Елена Аркадьева – Сказка о Зеркале Правды (страница 2)
Нэнси понимала, что нужно действовать быстро и придумать для домочадцев правдоподобное объяснение факта присутствия молодого человека в доме Павловских.
- Это мой троюродный кузен, Аристарх, – вспомнив, как представился накануне незнакомец, девушка решила успокоить испуганную Лизавету. – Он прибыл глубокой ночью, видимо, не рассчитав время в пути, на моё совершеннолетие. Представляешь, он даже был не в курсе, что батюшка погиб полгода назад, и его приезд может создать в местном обществе определённые кривотолки.
Горничная недоверчиво нахмурилась, но, кажется, немного успокоилась. Сказанные слова звучали достаточно правдоподобно, чтобы не вызывать лишних вопросов. В конце концов, Софье через пару дней исполняется восемнадцать лет, и приезд дальних родственников был вполне ожидаем.
- Приготовить вашему кузену гостевую комнату, барышня? – Лизавета с привычным рвением была готова взяться за дело. – А где его саквояж?
Нэнси лишь пожала плечами, понимая теперь, что придётся решать ещё одну проблему – переодеть Аристарха в надлежащую для этого случая одежду…
***
Белоснежная комната ослепила Софью своей чистотой. Круглая, без единого шва, она казалась выточенной из цельного куска льда, но при этом не источала ни грамма холода.
Когда Тёмный лорд нашёл девушку в расстроенных чувствах, она даже не придала значения, куда он её повел. Однако хорошо запомнила тот факт, что, как только они покинули здание больницы и оказались в темноте улицы, её провожатый рассек воздух каким-то небольшим острым предметом и перед ними развернулся вход в некий портал, что привел их в это необычное помещение.
Панорама за стеклом – калейдоскоп из переливающихся звёздных скоплений и туманностей – завораживала, напоминая о бескрайности миров. Вдоль стен располагались бесчисленные пульты управления, инкрустированные непонятными знаками и светящимися рунами. Провода уходили глубоко в стены, словно вены гигантского механизма, управляющего пространством и временем.
Тёмный лорд, облачённый в свои неизменные чёрные одеяния, оставил Софью наедине с этим великолепием.
- Не трогайте ничего, пока меня нет, - предупредил он своим бархатным голосом, перед тем как исчезнуть в мерцающем портале. – Я должен получить официальное одобрение на ваше перемещение.
Софья не могла удержаться от любопытства. Несмотря на предупреждение, её руки непроизвольно потянулись к пультам с блестящими кнопками и переключателями. Этот мир, куда она случайно попала, дал девушке возможность погрузиться в изучение технологических приборов и устройств, и эта феерия инженерной мысли, которая сейчас предстала перед ней, вызывала неподдельный восторг.
Устоять было невозможно. Софья подошла к одному из пультов, выбрав участок, где знаки казались ей наиболее знакомыми. Ожидая возвращения лорда, она решила хотя бы поверхностно оценить сложность устройства, считав основные потоки информации.
Привычным жестом она поднесла ладонь, активировав свои сенсорные рецепторы. Пальцы слегка коснулись прохладной поверхности панели, пытаясь уловить поток данных.
Внезапно комнату пронзил оглушительный сигнал тревоги. Красные огни вспыхнули по всему периметру, освещая её испуганное лицо. Один из экранов, до этого казавшийся безжизненным, ожил. На нём появился строгий анфас, обрамлённый светящимся контуром.
- Внимание! Несанкционированный доступ к конфиденциальной информации! – прогремел голос, эхом отражаясь от белоснежных стен. –Лидия Новосёлова, ваше вмешательство в протоколы системы зафиксировано. Данные строго охраняются! Повторное нарушение приведёт к немедленному отключению от системы и удалению из текущей реальности!
Девушка застыла, как парализованная. Лицо на экране смотрело на неё с нескрываемым укором. Она поняла, что допустила непростительную ошибку, но не ожидала, что реакция будет настолько мгновенной и суровой. Ей следовало прислушаться к предупреждению Тёмного лорда. Теперь она не только нарушила правила, но и поставила под угрозу их перемещение в её реальность…
Глава 3
Кляча в очередной раз споткнулась и встала как вкопанная.
- Всё, приехали! – проскрипела старушенция. – Дальше пойдём пешком.
Чувствуя слабость во всем теле, мне пришлось последовать за возницей, которая довольно бодро пробиралась сквозь сплетение колючих кустов и поваленных деревьев. Проплутав, казалось, целую вечность, я, обессилев, упала на поросший мхом корень, категорически отказываясь идти дальше.
Солнце уже поднялось, окрашивая верхушки деревьев неестественно ярким светом, казавшимся сейчас таким зловещим и устрашающим.
- Пришли! – проскрипела бабуля, указывая костлявым пальцем на едва заметную тропку, ведущую в самую гущу леса.
С трудом поднявшись на трясущиеся от слабости ноги, я с негодованием посмотрела на свою спутницу, лицо которой искривила торжествующая усмешка. Что-то в её взгляде, в её неестественной бодрости после столь долгого пути вселяло в мою душу леденящий ужас.
Тропка привела нас к поляне, которая представляла собой жутковатое зрелище: из земли, словно гнилой зуб, торчала покосившаяся избушка, сложенная из кривых, почерневших брёвен. Крыша провисла, грозя обрушиться в любую минуту. Окна зияли пустыми глазницами, затянутыми паутиной.
Вокруг избушки валялись кости животных, странные амулеты из перьев и сухих трав, а также предметы, назначения которых я так и не смогла понять. В воздухе стоял густой, спёртый запах гнили, сырой земли и чего-то неуловимо неприятного, напоминающего останки прелой плоти.
Ступеньки крыльца под нашими ногами угрожающе заскрипели. Дверь, сколоченная из неровных досок, висела на одной петле, обнажая скромное убранство этой древней халупы.
Внутри царил полумрак. Единственным источником света был мутный луч, пробивающийся сквозь щель в крыше. Он высвечивал хаос, царящий внутри. Стены были увешаны пучками сушеных трав, связками лука и чеснока, а также какими-то непонятными засушенными существами, похожими на помесь летучей мыши и крысы.
Вдоль стены стояла грубая деревянная лавка, на которой валялись куски меха и грязные лоскуты ткани. В центре горницы, словно зловещий алтарь, располагался покосившийся стол, заваленный костями, черепами мелких животных и склянками с мутной жидкостью.
В углу комнаты, в тени, виднелся огромный очаг, сложенный из груды камней. Над ним висел закопченный котёл, от которого исходил слабый, но тошнотворный запах.
- Бабушка, а вы здесь прибираться не пробовали? – не удержалась я от едкого замечания. – Ещё чуть-чуть, и вы просто перестанете помещаться в такой крохотной комнатёнке с такими огромными завалами ненужного старья.
- Ого! – удивилась «Баба Яга», стоя в дверях и злорадно улыбаясь. – Я смотрю, что кто-то осмелел?! Если хочешь – сделай уборку! Тебе здесь время коротать, пока заказчик не появится…
- Ясненько, - безнадежно опустилась я на свободный от мусора край лавки, оглядывая объем работ по предстоящей «уборке территории». – Кстати, а когда это случится? Может, меня оперативно заберут из этого бедлама, и я просто подожду часок-другой?
- Не надейся! Я ещё поторговаться хочу, чтобы за тебя дороже заплатили! – привычно «хрюкнула» бабуля. – Так что, девка, недельку не меньше, придется у меня погостить…
***
Нэнси, закусив кончик пера, сосредоточенно склонилась над листом бумаги и, тщательно подбирая слова, писала своему дворецкому в поместье графини Скорр. То обстоятельство, что, пребывая в чужом теле, она сохранила свой почерк, добавляло её намерениям возможность положительного исхода этого предприятия…
Их особняк, известный своими балами и приёмами, славился не только изысканной кухней и богатой коллекцией искусства, но и забывчивостью высокопоставленных гостей. В течение многих лет в сундуках графини оседали сюртуки, фраки и прочие детали мужского туалета, порой изумительной работы, но, к сожалению, оставленные без внимания их владельцами.
Именно сейчас она слагала своё послание, чтобы не оскорбить гордость старого дворецкого, но при этом ясно донести свою просьбу.
«Мистер Вилкинс,
Обстоятельства вынуждают меня обратиться к вам с необычным поручением. Молодой человек, оказавшийся в сложной ситуации, временно нуждается в подходящем гардеробе. Принимая во внимание щедрое гостеприимство графини Розалинды и репутацию её дома как места, где, увы, порой забываются личные вещи, осмелюсь предположить, что в её запасах найдется несколько комплектов одежды, подходящих для молодого человека ростом около 190 см. Прошу вас проявить снисходительность и оказать содействие в этом деликатном вопросе. Буду вам крайне признательна.
С искренней благодарностью, Нэнси».
Подписав письмо, девушка послала за Петрушей, которому было велено выдвигаться в поместье графини, прихватив с собой вместительную дорожную сумку.
В это время в доме покойного барона Павловского домочадцы старались во всю, чтобы создать для прибывшего «кузена Софьи» максимально комфортные условия.
Лучшие гостевые покои, до этого пылившиеся без дела, были тщательно подготовлены. Сам Аристарх, немного напуганный всей этой суматохой вокруг своей персоны, успевший поутру принять ванну, сейчас восседал за столом, заставленным свежеиспеченными расстегаями Серафимы Петровны, аромат которых разносился по всему дому, создавая атмосферу тепла и домашнего уюта.