Елена Аркадьева – Сказка о Зеркале Правды (страница 3)
***
Рейман медленно открыл глаза, пытаясь собраться с мыслями, но тщетно. Сквозь пульсирующую боль во всём теле виконт ощутил сильнейший зуд в области плеча.
Он осторожно поднял руку и коснулся этого места, почувствовав небольшую припухлость. Нахмурившись, Рей вновь попытался вспомнить, что же произошло накануне ночью, но в памяти всё было размыто и неясно.
В этот момент дверь в комнату тихо отворилась, и на пороге появились две фигуры. Рейман прищурился, пытаясь сфокусировать зрение. Одного из вошедших он узнал сразу – это был Уильям Грей. Но рядом с ним стоял незнакомец, облаченный в роскошный камзол, с бледным аристократическим лицом и холодным пронзительным взглядом серых глаз.
- Рей, что случилось? – детектив подошёл к кровати и обеспокоенно взглянул на друга. - Где Анна?
Его лицо было осунувшимся, а в глазах читалась тревога.
- Анна? – удивился виконт. - А разве она была здесь?
Лицо Уильяма помрачнело. Он опустил взгляд, и, казалось, силился подобрать слова.
- Помнишь, вчера вечером я оставил вас с ней в этой гостинице, а сам отправился в княжество Дальних земель?
Рейман попытался встать, но голова закружилась, и он снова упал на подушку. В голове творился хаос. Он отчаянно силился вспомнить хоть что-нибудь из событий вчерашнего дня, но память была словно стёрта.
- Я… я ничего не помню, - прошептал он. – Ничего…
В этот момент, громко стуча сапогами, вошёл капитан Григ, начальник розыскного отряда.
- Ваше Благородие, - обратился он к виконту, - в ходе проведённого нами расследования были обнаружены весьма любопытные улики.
Он подал знак, и один из гвардейцев выложил на стол перед собравшимися несколько странных предметов – маленьких, заостренных дротиков, увенчанных тёмными перьями.
- Хильда! – в один голос выдохнули сыщик и его компаньон.
- Хильда? – в растерянности переспросил Рейман.
- Это её рук дело! – констатировал незнакомец. – Помнишь, Уил, сколько пакостей нам пришлось вынести в детстве от этой зловредной старушенции?
Уильям заметно побледнел.
- Значит, Нэнси у неё, - тихо проговорил детектив, и его голос был полон злости и отвращения. - Твое состояние, Рей, это оморок Хильды. Она околдовала тебя и лишила памяти. Со временем ты восстановишься, только это время навсегда будет потеряно.
Рейман смотрел на дротики и на лицо Уильяма, пытаясь хоть что-то уловить, хоть что-то припомнить. Вдруг, словно вспышка, в голове мелькнул образ – крючковатый нос, злые глаза и отвратительная ухмылка, обнажающая гнилые зубы.
Он вспомнил, как эта особа проворчала что-то нечленораздельное и, пнув его в бок древним сапогом, словно желая удостовериться, насколько он опасен в таком необычном состоянии, резко повернулась и пошла прочь, расточая зловоние, исходившее от неё по всей округе…
Глава 4
Глубоко вздохнув, с тряпкой в руках я оглядывала комнатёнку «Бабы Яги», как назвала про себя седовласую тюремщицу, отбывшую на время, видимо, по своим ведьминским делам.
Потихоньку силы возвращались в мой организм, но с памятью дела обстояли значительно хуже.
С чего начать?
Моё решение было весьма адекватным – вынести из дома всё то, что по моим меркам считается мусором. В углу стояла ступа со множеством торчащих игл и шипов. Решив использовать сей предмет как мусорное ведро, я безжалостно нагружала её остатками костей, повсюду валявшихся в этом общем бардаке.
Куда вынести? Да подальше от избушки, главное, чтобы старушенция не заметила пропажи.
Дальше – хуже! Решив подмести в горнице пол, нашла в запасах бабули подобие метлы, связанной из каких-то колючих веток, которые царапались и оставляли после себя ещё больше мусора.
Самым жутким местом оказалась кровать. Под ней, в пыли и паутине, обнаружилась целая коллекция «костяных ног», очень своеобразного вида протезов, что опять же подтверждало мою догадку, что в этом мире мне «посчастливилось» встретиться с выдающейся злобной героиней многих русских сказок.
Конечно, до идеальной чистоты было ещё далеко, но всё же стало куда уютнее, чем при первоначальном знакомстве с избушкой «без курьих ножек».
Осталось «заморочиться» обедом, так как уставший организм требовал пищи и не только для ума.
Раздобыть съестные запасы в такой глуши стало для меня чистым наказанием. Прогулявшись по окрестностям, я не нашла ни ягод, ни грибов, которые смогла бы идентифицировать, как съедобные. Зато, недалеко от зловещей избушки, наткнулась на ручей с чистейшей водой. Немного испив этой водицы, я с удивлением поняла, что голод разом отступил, и почувствовала приток жизненных сил.
«Живая» вода? Всё может быть в этой странной реальности. Для пущего эффекта умылась из «волшебного» источника и стала надеяться на скорое восстановление организма.
Присев ненадолго отдохнуть после проделанной работы, я не заметила, как задремала под звуки журчащего ручья.
***
Комната для телепортации встретила Салевана Грина гулким эхом. Круг, выложенный из мерцающих рун, пульсировал слабым голубоватым светом. В углу, нервно переминаясь с ноги на ногу, ждала Софья в теле Виллет. В её глазах плескалось сомнение, целая буря невысказанных вопросов.
- Не уверена, что готова, - прошептала она, когда лорд приблизился к ней. – Этот мир… он стал мне понятен. Боюсь, что там, дома, я снова окажусь чужой.
Лорд Салеван склонил голову, и в его взгляде скользнула тень.
- Понимаю твои колебания, Софья, но твой дом зовёт. Ты нужна там! Ты нужна Виллет!
Он сделал жест рукой, и в воздухе материализовались два знакомых девушке предмета: банка из-под варенья с Виком, светлячком из её мира, и магическая шкатулка древнего рода Монарди. Софья ахнула, узнавая свои вещи.
- Пришлось изрядно потрудиться, чтобы «зачистить» инородный след, - заметил Тёмный лорд, - и они готовы возвратиться вместе с тобой…
Он протянул ей руку, и девушка вошла в пульсирующий круг. Салеван снял свой черный плащ и накинул его на плечи Софьи, отчего той стало тепло и уютно.
- Лорд, - начала она с удивлением и любопытством, но не успела договорить, как её взгляд зацепился за спину этого таинственного человека. Сквозь тонкую чёрную сорочку девушка заметила странную выпуклость. Форма напоминала сложенные крылья. Не огромные, как у ангелов на старинных фресках, а более анатомичные, словно сплетённые из сухожилий и тёмной плоти. От этого зрелища у Софьи перехватило дыхание, настолько нереально и пугающе оно выглядело.
Тёмный лорд обернулся, словно почувствовав её взгляд. Сорочка вдруг стала обычной: гладкой и безупречной. Девушка списала всё на игру теней, на усталость, на воцарившийся в комнате полумрак. Но странное сомнение закралось в её душу. Что это могло быть?
- Не бойся, - мягко произнёс лорд, заметив её замешательство. – Иногда реальность сложнее, чем кажется на первый взгляд. Тебе предстоит многое познать, Софья. Но сейчас главное – вернуться домой!
Он указал на рунный круг.
- Смелей! И помни – ты не одна!
Софья кивнула, ощущая тяжесть плаща на своих плечах. Шкатулка и светлячок оказались в её руках. Она сделала шаг в круг, и руны вспыхнули ярче, окружая её коконом света. Сердце забилось быстрее, словно птица, угодившая в клетку. Страх смешался с волнением и надеждой.
В последний момент, перед тем, как свет поглотил её целиком, девушка взглянула на Тёмного лорда. Он стоял неподвижно, словно наблюдая за ней. Его глаза, тёмные и глубокие, казались бездонными колодцами, хранящими тайны целых миров. И в этот момент Софья отчетливо поняла, что его слова «ты – не одна» относятся не только к ней, но и к нему самому. Он тоже одинок в этом мире, окружённый силой, властью и тенью. И, возможно, он тоже, как и она, ждёт возвращения домой.
Глава 5
Уильям нервно барабанил пальцами по столу в таверне «У старого плута». Вальтер, напротив, сохранял видимое спокойствие и неторопливо потягивал эль из объёмной пивной кружки.
Вчерашняя тёплая встреча двух бывших друзей в замке князя Владислава показала, что, несмотря на долгие годы разлуки, их детская привязанность друг к другу осталась незыблемой до настоящего времени.
Они крепко обнялись, встретившись вновь, словно вернулись в то беззаботное время, когда были неразлучны.
- Итак, как в старые добрые? – спросил детектив, стараясь придать голосу уверенность, хотя внутри всё кипело от беспокойства за Анну.
Вальтер кивнул, отставив в сторону выпивку.
- Только ставки выше. Хильда теперь не та старая карга, которой она была, когда мы вытаскивали от неё в последний раз соседского кота.
Оба призадумались, погрузившись в свои воспоминания.
Древние люди, жившие когда-то на этих землях, поговаривали, что Хильда в былые времена была простой деревенской девчонкой с глазами цвета летнего неба и волосами, сплетенными в одну толстую косу. Она с детства любила лес – его шёпот, его загадочность, его целительную силу. Знала каждую тропинку, каждое растение, каждый звук, и лес отвечал ей взаимностью.
Но мир редко бывает добр к чистым сердцам. Родную деревню девушки поразила страшная болезнь, уносящая жизнь односельчан одного за другим. Отчаяние охватило людей, и они, в своём невежестве, решили, что виною всему – колдовство. Староста, одержимый страхом, объявил её ведьмой и приказал изгнать в непроходимую чащобу, на верную смерть.