Элен Форс – Между Ангелом и Бесом (страница 27)
В ответ он лишь подхватывает меня и кружит, пока я совсем не теряю связь с реальностью, не забываюсь. Смеюсь так сильно, что начинаю кашлять. А Макс все кружит… сердце разрывает от счастья.
— У меня нет слов. — выдыхает брат. — прости, я не разбираюсь в балете, как и в принципе во всем искусстве. В моем словарном запасе не так много подходящих эпитетов. Но я не мог насмотреться на тебя. Это было… вау.
Жмурюсь. Выдыхаю. Мне и не нужны слова. Прикладываю руку к его груди, чтобы почувствовать гулкое биение взволнованного сердца. Это мотор может завести всю солнечную систему.
— Я привёз тебе подарок. — ласково говорит он, усаживаясь прямо на край сцены и утягивая меня за собой. — Когда я увидел его, сразу подумал о моем Аленьком цветочке. Я мог бы подарить тебе цветок, и ты загадывала по желанию за каждый его лепесток, но потом решил, что исполню каждое твоё желание.
Макс разжимает огромный кулак, демонстрируя тонкую цепочку с кулоном в виде самого красивого цветка на свете на его ладони. Я аккуратно погладили лепестки, не веря, что это подарок мне. Мысленно обещая, подарить и ему какой-нибудь талисман. Что-то отображающее его сущность.
— Если у меня будет Аленький цветок, то значит и принц-чудовище должен быть. — шучу я, вспоминая сказку, бережно беря украшение в руку. Каждый лепесток был сделан из разных драгоценных камней: рубина, изумруда, бриллианта, сапфира, александрита и янтаря.
Кулон был произведением искусства, драгоценные лепестки завораживали.
— Я твоё чудовище. — глухо рычит Макс, и я чувствую, как его хватка становится жестче, он впивается пальцами в нежную кожу. Его дыхание учащается, а сердце начинает биться сильнее. Плечом чувствую горячую пульсацию в груди.
За спиной и вправду вырастают крылья.
Глава 12
Наливаю себе в бокал вина, сначала наполняю его лишь на половину, но потом не удерживаюсь и заполняю полностью. Мне нужно расслабиться.
Макс стаскивает с себя рубашку, небрежно бросает ее на стул и залазит в бар за виски. Напоминает медведя в посудной лавке: такой огромный и пугающий, но ловко лавирует по кухне.
Внутри меня начинает разжигаться огонь, между ног увлажняется. Я истосковалась по нему. Если бы не операция…
Непроизвольно бросаю взгляд на лестницу, Алена вроде пошла спать, но меня все равно не покидает чувство, что она совсем рядом с нами.
— Тебе нужно лечь. — вздыхаю, испытывая усталость. Макс всегда был неугомонным максималистом, не боящимся смерти. Я не могу привыкнуть к тому, что он готов войти в пожар и сгореть в нем ради достижения цели. — Ведёшь себя не рационально.
Он осматривает меня усталыми глазами, от которых мне хочется выпить еще больше вина. После операции он как будто совсем потерял ко мне интерес. Нет, со мной говорит все тот же Бес, но что-то пропало. Заглохло.
Списываю все на его усталость, но все же. Волнение начинает захлёстывать.
— Потом отдохну. Завтра будет необходимо собрать группу тех, кто поедет со мной в Монако, чтобы разобраться со взрывом и допросить там всех.
— Поручи это кому-нибудь. С этим справится Левон.
— Нет, я должен заняться этим лично.
— Хорошо, возьми его тогда с собой, он сильно тебя разгрузит. — подхожу к нему, обнимаю, испытывая возбуждение от простого прикосновения. Бес пахнет пороком. — Тебе нужно поберечь себя.
— Сэл. — в его голосе начинает появляться раздражение. — Левон останется здесь, чтобы проконтролировать безопасность посёлка. Они с Майлзом позаботятся об Алене.
— Не многовато ли охранников. — шучу я, усаживаясь к нему на колени. Мое игривое настроение улетучивается, когда я встречаюсь с ним взглядом, полным разряжения и злости. — Макс, с ней здесь ничего не случится…
— За ней охотятся все враги. — цедит он, почти скидывая меня. — Я не прощу себе, если с ней что-нибудь случится.
Отпиваю жадными глотками еще вино, притупляя обиду. Сглатываю.
У Беса всегда была маниакальная связь со своей семьей. Я уважала и Луку и Алису, но плохо их знала. С Лукой еще я пересекалась по работе и откровенно боялась его. Трудно вообще представить, чтобы у такого человека, как он были дети и он их воспитывал. Тем более дочь. В его присутствии я впадала в кому, не могла соображать и строить слова в предложения. Он задавливал меня своей энергетикой.
С Алисой мы познакомились случайно, когда она застала меня у Макса в квартире. Она говорила тепло, вежливо, и я не почувствовала, что она как-то плохо отнеслась ко мне. Но было что-то странное в ее взгляде, она смотрела на меня, как… на временное пристанище своего сына. Ей было как будто жалко меня.
Только с Майлзом и Аланом у меня сложилось все хорошо. Может быть, потому что с ними я проводила больше времени.
Алену я не видела никогда, слышала иногда крупицы информации о ее красоте и очаровании, что она талантливо танцует. Все очень любили ее и много говорили о достоинствах, но это понятно. Она самая маленькая в семье.
Макс любит младшую сестру и готов отдать жизнь ради ее защиты.
Она и вправду красивая, вся в мать. От нее исходит золотое свечение, и глаза особенные, не человеческие, кристально голубые. Как драгоценные камни светятся.
Если бы она не была сестра Максу, я бы не смогла ни ревновать. Такие, как она, одним взмахом ресниц сводят мужчин с ума. Домашняя пташка.
После того как я узнала, что он не родной сын Гроссерия, я была искренне поражена, как зная это — он смог вырасти и стать так близок с ними. Как беззаветно любил их, был отчаянно предан.
За это я его любила. В этом всем был Бес.
Но сейчас же эта маниакальная зависимости меня раздражала. Он ставил их интересы выше нас.
— Макс. А если со мной что-то случится завтра, ты хотя бы заметишь это? — стискиваю бокал, глядя ему прямо в глаза. — Я срываюсь и лечу к тебе, а ты даже не замечаешь этого. Не хочу какой-то особенной благодарности, надеюсь, заслуживаю хотя бы пяти минут внимания! Я в трауре, как и ты по твоим родителям, но это не значит, что мы должны перестать говорить. Я переживаю за тебя и заслуживаю, чтобы ты прислушался ко мне.
— Не говори глупости, ты знаешь, как я отношусь к тебе и что я чувствую. — он все же притягивает меня к себе, усаживая на руки, как котёнка.
Вот именно, он говорил всегда, как я ему дорога и нужна, но ни разу от него я не слышала заветных, главных слов.
— Я очень переживаю за тебя. Ты не бережёшь себя. Я понимаю, как сильно ты беспокоишься за родителей, а еще груз ответственности за Алену, а она у тебя не подарок, так трепет твои нервы. — усмехаюсь. Девчонка с характером, она постоянно пытается вывести Макса из себя. С любым бы другим человеком он бы давно уже взорвался, но в ее присутствии он был выдержан, просто паинька.
— Селена, я запрещаю тебе говорить так о моей сестре. — его голос снова меняется, заполняется разряжением. Он защищает ее постоянно, даже если она не права. Маленькая выскочка чувствует себя королевой бала, заставляя всех мужчин подстраивать под нее. — Ее характер не твоё дело.
— И все же, она уже взрослая. Вы возитесь с ней, создаёте воздушные замки. И кому от этого лучше? И вообще, сколько она будет жить с нами? Может быть переселим их с Каином в гостевой домик? Им будет там уютнее, да и мы сможем спокойно оставаться с тобой вдвоём. Быть наедине…
— Ты что-то путаешь. Это ЕЕ ДОМ, Селена. Это дом наших родителей, поэтому она останется здесь. Как и я. Каин ее друг, поэтому он будет жить там, где ему будет удобно. Ты же, если тебя не устраивает, можешь перебраться в гостевой домик. — он никогда со мной так не говорил, не причинял за раз столько боли. Не узнаю его.
— То есть я всего лишь гость? — бормочу тихо, не веря своим ушам.
— И еще, я считаю неприемлемым играть свадьбу, пока мы не найдём Луку и Алису. — Макс не отвечает на мой вопрос. Ставит меня на ноги, после чего встает сам и уходит, бросая на ходу, не оборачиваясь. — Я спать.
Говорят, что путь к сердцу любого мужчины можно проложить через желудок. Лгут. Может быть, когда еда была в дефиците, этим можно было завлечь. Сейчас любой состоятельный мужчина может заказать еду в ресторане от лучшего шеф-повара, и борщ с котлетами покажутся ему пресными и обыденными.
Может быть, тогда секс?
Только, такого как Макс, одним сексом не удержать. Его с детства окружают красивые женщины, желающие провести с ним хотя бы одну ночь. Может каждый день менять. Его неземная энергетика притягивает магнитом. Один раз заглянув в его безумные глаза, уже не выбраться.
Как сейчас помню нашу первую встречу. Его горящий взгляд, и как он посмотрел на меня. Так, будто я одна существую в этом мире.
В детстве все смотрели на меня, как на инвалида, я была ущербная. Девочка с протезом вместо руки. Это сейчас у меня бионический протез, а тогда была пластиковая, дешевая рука. Мальчики постоянно шутили, что такая, как я — член в руках не удержу.
Но не Макс, он с детства был выше пошлых шуток. Он как-то подсел ко мне и сказал, что я очень красивая и не стоит обращать внимание на ущербных. У меня тогда сердце почти остановилось. Я смотрела на него, как на Бога, вглядывалась в глаза, пыталась понять лжёт или говорит правду. Но его глаза горели адским пламенем, он с жадностью рассматривал меня. И я поверила.
Стряхиваю пепел в блюдце, наблюдая за тем, как экономка готовит английский завтрак. Ярославе было сорок лет, и она не была похожа на типичную экономку. Она была очень спортивная и дерзкая.