знала, что в последние дни он очень погружен в работу. Поэтому после сегодняшнего уединения скорее всего поговорить мы не успеем, Ральф снова умчится на задание и вернется поздно вечером. А я… после его ухода, тотчас же напишу еще одно письмо Томасу, где поставлю условие – развод и подпись всех бумаг! А еще, поговорю с Шарлоттой. Она вроде как была на моей стороне. И даже жену новую пыталась сыну подыскать. Если не передумала, не встала на сторону Томаса. О, этот хитрый жук умел убеждать! Но нет, я не сдамся. Я нажму на Шарлотту, чтобы она в свою очередь повлияла на сына. И уже на днях я смогла похвастать Ральфу подписанными документами о разводе. И тогда яс легким сердцем смогу принять его предложение руки и сердца, не оскорбляя Ральфа каким-то отговорками о неподписанных бумагах. Наша помолвка должна быть идеальной! Я так решила. И отступать от своего плана не собираюсь!

Нажать на Шарлотту не получилось. Потому что эта хитрая лиса, будто почуяла мое настроение на будущий разговор. И укатила на неделю к подруге, в соседний небольшой городишко. Откуда у нее только деньги взялись на такие путешествия! Томас, по-прежнему, не отвечал на письма. И я не выдержала, отправила ему уже не письмо, а записку, с просьбой, нет, с требованием встретиться в людном месте! Повторения подвала я не желала ощутить на своей шкуре. А повторение вполне могло случиться.

Томас, на удивление, согласился на встречу. Я была в шоке – таким сговорчивым я давно не видела своего почти-бывшего мужа. В городе открылась небольшая чайная – новый формат заведения для столицы. Не для меня, конечно. Ведь я до сих пор помнила, и как зажигала в клубах у себя на Земле. И как сидела с подругами в уютной кофейне за углом большого трц. Но делиться воспоминаниями с Томасом я не собиралась. Он и без того неадекватно отреагировал на мое заявление о попаданчестве. Мне хватило!

Томас встретил меня, как щеголь. Его темные волосы были тщательно уложены на модный лад и даже слегка поблескивали. Наверняка намазал их какой то дрянью, которой увлекались мужчины этого мира! Томас пришел первый и занял небольшой столик из плетеной лозы на свежем воздухе. Он сидел и задумчиво вертел в руке серебристую ложечку. И бросал заинтересованные взгляды на прохожих девушек. Я покачала головой, не ощущая ни капли ревности. Томас неисправим!