Елена Антонова – Мистические истории (страница 18)

Герман, с выражением отчаяния на своем бледном исхудавшем лице, отрицательно покрутил головой.

- Я не делал этого, Назар Борисович. Поверите ли вы мне или нет, но я, наоборот, хочу спасти ее. А теперь отойдите от саркофага. – Приказал он смелее, размахивая дулом в воздухе.

Юноша стал медленно спускаться по ступеням вниз не опуская револьвера и совсем не увидел, что трое мужчин были в непосредственной близости от него. Он не знал этого, но двое из троих притаились, выжидая подходящий момент для того, чтоб напасть, пока третий был связан и мертвецки пьяным.

Как только трясущее дуло выглянула из-за угла двое опытных охотника набросились на молодого человека и, попытались выбить из его рук револьвер, из-за чего дрогнувший палец перепуганного Ларионова нажал на курок и произошел выстрел. В последствии одиночного выпала пуля слегка задела одного из охотников, что пытался скрутить мальца, навалившись на него спереди.

Выстрел заставил пьянчугу проснуться, но из-за высокой степени опьянения Жан все равно не мог ничего понять и лишь мычал в стороне, шевелясь подобно гусенице и глядя на всех затуманенным и не соображающим взглядом.

Попытка нападавших увенчалась успехом, и вскоре молодой психиатр был лишен оружия и скручен охотниками с обеих сторон.

- Нет! – Кричал Ларионов, сплевывая свою кровь из-за раны во рту, которую он получил в этой неравной борьбе. – Вы ее погубите!

- Скорее всего мы спасем ее душу, мой мальчик. – Ответил ему Дёмин, бесстрастно приказывая своим наемникам крепко держать юношу.

Бывший военный со своей командой вернулись к тому месту, на котором их прервали, ведь мужчинам следовало поторопиться и завершить все до темноты, которая в конце осени наступала рано.

- Нужно торопиться, иначе мы не справимся с вампиром! С темнотой силы его возрастут, и он может снова скрыться. – Подгонял Григорий Осипович охотников, орудующих ломом.

Мужчины поднаторели и общими усилиями плита была сдвинута на половину от изголовья.

Все напряженные участники процессии замерли и, кажется, перестали дышать.

Внутри саркофага, на белых шелковых подушках с рюшами, прижимаясь друг к другу, словно счастливые молодожены, лежали два бледных тела: статный мужчина приятной наружности с аристократическими чертами лица и темноволосая красавица Арина Ранкович, чьи щеки были румяны, а губы красны от крови.

Оба тела были абсолютно неподвижны, как и положено трупам, подверженным трупному окоченению, но румянец на их щеках многое мог поведать охотнику, а именно, что вампиры сыты, а значит полны сил для сражения.

Назар Борисович Ранкович тут же перекрестился. Отправляясь на миссию возмездия, он никак не ожидал увидеть дочь в объятиях незнакомого мужчины, что так крепко прижимал ее к своей груди.

- Доченька. – Всхлипнул безутешный отец, теряя самообладание и протягивая руки к телу своей покойной наследницы.

- Нет! Арина, к сожалению, мертва. Смиритесь! – Остановил его Дёмин и тут же продолжил более доходчивым тоном. – Это уже не ваша дочь, а вампир! Это ее видела ваша жена! Если мы не упокоим ее душу, она так и будет являться ей, пока не замучает до смерти, а после и вас.

Увидев, как юная красавица находится в объятиях другого, Герман не смог сопротивляться слезам. Всхлипывая, он обратился к несостоявшемуся тестю:

- Назар Борисович, хоть вы то, не губите ее? Посмотрите только, как она прекрасна, - с умилением проговорил завороженный юноша, глотая ревность.

- Не будьте глупцом, голубчик! – Вступил в диалог Перельман в своей жесткой манере. – Ваша любимая мертва и пришло время ее отпустить!

- Да, пусть так, но я прошу, не губите ради всего святого! Даже если она больше не принадлежит этому миру, а ее сердце принадлежит другому, я все равно хочу, чтобы она была счастлива. Раз они выбрали друг друга в вечности, то оставьте их в покое! – Срываясь на плачь, выкрикнул Герман, коего одолели эмоции, разрывавшие его сердце от обиды и боли.

- Уверяю тебя, мой мальчик, они обретут покой, и мы подарим им это! – Вмешался Дёмин и обратился к остальным. – Ну все, пора кончать с этим! Убьем вампира и вампиршу и избавим мир от скверны.

Мужчины быстро вынули осиновые колья и молотки из-за пазухи. Как только один из них прицелился к груди вурдалака, глаза кровопийцы, пылающие алым огнем, моментально открылись и рот его, сверкая острыми, как углы зубами, исторг оглушающий рев, напугав бывалых охотников и заставив их колени дрожать.

- Сопротивляется гад, но ему не выйти из могилы до темноты! – Вскрикнул Дёмин, призывая наемников поторопиться и пригвоздить исчадье к каменному гробу.

Два охотника, что удерживали, рвущегося Ларионова, желающего помешать убийству Арины, окрикнули полковника.

- Господин, свет меркнет! Кажется, погода ухудшается.

Григорий Осипович, осознавший, что спящий вампир по-прежнему силен днем и пытается спасти себя и свою возлюбленную, вскричал:

- Быстрее, иначе все мы здесь трупы!

Приказ отставного офицера подействовал, как нельзя лучше и заставил трясущихся, словно котята мужчин, действовать решительнее, ведь ничто так не мотивирует, как угроза собственной жизни.

Охотник больше от страха, чем от смелости, все же стукнул молотком по тупой части колышка и острее легко вошло в сердце вурдалака, пронзив его на сквозь и уперлось в самое дно саркофага. Холодная алая кровь брызнула из раны, окропив своих убийц.

Вампир взвыл зловещим возгласом, словно некое ужасное чудовище, при этом максимально широко открыв свою пасть и клацая клыками подобно дикому зверю в предсмертной агонии. В месте с потоком утекающей крови, силы его тоже стали покидать тело. Упырь принял позу покойного и смиренно сложил свои необычайно длинные пальцы на груди. Вся его кожа мгновенно почернела, а в глазах его, медленно смыкающихся, угасал адский огонь.

- Он мертв? – Спросил тот самый мужчина, заколовший вурдалака, стирая рукавом кровь убиенного со своего лица.

- Нет, он все еще жив. – Ответил Дёмин и замахнувшись наточенной саблей, добавил. – Теперь мой выход!

Полковник занял удобную позицию у саркофага и приготовился нанести бестии удар и отсечь голову, но он не учел резких перемен в погодных условиях, что вызвал все еще могущественный живой мертвец.

Над кладбищем моментально образовались черные тучи и заволокли густой тенью все вокруг, а внезапно возникший ветер, словно избалованный ребенок, игрался с железными воротами склепа, желая выдернуть их совсем.

Отвлекшись на звук скрипучей калитки, похожий на жалобный плачь младенца, Григорий Осипович замешкался и в этот момент, когда огромная тень накрыла собой кладбище, из гроба выпрыгнула Арина и взлетела к потолку, приклеившись к нему руками и ногами, как муха. Вампирша угрожающе зашипела, своими жуткими звуками вызвав мороз по коже у побеспокоивших ее сон людей.

Назар Борисович, видавший всякое за свою жизнь, но и не подозревавший, что мир его не такой, как ему представлялся, побледнел как полотно. Он попятился назад и перекрещиваясь, стал шептать те псалмы, которые он помнил из воскресных служб, но как оказалось, страх лишил большей части его памяти, поэтому он шептал лишь всплывшие в памяти отрывки из святого писания прерывистым и сиплым голосом, который казался ему совершенно чужим.

Размахивая саблей и пытаясь ранить вампиршу, Дёмин приказал:

- Не подпускайте ее к вурдалаку, она может вытащить кол из его груди!

Мужчины, теснее обступили могилу с мумифицированным покойником, а шокированный отец продолжал молиться в слух, чем сильнее разозлил ту, что когда-то была его доброй дочуркой.

Вампирша услыхав имя Господа и увидев раздражающее ее христианские обереги, еще грознее зашипела и на карачках, шурша платьем, поползла по потолку к выходу.

- Не дайте ей уйти! – Верещал Дёмин, следуя за адской тварью. – Окропите выход святой водой.

Двое, что стояли у самой лестницы и придерживали молодого психиатра, желавшего испортить им охоту, полезли в карманы за сосудами и сделали то, что приказал им наниматель. Герман воспользовался этой возможностью и, как только, хватка удерживающая его ослабла, он вырвался на свободу.

- Арина, я здесь! Иди ко мне. – Крикнул юнец и впопыхах стал рвать на себе ворот рубахи, чтобы оголить свою шею.

В разные стороны полетели белые пуговицы и рассыпались по полу.

Освободившись от воротника, влюбленный глупец расставил руки в стороны, приглашая возлюбленную на пир.

Дёмин догадался, что завороженный вампиршей парень хочет сделать и попытался не дать ему свершить задуманное. Но, как только он отвлекся на Ларионова на долю секунды, полковник в отставке потерял объект своего преследование, а когда обнаружил, то было уже поздно.

Вампирша на мгновение появилась у керосинового фонаря и, одарив мужчин зловещей улыбкой, дунула в лампу, затушив ее, а затем, в долю секунды очутилась у второй и повторила свой трюк.

Источники света погасли и подвал склепа погрузился в кромешную зловещую тьму.

В этом могильном мраке склепа, один за другим вскрикивали и исчезали мужчины, теряя свои обереги. Воцарился настоящий хаос.

- Кто-нибудь зажгите уже эти лампы! – Крикнул бывший военачальник, пытаясь перекричать заливистый смех вампирши и истошные крики его подчиненных, от которых кровь стыла в венах.

Григорий Осипович энергично размахивал своей саблей в воздухе.